Фантастика 2025-191 - Жорж Бор Страница 198

Брок задумчиво потрогал мощные плети плюща, от цокольного этажа до крыши опутывающие здание. Вроде, с прошлого раза ничего не изменилось. Должны выдержать. Да и кто не рискует, тот не получает потенцит! Брок стиснул зубы и полез на третий этаж, проклиная светомаскировочный режим — с одной стороны, никаких свидетелей его компрометирующего Клер поступка, с другой — стучать в окно придется наугад. И если он неправильно помнил нумерацию апартаментов с прошлого раза, когда так же наведывался к нере Стоун, то будет весьма, весьма неловко. Он застонал, вспоминая, как после неудачи на любовном фронте с нерой Стоун, проживавшей тут на втором этаже, он делился житейской мудростью с… Да-да, с Малышом! Ну надо же быть таким идиотом! Она же все его удачи и неудачи знает, ему никогда не заслужить её прощения…

Он добрался до окон третьего этажа, заметив, что нера Стоун, судя по звукам, совсем не скучает в одиночестве, сильнее сжал зубы и стал осторожно перебираться к нужному окну.

Проклятый светомаскировочный режим, придется полагаться на удачу, а она уже с луну прочно отвернулась от него.

Брок костяшками пальцев постучал в темное, заклеенное бумагой стекло.

Тишина.

Он снова осторожно постучал, в этот раз чуть-чуть громче, на всякий случай проверяя пути отступления.

Оконная рама с тихим скрипом поднялась вверх.

В грудь Броку уверенно смотрело дуло дамского питбуля с потенцитовым гасителем отдачи. За револьвером пряталась Клер. Сейчас у Брока ни капли сомнения в том, что она девушка, не было — тонкая ночная рубашка и накинутая на неё шаль мало что скрывали.

— И что ты тут делаешь? — вместо приветствия спросила Клер, все же опуская револьвер и ставя его на предохранитель.

Брок честно сказал:

— Пытаюсь не упасть с третьего этажа.

— Меня это должно волновать?

— Нет, — вздохнул мужчина, признаваясь: — я сейчас без эфира: если упаду, то что-нибудь обязательно сломаю себе. А еще я могу не сдержать крик, и тогда тебе придется выходить за меня замуж. Пустишь?

Кажется, замуж она не спешила — Клер отошла от окна, позволяя забраться в комнату. Брок тихо закрыл за собой окно и плотно зашторил окна:

— Меня никто не видел, так что злые языки не коснутся тебя.

Он осмотрелся — это была спальня, он не промахнулся. Отделанная обоями с золотым теснением, с изящной мебелью красного дерева, с огромной кроватью под балдахином — роскошно, удобно, достойно.

— Меня это мало волнует. — Клер обошла небольшой круглый стол, стоящий по середине спальни, словно защищаясь от Брока, положила питбуль на столешницу перед собой, запахнулась в шаль. Ни сама ни села, ни Броку не предложила, да он бы и не сел, когда лера стоит. Если только под дулом пистолета… — Зачем ты пришел, Жабер?

— Брок. — поправил он её, так и оставаясь у окна, чтобы не пугать и не смущать — стол между ними подсказал, что она не очень-то хочет оказаться слишком близко с ним.

— Не вижу смысла… — качнула она головой. Ночной чепец она не надела, и волосы не прибрала. Значит, локоны у неё свои или она делает укладку модной ныне паровой плойкой. Клер криво улыбнулась, совсем как раньше, и грубо, как Малыш, спросила: — Че надо?

— Клер, прошу, без этого жуткого портового говорка. Я пришел…

Она оборвала его:

— Чтобы проверить, женщина ли я?

— Ммм… — говорить, что её рубашка просвечивает даже в тусклом свете одинокой свечи, горевшей на столе, показалось Броку опрометчивым. Питбуль как бы намекал, что лучше без глупостей.

Клер все поняла иначе. Она сложила руки на груди, совсем как мальчишка, и вскинула вверх подбородок:

— А как ты это сделаешь? Глазам своим не веришь, документам тем более. Позовешь доктора? Так я же подкупить его могу. Попробуешь сам? Закончишь, как Грыз. Что-то еще?

Брок тихо сказал:

— Я знаю, что ты девушка. Тебе снова недавно поставили печать.

— О… Не подумала, да, — она как-то быстро растеряла свой боевой задор — видимо, поняла, кто проболтался о печати, и подумала о том, что адер Дрейк еще мог поведать о ней.

— И я знаю, что на самом деле ты Элизабет Агнес… — продолжил Брок.

— Она мертва.

Брок отрицательно качнул головой:

— Она сейчас стоит передо мной, и ты до сих пор моя невеста.

Кажется, это было не то, что она хотела услышать. Клер сгорбилась и все же опустилась на стул, тяжело облокачиваясь на столешницу и пряча глаза за длинными свободными прядями волос:

— Я освобождаю тебя от клятвы, которую ты даже не приносил. Ведь все было решено без тебя, причем даже не твоим королем. Хочешь земли и титул — получи невесту в довесок.

— Я давал слово и причем слово давал тебе — Малышу. Клер ли ты, Клермон, Малыш или лера Элизабет — я тебе давал клятву. Не имени. Я обещал заботиться о тебе — от клятвы не отказываюсь. И я должен извиниться перед тобой за свое поведение. И за то, как вел себя днем, и за то, как вел себя с Малышом…

Она еле слышно рассмеялась, и худые плечи заходили ходуном:

— Ты знаешь, что с извинениями приходят днем с цветами и конфетами? И извинения приносят совсем не так, как ты сейчас?

— Ммм… Я боялся, что днем ты меня не пустила бы на порог. — он испытывающе посмотрел на Клер. — Ведь так?

Она согласилась с его предположением:

— Не пустила бы.

— Вот видишь! А мне важно извиниться перед тобой… Слово чести, все будет — букеты, конфеты, лучшие кондитерские и вечер на мосту князей — только дай мне шанс все исправить.

— Нет смысла, Брок. Я послезавтра уезжаю, и мы больше никогда не увидимся…

Сердце Брока ухнуло куда-то в живот — он знал, каким упертым бывает Малыш. Только и отступать нельзя, он себе не простит, если с Клер что-то случится:

— Напиши мне из Вернии, прошу… И, как только война закончится, я приеду к тебе.

— Я не вернусь в Вернию.

— Но ты так рвалась домой… О… — он замер, все понимая. — Я тебя подвел… Прости, я не хотел. Я отчаянно непонятливый и неудобный жених.

— Я знала твой характер, так что тебе не за что извиняться. Ты сделал свой выбор — я его приняла. Ты не обещал возвращаться в Вернию со мной.

— Тебя без меня некому было там защитить…

Она пожала плечами, словно это было неважно:

— Я привыкла сама себя защищать, просто в Вернии мне больше нечего делать