Тимур и его отряд - Петр Алмазный Страница 9

— Как это не знаете? Когда это товарищ милиционер Сахаров по нашему вызову был на месте нападения на товарища Стукова и вызвал ему скорую, — настаивал я.

Слово за слово и выяснилось, что молоденький милиционер только третий день на службе и еще не со всеми в отделении успел познакомиться.

А вчера вечером его срочно привезли сюда и оставили охранять пострадавшего. И ни о каких добровольных помощниках милиции его не предупреждали.

Это Пашка болтливый язык во время спора успел ввернуть.

В общем новобранец, звали его Игорь, наконец оттаял. Сказал, что пострадавшего зовут Виктор Стуков. Он сам так назвался, когда пришел в себя. Только все равно к нему не пустил, потому что товарищ Стуков еще очень слаб, только недавно после операции и все время спит.

С ним еще товарищ следователь не общался. Игорь посоветовал приезжать через пару дней, когда Стуков окрепнет и сможет нормально разговаривать.

Домой мы не торопились. Когда еще удастся погулять по Петроградке, поэтому мы решили дойти до дома пешком.

Прекрасная августовская прогулка.

По Большому проспекту мы дошли до Заячьего острова, прогулялись вокруг Петропавловской крепости.

Славка рассказывал о политических заключенных, которые содержались здесь в казематах. После чего вышли на Васильевский остров, прошли по мосту Равенства на Адмиралтейскую сторону и по проспекту 25-го Октября двинулись назад к улице Марата.

Вернулись мы в вечерних сумерках. Попрощались.

Мы с Пашкой договорились встретиться утром, чтобы сходить к дяде Федору за предварительными результатами по дешифровке платка.

У Славки была шахматная секция, но после того как он закончат в начале первого, мы договорились встретиться у нас во дворе и обсудить полученную информацию.

Я поднялся к себе в квартиру. Мамы дома еще не было. Она поздно возвращались со службы. К тому же по дороге заходила в продуктовый купить что-нибудь к ужину.

Я отпер дверь своим ключом, прошел по коридору, не включая свет, к нашей комнате. Снял куртку, повесил ее на вешалку и сменил уличные ботинки на простые домашние тапки.

Войдя в комнату, я включил свет и остолбенел.

Я сразу почувствовал, что в комнате кто-то был, еще до того, как включил свет.

По запаху. Пахло махоркой. В нашей семье никто не курил, тем более махорку. Но когда я включил свет, сомнений никаких не осталось.

В комнате не просто был кто-то посторонний, но он изрядно похозяйничал.

Здесь явно производили обыск. Двери шкафов были открыты. На полу валялась одежда и постельное белье. С железной солдатской кровати, на которой спала мама, был скинут матрас. С моей деревянной тоже. Хорошо, что проникнувший к нам в квартиру бандит не стал вспарывать матрасы. До прихода мамы я смогу все убрать, но вот вспоротые матрасы объяснить бы никак не смог. Книжки из шкафа тоже лежали вперемежку на полу, подергиваясь серыми страницами на сквозняке.

Сомнений никаких не было. Вчерашний бандит далеко не убежал. Он занял удобную позицию и выследил, куда я пошел.

Вероятно, он видел, как Стуков передал мне платок с шифром. И сегодня он пришел к нам в квартиру, чтобы найти платок. В такое время все на работе, поэтому в квартиру он проник незамеченным. Также незамеченным и ушел.

Я посмотрел на часы. Времени у меня оставалось чуть меньше часа, чтобы убрать следы погрома.

Работы невпроворот, а времени совсем мало. Одному не справится. Тем более мне страшно не терпелось рассказать о происшествии. Хорошо Пашка рядом живет.

Я сбегал за ним. Его мама сначала не хотела отпускать, но я сказал, что мне нужна помощь в одной интересной задаче по алгебре, и она отпустила.

Хотя, где Пашка и где алгебра, но каждому родителю хочется верить, что их отпрыск семи пядей во лбу, и разбирается во всем на свете.

Пашка никак не ожидал моего появления. Ведь мы только что попрощались. По дороге он атаковал меня вопросом:

— Что случилось?

Но я отбился ответом:

— Дома расскажу. Не время.

Оказавшись у меня дома, Пашка сам все понял.

— Это бандит к тебе приходил. Он знает, где ты живешь.

— Сейчас не об этом думать надо. Надо все привести в прежний вид. Я не хочу, чтобы мама волновалась.

Сначала мы ликвидируем последствия этого шмона, а уж потом я подумаю, как обезопасить себя и маму от дальнейших возможных визитов уголовного элемента.

Пашка поднимал с пола книги и возвращал их в шкаф. Я занялся уличной и домашней одеждой, потом матрасами и постельным бельем.

Вскоре хлопнула уличная дверь. Это соседи возвращались домой. Мы как раз успели полностью прибраться.

Я проводил Пашку до дверей. Договорились, что завтра действуем согласно намеченному плану, запер за ним и только чуть отошел, как услышал пашкин голос снаружи:

— Добрый вечер, Ольга Ивановна.

— Добрый вечер, Паша, — послышался голос мамы.

Я открыл ей дверь и впустил в квартиру.

Вечер прошел спокойно. Мы поужинали, после решили почитать перед сном книги, и тут я услышал удивленный голос мамы.

— Тимур, а что это с книгами?

Она стояла перед открытым книжным шкафом и смотрела на полку, где часть книжек стояла страницами вперед, а корешками вглубь полки.

Пашка дурень такой сильно торопился и в волнении ставил книжки на полку как попало. Пришлось маме рассказывать, что это я искал книжку «Гиперболоид инженера Гарина», мне про нее Славка рассказывал, и так задумался, что поставил книжки неправильно назад.

— Нашел?

— Нет, — ответил я.

— Как это? Вот же она, — мама достала с первой полки коричневый томик Алексея Толстого.

— А я просто другую нашел. А эту передумал читать, — тут же поспешно сказал я.

— Понятно. Ну ладно. А что ты нашел себе? — спросила мама.

Она мне во всем доверяла, но ей казалось странным мое поведение.

Я взял с полки книжку, которую начал читать несколько дней назад, но не продвинулся дальше первых страниц.

Я ее у Славки взял почитать. Мама эту книгу не видела.

— Вот Житкова «Под водой» там про подводную лодку, которая опустилась на дно и застряла. Очень интересно.

Мы сели читать при свете настольной электрической лампы.

Ночью я спал плохо. Все мне мерещилось, что кто-то снаружи царапает стекла, потом открывает окно и влезает в комнату, чтобы завладеть платком с шифром, а меня и маму убить. Но у меня в руке пистолет, и я был готов к встрече с бандитом.

Утром я выпил чаю и выскочил во двор. Пашка и Катька меня уже ждали. Выглядели они