Земля зомби. Справедливость торжествует - Мак Шторм Страница 34

— А что же ты сидел с ними и не ушел, если тебе было противно? — выкрикнул кто-то из толпы.

Шаман театральным жестом развел руки в сторону и ответил:

— Любопытство не позволяло! Это ценная информация и любой из нас в дальнейшем может оказаться там, где всё пригодное для еды уже давно выгребли, а тут, пожалуйста, поймал одного зомби, настругал его в кастрюлю и вари!

Люди слушали Шамана с жадным любопытством, на их лицах без труда читалось отвращение к описанному им способу добычи пропитания. Скорее всего, делали они это от скуки, жизнь в последнее время у многих сводилась к бесконечному поиску того, что поможет выжить в дальнейшем, или скучной и рутинной работе. А тут какой-то чудак втирает дичь, отчего бы не послушать, морща лицо от отвращения, представляя, как порубленное на куски мясо зомби кипит в кастрюле над костром.

Сам Шаман явно наслаждался, купаясь во внимании слушателей. Он всё делал для того, чтобы максимально их заинтересовать и удержать, применяя различные театральные приемы, артист хренов. Рассказчик, тем временем, продолжал вещать:

— К тому же, у этой странной группы любителей пожрать варёную мертвечину, был хороший запас весьма приличного коньяка, поэтому от мяса я отказался, а вот коньяк пил с удовольствием!

— То есть они жрали зомбаков после термической обработки и не заражались? — опять кто-то выкрикнул из толпы, задав ему вопрос.

Шаман почесал рукой затылок, прищурив один глаз, и ответил:

— При мне никто не обратился в красноглазого урода и даже не продристался. Жрали так, что за ушами трещало! Единственное, у всех зубы были черные, но, думаю это вряд ли связано с мясом зомби, сейчас мало кто должным образом следит за гигиеной ротовой полости.

Понимая, что Шаман, если ему дать волю, при наличии благодарных слушателей, может выступать ещё долго, я дождался, пока он сделает очередную пазу, и крикнул:

— Э, кулинарный справочник, ты поедешь с нами или остаёшься тут?!

Шаман узнал мой голос, нащупав меня в толпе глазами, он ответил:

— Еду, конечно, а то придётся пешком плестись, а это не входило в мои планы.

Потом он окинул взглядом разочарованную публику, которая поняла, что чудной оратор сейчас покинет Рынок, и начала рассасываться. Набрав в грудь побольше воздуха, он громко прокричал напоследок:

— Мой вам совет! Чтобы привыкнуть к мясу зомби, вы, когда будете есть любое мясо, думайте, что оно принадлежало зомбаку!

Начавшая расходиться толпа на секунду замерла, а затем взорвалась матерными криками. Шаману кричали в ответ «Заткнись, больной псих, я теперь неделю не смогу мясо есть!», «Вот ты га. н, меня чуть не вырвало!» и всё такое, матерное и неприличное. Шаман стоял с довольным выражением лица, слушая шквал ругательств и проклятий, который на него обрушался. Повезло ему, что на территории Рынка даже невинные драки под строжайшим запретом, иначе он бы таких неиллюзорных люлей огрёб от толпы, что пришлось бы и его в больничку отправлять.

Я усмехнулся, наблюдая за всем этим со стороны. Слушатели Шамана быстро разбрелись в разные стороны, словно внезапно вспомнили, что у них есть куча дел, которые нужно срочно выполнять. Наш поредевший на двух человек отряд собрался около машин. Я всех успокоил, рассказав, что Кузьмич в руках врачей и Ведьма осталась за ним ухаживать. Напряжённые лица моих друзей стали разглаживаться. Рассевшись по машинам, мы покинули Рынок и направились в сторону дома.

Трассу проехали быстро и без приключений. Свернув с расчищенной от брошенных автомобилей трассы, которая вела к Рынку, на дорогу в сторону дома, я сбавил скорость. Тут требовалось ехать аккуратно, постоянно виляя между брошенными автомобилями, и внимательно высматривать возможные источники опасности.

К сожалению, УАЗы были обычные, не бронированные. После того, как мы пересели на инкассаторские броневики, мысли о защите придавали уверенности. А теперь, наоборот, пересев с бронированных автомобилей в обычные, появилось неприятное ощущение, будто ты оказался голый посреди улицы. В голове периодически появлялась навязчивая картинка, как кто-то спереди наводит прицел автомата на лобовое стекло в районе головы водителя и ведет ствол автомата в сторону, удерживая точку прицела на стекле медленно едущего автомобиля. Правду говорят, что к хорошему привыкаешь быстро, жаль, что это хорошее превратилось в обгорелый металл благодаря проклятым сектантам.

Задумавшись, я не заметил, как проехал остаток пути, и очнулся от размышлений, только когда показался поворот в поселок. У ворот нас уже встречали встревоженные бабулька и Татьяна. Пришлось сразу успокоить их, сказав, что Кузьмич ранен, но не смертельно, а Ведьма просто осталась с ним в больнице.

Загнав машины во двор, все пошли в дом. Я пригласил Шамана в гости, но он отказался, аргументировав это тем, что его дома ждёт Шрам, который беспокоится и скучает. Я поблагодарил Шамана за помощь и отправился домой.

Наспех обмывшись в душе, пришёл на кухню, там Артём рассказывал о наших похождениях своей жене и бабульке. Детвору, чтобы не мешалась, отправили играть в подвал, куда им редко разрешали спускаться. Последние сутки выдались очень нервными, поэтому я подсел к бабульке, сделав жалобное выражение лица, и сказал:

— Дай нам бутылочку Кузьмичевского самогона, нужно снять стресс.

Бабулька покосилась на меня, потом отсканировала взглядом лица всех остальных, решая, действительно нам нужно расслабиться или обойдемся, и неуверенно ответила:

— Я боюсь, Кузьмич мне потом весь мозг прожужжит, он точно знает, сколько бутылок у него хранится.

— Он его в любом случае пгожужжит, это же Кузьмич! Тем более, за его здоговье мы тоже выпьем, кому как не ему оценить такой благогодный поступок. — с усмешкой ответил Артём.

Дожала бабульку Янка:

— Придёт с больницы, ещё нагонит. Сейчас даже я готова стопку махнуть, хотя обычно самогон не пью.

Бабулька посмотрела на задумчиво сидящего Алёшеньку, отчего её взгляд потеплел, и ответила:

— Хорошо, но только одну бутылку!

— Нам больше и не надо. — ответил Артём, радостно потирая руки.

Пока ждали бутылку фирменного Кузьмичёвского самогона, я заметил, что Виктор иногда кидает взгляд на свой носок. Подсев рядом, я по-дружески обнял его одной рукой за плечо и сказал:

— Ну что, призрак коммунизма, в следующий раз угощаешь ты? А то непорядок — считай, у тебя второй день рождения, а ты не проставился!

Витя сначала недоуменно посмотрел на меня, а потом