Пустой II – часть 1 - Артемий Скабер Страница 3

Заметив, что я подхожу сбоку, они обратили на меня внимание.

— Ты чего тут забыл, малой? — удивленно спросил Лет. — Тебе вообще сколько лет?

— Скоро шестнадцать, — ответил я довольно ровно, хотя такое обращение слегка зацепило.

Я никогда толком не общался с незнакомцами. У нас в деревне привыкли делить людей на чужих и своих, правда, своими я так никого и не считал. Варн скользнул взглядом по моим рукам и, видимо, заметил, как крепко я держусь за оружие.

— Давно тут торчишь? — поинтересовался он.

— Около недели, — я кашлянул и посмотрел в сторону.

— Совсем один? — он слегка прищурился.

Я просто кивнул в ответ.

— Ну так пошли вместе, — с улыбкой произнёс Лет.

Брен тут же подобрался и стал потирать ладони, а Торс лишь наблюдал за нашей компанией, задумчиво покусывая губы.

— Что ж, — протянул Брен. — Раз нужное количество собралось, давайте посмотрим, чего вы там в своих деревнях достигли, великие охотники.

Лет хотел было огрызнуться, но Торс жестко его оборвал:

— Меньше слов! Кладите руки на чашу.

Артефакт покоился на большом камне. Внешне все работало точно так же, как и у нас дома, разве что здешний артефакт был немного крупнее и темнее по цвету. Лет первым опустил туда ладонь.

Отметки вспыхивали одна за другой, остановившись на десятой ступени. Лет довольно выпрямил спину. Затем начали светиться кружки чистоты и плотности, но как-то очень уж тускло.

Брен скривился и демонстративно плюнул прямо под ноги рыжему.

— Десятая, — недовольно протянул он. — Две характеристики присутствуют. Качество паршивое, но хоть что-то есть.

Лет явно рассчитывал на похвалу. У него даже уголок губ дернулся от обиды, но он быстро взял себя в руки.

Варн молча шагнул вперед и положил руку на чашу. Опять десятая ступень, а вот характеристики еле дотянули до полутора. Брен даже ничего говорить не стал.

Теперь моя очередь. Я опустил ладонь. Зерно внутри меня сразу потянулось на контакт. Я впервые не пытался его сдерживать или маскировать. Последние несколько лет мне приходилось скрывать его от любого, кто мог бы что-то заметить. Я так привык таиться, что это стало второй натурой, но сейчас просто позволил силе течь свободно.

Возникло довольно необычное чувство, чем-то напоминающее сильное облегчение.

Чаша уверенно выдала десятую ступень. Характеристики чистоты и плотности вспыхнули мощно. А вот устойчивость оказалась куда слабее, чем раньше. Повреждение зерна все-таки дало о себе знать. Оно не отняло саму силу или возможность использовать знаки, но ударило именно по устойчивости. Мне стоило больших трудов сохранить невозмутимый вид. Внутри закипала злость, но показывать ее посторонним было нельзя.

Торс перевёл взгляд с чаши на меня.

— Школа равновесия, — негромко сказал он.

По его лицу вообще ничего нельзя было понять. Никакой издевки, но и желания помочь тоже не читалось. К чему он вообще это ляпнул? Этот городской точно не из тех, кто по доброте душевной раздает советы всякой деревенщине. Выходит, его внимание привлекло что-то конкретное. Может, дело в других двух характеристиках, что ярко себя проявили? Или он заметил какой-то перекос и понял, что мое зерно с дефектом?

Я решил промолчать и просто запомнить сказанное. Тем временем Брен уже направился к воротам, небрежно бросив через плечо:

— Шагайте за мной, оборванцы, пора вам увидеть город изнутри.

Нам оставалось пройти шагов пятьдесят, и мы проделали этот путь в полной тишине. Лет постоянно озирался по сторонам, Варн шагал как-то слишком уж напряженно. А я просто смотрел на ворота, пытаясь на глаз прикинуть их массу и толщину.

Здоровенные створки из темного металла возвышались надо мной раза в три, а то и в четыре. По ним шли косые пересекающиеся полосы, а по краям виднелись тупые металлические наросты, скорее для красоты, чем для защиты. На самом верху располагались какие-то символы, но снизу было сложно что-то разглядеть.

Торс совершенно обыденно приложил ладонь к металлу. Внутри механизма раздался тихий щелчок, и тяжелые створки без единого звука поползли внутрь.

Лет шумно выдохнул. То, что мы увидели за воротами, оказалось совершенно непривычным.

Дорога.

Это была не обычная утоптанная земля или песок, а настоящий серый камень. Его уложили аккуратными поперечными рядами, причем так плотно, что между плитами вообще не оставалось зазоров. Идти по ней было странно: поверхность казалась жесткой и немного скользкой, словно ее годами полировали.

С непривычки ноги слегка разъезжались на этой твердой поверхности. Дорога тянулась вперед идеально ровной линией, не петляя и не меняя ширины. Вокруг был сплошной камень. Я много лет трудился в руинах, поэтому прекрасно понимал, каких невероятных усилий стоило все это построить.

По обеим сторонам улицы тянулись дома. Сначала шли двухэтажные каменные постройки, причем материал сильно отличался от того, что мы имели в деревне. Здания стояли вплотную друг к другу, а чуть дальше начинались уже трехэтажные. Окна шли ровными рядами, выбеленные стены выглядели аккуратно. Казалось, даже тени здесь падали по какой-то задумке. Солнца вроде бы светили, как обычно, но то как расположены дома…тень скрывала дорогу и часть улицы. Кто-то же это всё придумал и рассчитал.

Вместо привычной пыли чувствовался густой аромат какой-то еды, запах свежей древесины и еще что-то странное, чему я даже не мог подобрать подходящего слова.

Лет просто замер посреди улицы и уставился на крыши. Варн продолжал идти, но заметно сбавил темп. Я же старался все запомнить и рефлекторно прикидывал варианты. Куда можно спрятаться в случае чего, где ближайший выход. Правда, голова соображала туговато, потому что от обилия новых впечатлений глаза буквально разбегались.

Вокруг была куча людей. Кажется, столько народу разом я не видел за всю свою жизнь. Толпа двигалась в обоих направлениях, люди болтали, тащили какие-то мешки и свертки. Одеты они были совсем иначе: вместо нашей грубой мешковины носили вещи из добротной гладкой ткани. Парни расхаживали в куртках с застежками, многие носили кожаные сумки на поясах. Женщины были одеты в длинные перехваченные ремнями платья.

Под ногами путалась местная детвора, но никто на них не ругался. Горожане вообще вели себя очень расслабленно. Не жались по углам, не озирались тревожно по сторонам. Было видно, что они чувствуют себя здесь хозяевами.

Вдруг из-за поворота показалось какое-то четвероногое создание.

Животное оказалось просто огромным, если не считать скалиха, в руинах мне такие здоровяки не