В западне - Максим Шторм Страница 8

И, шаркая ногами, Леонид вышел из кабинета, плотно прикрыв за собой двери. А Кречет, углубившись в покрывавшие бумагу закорючки, положил рядом еще один листок и придвинул чернильницу. Он был посвящён в тайный шифр великой дворянской семьи и до сих пор хорошо помнил его. Поэтому на расшифровку послания у Часового ушло всего несколько минут. А затем он прочёл то, что в итоге получилось.

«Ярослав, буду краток. Я не верю в твою измену и в то, что ты замыслил недоброе против короны. Так же как и не верю в то, что ты вообще каким-то боком причастен к случившемуся, даже если в этом замешаны и твои люди. Но поверить в то, что ты изложил в рапорте, тоже не просто. Но, в память о твоем отце и о тех дружеских отношениях, что всегда связывали наши семьи, я поверю. Коренев — другое дело. Император полон подозрений. И я его понимаю. Ответа от него не жди. Он не будет с тобой разговаривать, пока многие вещи не прояснятся. Прямо с утра в сторону Лютограда отправятся три боевых имперских корабля первого класса. Будь готов к их встрече. На борту флагмана специальная Комиссия по расследованию. У этих людей неограниченные полномочия, дарованные на определённое время самим Императором, и сопроводительные бумагами с его подписью. Они захотят осмотреть всю Цитадель Тринадцатой Стражи. Будут искать любые доказательства вашей причастности к пропаже ценного груза. Всячески содействуй им и не прекословь. Иначе государь не поймёт, и даже я не смогу отстоять тебя. Я знаю, ты человек гордый и непреклонный. Весь в своего отца, царствие ему небесное. Но ты честный человек и тебе нечего опасаться. Просто вытерпи эту проверку. Больше я тебя ни о чем не прошу. Император быстро сменит гнев на милость и направит свою энергию на поиски настоящих преступников. Думаю, не надо тебе говорить, что нужно сделать с этим письмом после прочтения. Роман Рокоссовский».

Все прочитанное намертво отпечаталось в памяти капитана. Он протянул оба листочка к горящей свече и поджёг их. Держал в пальцах до тех пор, пока весёлый, желтовато-голубой огонёк не пожрал всю бумагу, облизнув ему пальцы, и та не осыпалась на стол серым пеплом. Отодвинув от себя писчие принадлежности, капитан медленно поднялся из-за стола и прошагал к окну. Отдернув тяжёлую пыльную портьеру, он посмотрел через мутное стекло на раскинувшийся на сколько хватало глаз лежащий внизу город. Лютоград окутывала ночь. Сочная, густая, сверкающая тысячами звёзд. Для уникального зрения Кречета не существовало преград. Когда нужно, он был способен видеть и в полной темноте.

Окна в кабинете капитана, расположенного в одной из самых высоких угловых башен Цитадели, выходили на южную и западную стороны. Сейчас Кречет смотрел на юг. Через несколько дней оттуда появятся силуэты огромных, неповоротливых боевых крейсеров. Не таких быстрых, как курьеры, разведрейдеры или десантные корабли Стражи, но невероятно могучие и смертоносные. Способные несколькими залпами из бортовых пушек разрушить среднюю крепость.

— Эх, и во что же мы все-таки умудрились вляпаться? — негромко пробормотал Кречет, спрашивая самого себя. — Надеюсь, мои парни в этой Латке задержатся надолго… Нечего им сейчас в Цитадели делать. Особенно Бестужеву.

Капитан никому бы в открытую не признался, но сын его давно погибшего друга, новоявленный Часовой Бестужев, с недавних пор стал ему безмерно дорог. И, в свое время не сумев спасти Александра, Кречет был готов приложить все усилия, чтобы не дать в обиду его сына, Алексея. Тем более, что молокосос того явно стоил. Прикоснувшись к макушке, капитан непроизвольно улыбнулся. Ну кто бы ещё из всех людей в мире додумался вот так жахнуть его по голове⁈

Глава 4

На сколоченный из грубых, вытертых по поверхности до зеркального блеска, струганных досок с мелодичным звоном тяжело плюхнулся перевязанный тесемкой холщовый мешочек.

Один из сидевших за столом людей лениво кивнул сидящему справа от него. Тот схватил мешочек, развязал и сыпанул на столешницу горсть полновесных золотых империалов. Довольно цокнул языком и сгреб монеты обратно в мешок. Даже на первый взгляд тут была сумма, вполне достаточная для покупки небольшого домика в одном из самых благоустроенных районов Лютограда.

— Хватит?

Принёсший золото человек, здесь, в хорошо известном в определённых кругах притоне на окраине города, чувствовал себя очень уверенно. В его движениях не было ни капли нервозности или суеты. И пропустили его сюда, на второй этаж, так же без проблем. Как своего.

— Вполне. Зейст был, конечно, отличным парнем и первоклассным специалистом. Но незаменимых не бывает, — спокойно ответил сидящий по центру человек. — Но и золото лишним не бывает.

— Видать, не настолько чешуйчатый и был хорош, раз позволил себя зарезать обычному человеку, — недовольно буркнул один из трёх расположившихся за столом человек. — Я всегда говорил, что мы чересчур много платим за его услуги.

Главенствующий над этим криминальным сборищем человек невозмутимо бросил:

— Заткнись, Кнут. Зейста пришил далеко не простой человек. И, подозреваю, не совсем обычный Часовой. Правда, я и сам думаю, что в дальнейшем расценки на наши услуги следует поднять. Как выходит, опасность явно больше обычной… Гашек вон тоже допрыгался. Не думаю я, что он так просто сгинул, как в народе болтают.

Он с недвусмысленным намёком посмотрел на вошедшего в комнату закутанного в просторный чёрный плащ с капюшоном на голове человека. Тот, усмехнувшись, сказал.

— Насчёт денег, если в дальнейшем ещё понадобится ваша помощь, можете не волноваться. Мой наниматель всегда щедр к своим людям. Но пока никаких лишних действий. Что-то мне подсказывает, что в самое ближайшее время проблема по имени Алексей Бестужев будет успешна решена. И без вашего участия.

* * *

— Мы то и всполошились лишь тогда, когда однажды поутру вокруг стен следы чудные обнаружили, — словоохотливо делился с нами подробностями происходящей близ Латки чертовщины отважившийся остаться с нами на ночное дежурство один из жителей деревни, крепкий малый по имени Фома. — Обычно мы так факелы никогда не жгли. Да, выставляли несколько человек на ночь, на всякий то случай, кому жребий выпадал. Да и всех делов…

— И что же, ваши дозорные самое первое появления нежданных гостей и прозевали? — недовольно прищурился Корнедуб. — Я был о Севе лучшего мнения, раз он такую сонную стражу выставлял на стены.

Фома несколько обескураженно засопел и горячо зашептал:

— Забижаете, Ваше Благородие. Тока вот злыдни эти поначалу скрывались оченно