Восхождение к власти: Противостояние - Степан Витальевич Кирнос Страница 83

– Яго, ты помнишь, что я не люблю этого дешёвого юмора, но ты правильно напомнил. – И обратив, зелёные, как древние поля и луга Швейцарии, глаза в сторону девушки, Данте, привычно жестикулируя руками, обратился. – Калья, вы не инструмент, но вам суждено отыграть роль той, кто станет лицом нового времени.

– Я смогу обойтись и без такой чести.

– Народ и страна во власти шизофреника, разве вы позволите тем гражданам, которых вы так любите, оставаться под гнётом безумного террора. Знаете, кто хуже самого жестокого тирана? Тот тиран, у которого и мозги поплыли.

– Спасибо, Яго. – Отвесил безжизненную благодарность Данте. – Калья, поймите, что нам нужна ваша помощь. Мы хотим восстановить то, что было построено вашим мужем. Ни я, ни кто-либо другой не захочет, чтобы его наследие кануло во тьму, а народ считал его безумцем, которого из него до сих пор строят.

– Да, вы же не хотите такой участи для уважаемого Казимира? – Вновь поддержал брат брата. – И народ вы не должны оставлять во тьме неведения. Так что вы обязаны исполнить святой долг и возвратить светлое имя мужа.

– Госпожа Калья, – зазвучал голос, переполненный льдом, – если вы поняли мой план, то должны понять, что там не один гражданский или те, за кого вы так радеете, не должен пострадать.

В зале советов повисла пелена непроницаемой тишины. Можно услышать только, как дышат некоторые люди. Все устремили свои взгляды на девушку в пальто, джинсах и сапогах, ожидая от неё ответа.

В душе Калье бушевал шторм противоречий и споров с собой, в котором ей прямо сейчас нужно разобраться.

С одной сторона она слишком много поучаствовала в кампаниях Магистра. Сначала её нашли и вытащили на свет, а потом только ради неё умирали тысячи человек и остров едва ли разлетелся в прах. Для неподготовленной дамы выносить всё это слишком тяжко и окунаться в ещё больший омут воин и интриг она явно не хотела.

Но с иной стороны только от неё и её решения зависит, восстановится ли добрая память Казимира, возлюбленного покойного мужа. Сердце вдовы неистово желало этого и начинало плакать при виде того, как его память попирается и всё, что с ним связно готово кануть во тьму забытья. Она с душой, объятой огнём, всеми фибрами хотела, дабы Рафаэль поплатился за то, что он сделал с личностью Казимира.

Сердце Кальи безумно рвалось и буйно терзало покров, мысли и Яго, чтобы сократить время решил подтолкнуть её на «путь верный».

Проникающий взгляд зелёных глаз Яго коснулся синих, как глубокое море, очей девушки и мужчина еле шевеля губами, практически бесшумным напевом выдал единственную фразу:

– За мужа.

Слова дошли точно до самой сути души Кальи. Звука речи не было, лишь шевеление ветра, но их смысл и наполнение, миновало уши и мозг, но коснулись сердца, подтолкнув Калью.

– Я согласна с вашим планом, Магистр Данте. – Дрожащим голосом, в который вплелись оттенки рыдания, ответила Калья. – Да, я с вами и готова, как вы сказали, отыграть свою роль в вашем плане.

– Что ж, я обдумал ваши предложения, уважаемый Магистр, – вновь подал голос Эфенди. – Действительно, если Султан, да будет его имя любимо, удовлетворится приемлемой наградой, которую вы можете нам предоставить, то он даст полное одобрение на использование наших ресурсов разного рода для исполнения вашего плана.

– Тише. О существе, – пронеслось полушёпотом.

Все переглянулись между собой, только Данте остался стоять с каменным лицом. Смуглое и зрелое лицо Эфенди исказилось в непонимании от того, где может находиться источник звука.

– Я хотел сказать, что слишком много слов не по делу.

Источник голоса стал мгновенно понятно. Мужчина, с сединой и короткой стрижкой, квадратно-овальной формой лица и утончёнными чертами лица, выбравший для одежды всё чёрное, сделал шаг вперёд, как бы являя себя для диалога.

– Что вы хотите этим сказать, лорд Дюпон?

– Магистр Данте, расскажите мне ваш план ещё раз, только со всеми подробностями, а то я упустил детали. – Приложив руку, обтянутую перчаткой, Дюпон добавил. – Я ещё раз хочу всё прослушать.

– Хорошо. Нам, прежде чем вступать в переговоры с Архиканцлером, нужно заработать пару «козырей» и явить их правителю Империи, во время дипломатической миссии. Так мы хотя бы сможем надеяться уйти оттуда живыми. – Валерон обратил хладный взор на Калью и слегка указал в её сторону рукой. – Тут на арену должна выйти вдова покойного Канцлера. Её мы используем для нагрева обстановки.

– Как? – Тихо прозвучал вопрос от Дюпона.

– Много кто не верит тому, что сейчас говорит новый правитель. Большинство до сих пор не могут поверить, что Рафаэль был сумасшедшим и декадентом. А вот его жену, внезапно пропавшую «по болезни» помнят все, ибо он давал торжественную присягу вместе с ней. Явившись перед народом в мелких посёлках, она сможет разжечь недовольство и недоверие к Императору. Наша зада будет подготовить людей в мелких городках, для того чтобы они дошли до нужного состояния. Стали легко воспламеняемы и их недовольство вылилось в митинг.

– При первом митинге вас задавят. Полиция, Инквизиция и армия этого не позволят.

– Оставь эту работу мне, – вмешался Яго. – Данте мне рассказал, что у «Лампады» по Империи разбросаны рекрутские хранилища, да и штаб скаутов-новобранцев есть. Мы сможем их продуктивно применить и потрепать нервишки правительству.

– Да. После создания атмосферы мятежей и недовольства, корабли Султаната должны подойти к портам на Балканах и блокировать их. А «Чёрные Серафимы» парализовать действие механизмов государственного управления под видом «саботажа повстанцев». Так мы заставим думать Императора, что его королевство сыпется на части. Так же я задействую свои механизмы и остановлю действие целых структур в Департаментах Власти, так же выдав их за действие мятежников.

– А потом ты убеждаешь Архиканцлера, что ты и твой орден это единственные кто могут решить эту проблему? – Дюпон коснулся кожей перчаток седых волос и отчесал их назад. – Но вот только зачем тебе понадобились мои «вороны» и в чём наши преимущества? Не зря же ты меня позвал.

– У вас тоже будет своя роль, – Данте неожиданно чихнул и тут же вытер нос манжетом камзола. – Твой орден отправится в Иберию. Там недавно была война и сепаратисты повержены. Но я знаю, что есть ещё те, кто верит в независимость полуострова. Однако ваша цель – вновь разжечь огонь братоубийственной войны, но оставаться не замеченными. Я хочу, чтобы император думал, что у него всё валится из рук, и его государство,