В западне - Максим Шторм Страница 5

вернулась магия, много ещё чего появилось и зажило рядом с нами. Да тока равновесие какое-никакое, а соблюдалось. Оно-то и раньше всякое мракобесие погуливало. Но все окончательно изменилось сто лет назад, с приходом в наш мир легионов нечисти и ведьминого Ковена. Скажем так, и нашенские злыдни понемножку наглеть начали. Так что, скорее всего, на Латку стали клыки точить местные лесные жители. Разберёмся.

Покуда находились в арсенале, я отыскал крепкую кожаную перевязь и, пользуясь найденными тут же подручными средствами, смастерил себе едва ли не на коленке грубое подобие той заспинной системы для ношения огромного меча, что мне уже два раза делал дядя Игнат. Получилось довольно неплохо. Всяко лучше, чем меч на плече таскать. А так хоть руки постоянно свободны будут.

Поездку в дальнюю деревню контролировал лично сержант Корнедуб. Он же выбирал людей, снаряжение, и сам же с нами намеревался ехать. По его словам, уж лучше по дальним заставам мотаться, как в молодости, чем задницу отсиживать в Цитадели. Помимо меня и сержанта отряд насчитывал ещё троих человек. Одним из них оказался прибывший со мною в Лютоград из Академии Влад. Которому я тогда как минимум жизнь спас. Новоиспечённый Часовой очень обрадовался возможности проявить меня, да ещё в такой компании, как ветеран Корнедуб и я. Насколько я понял, идущая на ускоренную поправку Дорофеева особо не сдерживалась в рассказах о наших приключениях. Умалчивая, естественно, о том, в чем конкретно заключалась наше задание. Тайное должно оставаться тайным. Да и не принято было здесь докапываться друг до друга. Все всё понимали. Но рассказывая о моих подвигах, Алёна развернула фантазию на всю катушку. Словно хотела таким образом компенсировать все те нелестные слова, что она раньше высказывала, не особо стесняясь, в мой адрес. Так и выходило, что я, оказывается, едва ли не в одиночку чуть не целую орду нечисти за границей истребил. Одним лишь мечом и без силовой брони. Да еще и ее спас.

Поэтому Влад и сиял как начищенный пятак, греясь в лучах обрушившейся на меня сомнительной славы. Я же лишь угрюмо кивал на каждое дружеское похлопывание по плечу, которым числа не стало, и одобрительные слова в свой адрес. Никогда не стремился оказаться в центре внимания.

Алена также рвалась в наш маленький отряд, но главный врач Цитадели запретил. И наказал еще неделю посидеть тишком на своей койке в казарме. Через неделю организм Часового доделает свою работу, и рука воительницы станет как новенькая. Да и Корнедуб непререкаемо заявил, что ему в дружине немощные не нужны.

— Сморю, ты с Алёнкой-то наконец общий язык нашёл, — простодушно сказал сержант. — И правильно. Деваха то она неплохая. Вспыльчивая, вздорная, но хорошая. И все при ней, опять же! Пришлось ей, бедняжке, в детстве еще тех страстей натерпеться… А нынче один из лучших наших воинов.

Что вспыльчивая, это точно. Я невольно поёжился, вспоминая проведённую нами последнюю ночь на корабле. Во время одной из пауз, когда мы лежали, обнявшись, она посетовала, что не может с одной здоровой рукой как следует свои парные мечи отчистить и наточить. Шлем-то ладно, новый сделают, а вот с клинками она уже пять лет не расставалась. Пришлось, скрепя сердце, признаться ей, что ее мечи остались в шахте и на корабле их нет. Ругалась она, конечно, здорово — заслушаешься. А потом ещё и не преминула отомстить. Почему-то опять мне. Так меня укусила за причинное место, когда поласкать решила, что я чуть с лавки не спрыгнул. Уф… Обещал, что больше не доверю!

Итак, отряд состоял из пяти бойцов. Достаточно ли для того, чтобы достойно встретить покушающуюся на деревню лесную пакость? К тому же отправимся налегке, без прикрытия с воздуха и брони. Корнедуб, на чьи плечи капитан полностью возложил всю ответственность за предстоящий рейд, поразмыслив, решил, что вполне. Отправлялись на лошадях. Сержант всячески избегал надевать броню, когда в том не было крайней необходимости. В любом случае, пять Часовых это пять Часовых. К тому же в Латке было немало крепких мужиков, знающих, как из лука стрелять, медвежьи капканы ставить, да от чудищ отмахиваться. Можно вполне себе приличный отряд ополченцев в штыки поставить при случае.

На лошадях до деревни было примерно пол дня пути. Дороги езженые, добротные, ну а на месте и пешком пройдёмся. Лес был совсем рядом с людским селением.

По возвращении капитан пообещал меня тут же отпустить домой. Бумагу он уже подготовил. И опять-таки мне показалось, что он только рад поскорее сплавить меня с глаз подальше. Неужели наш командующий не верит, что Император с должным пониманием отнёсся к тому, что он изложил в своём рапорте? Признаться, я в полной мере разделял опасения Кречета. Может, Коренев и неплохой человек, справедливый. Но он правитель. А правители склонны прислушиваться к окружающим их советникам. И кто знает, что способны напеть в уши государю некоторые из кормящихся подле него личностей. А если нам не поверит и сам Светлый князь Роман Рокоссовский, приняв доводы сторонников радикальных решений возникшей проблемы, то, боюсь, для всей Тринадцатой Стражи наступят тяжёлые времена.

Выезжать в сторону деревни решили сразу же после обеденного часа. Если будем пришпоривать лошадей, то к наступлению сумерек как раз доберёмся. Ну а там, глядишь, в первую же ночь и увидим, кто повадился Латку страшить. Я, как никто другой, был заинтересован в скорейшем завершении этого внезапного задания. Поэтому беспрекословно выполнял все команды сержанта и был готов быстрее других.

А что там мне собираться? Походная одежда, вещмешок, портупея с кинжалом. Перевязь на спине с пристегнутым рунным мечом. Кольчуга да перчатки. Все мое нехитрое добро. Подаренная мне на пассажирском дирижабле Франком удивительная, древняя монета лежала в ящике отцовского стола в его кабинете. Она и фамильный клинок мое самое ценное имущество в этом мире. Негусто. Но и не так мало, как может показаться. И всяко больше, чем у многих. И совсем скоро к монете и мечу должны были присоединиться мои личные, изготовленные специально для меня дядей Игнатом и зачарованные Рогволдом силовые доспехи Часового. Я снова захотел домой. Огромное старинное имение манило меня неразгаданными тайнами и хранящимися среди каменных стен секретами.

— Как с Цитаделью связь будем держать? — вполне резонно полюбопытствовал я у сержанта. — Колдуна-то с нами не будет. Даже завалящего!

— Волшебники нынче все наперечёт. Особенно боевые. А на прочих и смотреть тошно, — скривился Корнедуб. — Один этот, как его, новенький с «Икара» чего стоит! Твардовский, во. Ты его хоть видел?