Системная Перезагрузка: Том 1 - Серафим Леман Страница 8

Раздался громкий и басовитый боевой клич. Я увидел зеленокожего, покрытого кровью, но всё ещё живого, хоть и утыканного гоблинскими копьями. Он вылетел из соседнего тоннеля и бросился на ближайшего зверя, скинув свой меч ему на загривок. Сила удара была ошеломительной. У него не получилось пробить толстую кожу, которую даже пули не брали, но я отчётливо услышал хруст сминаемых и ломаемых костей зверя. Вяло рыкнувшая тварь свалилась ему под ноги, а две её сотоварки тут же кинулись на зеленокожего, но он устоял на ногах. Завязался ближний бой, где удары лап разменивались на удары рук, и сложно было сказать, что из этого было сильнее.

Увы, я ничем не мог помочь. Слишком высок шанс подстрелить товарища по несчастью, а в ближнем бою от меня толку мало. Я сам немаленьких габаритов, но тут весовая категория выглядит как 200, если не все 300+. Сомневаюсь, что на нашей планете вообще найдётся хоть кто-то, способный повлиять на исход этого боя вблизи.

Ругнувшись на собственную слабость, развернулся и побежал вниз, вслед за китайцами, заворачивая за угол. Ситуация повторилась — за спиной вновь звуки яростного боя, на этот раз приправленные рычанием, ударами меча и закованных в латы рук о чешую, крики зеленокожего.

К сожалению, наш спаситель не смог убить всех гоблинов перед тем, как сразиться с хищными монстрами. Из бокового прохода выскочило три полурослика. Они были вооружены примитивными копьями и сразу бросились на Лю. Китаец успел ударить ногой одного из них, отпихнув от себя, но два других вонзили свои копья ему в грудь и живот.

— Лю! — закричал Чи Вэй, стремясь к нему на помощь.

Было поздно. Гоблины выдернули копья из тела китайца, и он упал, зажимая раны руками. Кровь хлестнула на пол, и даже в полутьме пещеры было видно, как её много.

Я направил автомат на гоблинов, но магазин был пуст. Перехватив оружие на манер копья, бросился вперёд.

Скалящиеся гоблины не ожидали такой атаки. Мой нож вошёл в глазницу первого и прошил её насквозь, второго я сбил с ног обратным ударом. Чи Вэй подоспел на помощь и схватил третьего гоблина за горло, сжимая его до хруста.

Когда последний гоблин упал, мы поспешили к Лю. Он был мёртв.

Чи Вэй склонился над своим товарищем и что-то прошептал на китайском. Потом поднял голову и посмотрел на меня снизу вверх, ища ответа. Или спасения.

— Нужно идти, — сказал я, протягивая руку китайцу и прислушиваясь.

Из глубины пещеры доносились звуки приближающейся погони — гоблины, пережившие столкновение с зеленокожим, теперь преследовали нас. Мы оказались зажаты между молотом и наковальней. Зеленокожий, судя по звукам, проиграл и стал едой для хищных монстров… Если они пришли с поверхности, то всё очень плохо. Туда нам точно нельзя.

Внимание привлёк инопланетянин с серой кожей, указывая вытянутой рукой туда, откуда выскочила троица. Он хочет попробовать затеряться в узких боковых пещерах?

Так и поступили. Сорвал остатки бесполезного и тяжёлого бронежилета, мешавшего протискиваться в боковой проход, пропустил перед собой тощего китайца, инопланетянина, девку, рванул следом и… застрял, уперевшись в камень. Ругаясь, кое-как извернулся и подозвал китайца. Тот, недолго думая, начал долбить камень ножом Лю. Благо порода была мягкой, и камень легко крошился. Чуть отойдя, начал помогать ему с другой стороны. Слишком долго и шумно…

Показалась ушастая морда гоблина. Обрадовавшийся карлик сунулся вслед за мной, протягивая ко мне мелкие ручонки, будто я был для него какой-то блаженной наградой. За это он получил пинком прямиком в лыбящуюся рожу и улетел обратно в тоннель. Подняться ему не дали. Массивная туша смела его походя, раздавив черепушку лапой, затем резко ринулась куда-то в сторону. Раздалась очередная порция криков умирающих гоблинов, когда хомяк-переросток напал на них. Вновь завязалась потасовка, а я заработал с утроенной силой, колотя по камню и пытаясь прикинуть, сколько зверей пошло за нами.

Меня даже на какое-то мгновение проняло злорадство, когда я представил, как целая стая будет охотиться на гоблинов. Подумал было выйти, но фонарик высветил притаившуюся у противоположной стены подстреленного мною одноглазого монстра, поджидающего нас в темноте. Кажется, зверь был полуразумным и понимал, что не сможет протиснуться сюда. Он облизнулся длинным языком, смахнув со скинутого броника мою кровь. Жуткое зрелище. Дайте мне ПТРК.

Наконец камень поддался и рухнул вниз, а я вывалился из смертельной ловушки. Не позволяя себе сделать паузы, поторопил своих союзников, стараясь убраться от этого места как можно дальше. Длинная и узкая натуральная пещера разветвлялась ещё несколько раз. Мы старались держаться тех мест, которые были подсвечены факелами. Я попытался было отодрать один из них со стены, но куда там. По ощущениям проще было из самой стены кусок вырвать.

— Я не знаю твоего имени, — обратился ко мне Чи Вэй, когда мы остановились на привал, и я принялся заниматься ранениями.

— Алексей, — сказал я, перебинтовывая царапину, оставленную хищником. Рана была не смертельной, но и не такой, от которой можно отмахнуться. Я потерял немало крови.

— Ты спасёшь их? — спросил у меня китаец, как-то странно смотря на пришельца и девочку.

Ну вот только депрессивного эпизода мне тут не хватало, хотя у самого уже нервы на пределе.

— Не знаю, — ответил я честно, заканчивая перевязку. — Почему ты спрашиваешь?

Китаец ничего не ответил, лишь помотал головой и встал, смотря куда-то вдаль пещеры.

Наши скитания закончились через час, если верить часам в моём чудом уцелевшем смарте. Мы вышли к особенно большой пещере. Я с опаской посмотрел на свисающие с потолка многочисленные сталактиты, но меня тут же отвлекла заплакавшая девочка, прикрывшая лицо ладонями.

— Что такое? — спросил я у неё, но она, как и раньше, не понимала моей речи. Зато меня понял китаец, указавший рукой в сторону.

Я посмотрел в указанном направлении и тут же пожалел об этом.

Глава 4

Между сталагмитами валялась куча людских тел вперемешку с гоблинскими. Исключительно мужчины. Никаких пришельцев среди тел я не увидел. Чуть вдалеке виднелся школьный автобус, попавший сюда непонятным образом.

По телам можно было смело заявлять, что это были туристы. Преимущественно европеоиды, одеты легко, совсем не по российской погоде. Рубашки-гавайки, шлёпанцы на голую ногу и зонтики.