Фантастика 2025-60 - Ascold Flow Страница 284

Центр Ремиссии — способ спасти тех бойцов, что накачались боевой химией или получили какую-либо ещё гадость, из-за которых обречены на скорую смерть. Очищает организм и не даёт солдатам пасть в неравной схватке с радиацией и другим подобным угрозам.

Оздоровительные капсулы — заменяют аптечки. Цена последних, как по мне — оправдана, ведь что такое жалкие ОД в сравнении с жизнью человека? Но если учесть, что люди даже на очищенных от зомби землях умудряются травмироваться, получать раны, да даже порой начинать перестрелки друг с другом, то… Сколько этих аптечек понадобится? А хронически больные? Для таких приём аптечек становится регулярным занятием. По прикидкам Афины мы за всё время с момента начала апокалипсиса потратили больше миллиона ОД на аптечки. Это много. Но это наша обязанность и необходимость. Появление подобных капсул, возможно, сумеет немного помочь уменьшить расходы и в случае осады даст шанс защитникам, даже если все аптечки закончатся.

Мастерская протезов — для печальных случаев, когда даже аптечки не помогают регенерировать повреждения. Одно дело палец потерять или кусок кожи и мяса, вырванные зубастым зомбярой. Другое дело — размозжить бетонной плитой ноги. Там не помогут даже десять больших аптечек, особенно если применить их спустя время, после ампутации. Но если в теле всё ещё есть воинский дух, и человек не сдался — мы сможем вернуть его к жизни. А там, хочет — пусть в экспедиционный корпус идёт. Хочет — пусть на производстве помогает. Мы уже живём в эпоху дефицита. В какую точку на карте мира не ткни — там будет что-то, чего людям не хватает. Поэтому каждый человек, способный трудиться и работать — на счету. Я сражался бок о бок с людьми, чьи руки заменяли протезы. Убивали они не хуже прочих. Порой даже лучше.

Центр нейростимуляции — это вообще мечта командира, такого как я. Учебные базы и корпус подготовки — это хорошо. Но на нашей планете уже давно вошло в обиход правило: если хочешь быть в чём-то хорош, занимайся этим регулярно. Чтобы подойти к званию мастера в чём-либо, проведи хотя бы тысячу часов, упражняясь. Лётчики на лётных симуляторах летают годами, чтобы совершенствовать и доводить до автоматизма свои действия. Оператор артиллерийской установки, выстреливший больше тысячи раз по врагу, будет эффективнее целого взвода новобранцев, прошедших лишь базовую подготовку. И это касается всего. Обучать работе с новым оружием приходится неделями, после чего бойцы всё ещё неуверенно и с мокрыми от напряжения спинами тянутся к переключателям, боясь всё испортить. Согласно статистике, мы потеряли больше бойцов от ошибок плохо обученных бойцов, чем от лап зомби. Такова реальность, но времени нам никто не даёт. Центр нейростимуляции — наша дорожка к решению этой проблемы. Он выжмет из тебя все соки и за пару дней обучит работе с чем угодно. Это будет сродни месяцам стандартной подготовки. Не физической, конечно, но именно знания и рефлексы — выработаются как надо. Закрепятся в головах бойцов и их командиров.

Я всегда с радостью пользовался возможностью попасть в такие центры в своих снах. Так и на инженера-программиста отучился, и ещё на много кого. Знания были обрывочными, но у меня было время, чтобы всё это соединить воедино. Что и помогло создать Афину и Ареса. Жаль, что подобный шанс выпадал крайне редко. Лишь пару раз в год… Ведь это должна была быть очень высокоразвитая база. С не менее прокачанной цитаделью.

Это были далеко не все возможности для улучшения, но самые важные. Это выделял и искусственный интеллект в терминале, и я сам с ним был совершенно согласен. Исключение, которое мне пришлось искать отдельно — это то самое «Эхо цитадели». На первый взгляд — бесполезная постройка…

Справка гласила: «Эхо цитадели — комплекс мер радиоэлектронной борьбы и вместе с тем — комплекс связи, работающий с другими подобными комплексами, в том числе на орбите».

Почему она казалась мне бесполезной? Потому что я планировал построить куда как более мощную сеть станций связи по всему миру и объединить их в локальную сеть. Первая такая уже завтра начнёт возводиться на лысой горе в километрах от Мариэля. Мы наконец-то до неё дотянулись… Они будут куда мощнее и не будут иметь ограничения на связь только с другими суперцентрами связи. Вторая причина — РЭБ. Каким бы сильным этот комплекс мер борьбы ни был, в терминалах не так уж и редко встречается полноценный мобильный комплекс. И не по моим данным, а по оценкам Афины, некоторые из этих мобильных комплексов ничуть не уступают стандартным, что находятся в цитадели. Да и от тварей хитиновых они всё равно не спасают. Что одни, что вторые бесполезны… Но то, что они могут связываться с «Эхом» на орбите — в корне меняло дело. Я может и не эксперт, но там точно есть что-то от нашего врага, с чем это устройство сможет связаться. И это создаст связь с моим внезапным союзником. Ну, или лжецом, потешающимся над стоящей на грани цивилизации. Тут я пока ещё не понял, кто он. Безоговорочное доверие — это не то, что можно получить, просто сказав пару обнадёживающих слов на моём языке при помощи терминала.

Я вышел из терминала и посмотрел на дожидающихся меня всё это время соратников.

— Наконец-то… Почти час вас не было, босс. Мы уже переживать начали… — поднялся, заскрипев механическими коленями силовой брони, Роберто.

— Ты в воду прыгал? Марш на техобслуживание. Всё смазать, чтобы я такого больше не слышал! — тут же я нахмурился и угрожающе указал пальцем на моего мексиканского полководца. — Это не первый твой косяк за пару дней, Роберто.

— Да кровь зомби, видать, попала… Сейчас всё исправлю…

— Исправь. Обязательно исправь. У тебя тридцать минут. Затем мы выдвигаемся.

— Куда? И что там в терминале? Михаил, ну интересно же… — застенчиво спросил Фернандо.

— В терминале то, что я ожидал. После миллиона ОД суммарных открывается возможность постройки улучшения штаба — цитадели. Мощное усиление для наших опорных пунктов. И очень дорогое… Зависит от развитости штаба…

— Скинуться на покупку можем? — поинтересовалась Наташа.

— Очень на это надеюсь. Здесь, в базовом штабе, мне предлагались варианты от восьмисот тысяч ОД до трёх миллионов.

— ЧЕГО? — развернулся и прокричал Роберто, что слушал мой рассказ по шлемосвязи.