Казачонок 1861. Том 7 - Сергей Насоновский Страница 8

Бекетов быстро оглядел склон, кусты, осыпь.

— Корнет Рубанин! — крикнул он.

Из середины строя выехал офицер. Совсем еще молодой, усы едва пробились, но держался в седле крепко и уверено.

— Возьмете десяток, — сказал Бекетов. — Подходите на огневую. Коней отвести в тыл. Прижмите эту троицу, чтоб головы не могли поднять. Сами укрывайтесь лучше, под пули не лезьте.

— Есть, господин поручик.

— Остальные — за мной! Идем в обход! По верху обогнем балку и перекроем выход. Живо!

Корнет только кивнул своим, и десяток драгун отделился от отряда. Несколько приняли чуть левее, другие — правее. Лошадей двое повели в сторону. Остальные начали занимать позиции, используя для укрытия все, что только можно.

А Бекетов повернулся ко мне.

— Ну, казачонок, показывай, где их с другой стороны лучше ловить. Только рядом будь, понял? Шаг влево, шаг вправо…

— Понял, вашбродь. Правее надо брать, — махнул я рукой. — Там балка сперва глубже, потом изгибается, и дальше есть удобный выход. Ежели прорываться станут, туда, скорее всего, и пойдут.

— Веди.

Я развернул кобылу вправо. Бекетов шел рядом. С другой стороны пристроился Власов и молча сунул мне повод Кузьки.

— Сам держи своего недомерка, — буркнул он. — Сладу с ним нет.

— Добре.

Добре, как же. Кузька от всей этой стрельбы был уже на взводе: ноздри раздуты, глаза косят, тянет то вперед, то вбок. Пришлось прижимать его к своей кобыле и то и дело осаживать.

Пошли мы быстро, но уже не так, как прежде. Тут надо было не лететь, а вовремя оказаться в нужном месте и самим не попасть в засаду при этом. Балку эту я уже успел разложить в голове, так что понимал, куда вести. Шли вдоль кромки, стараясь держаться так, чтобы снизу нас не было видно.

Позади то и дело хлопали выстрелы. Это корнет со своими прижимал троицу у входа.

— Далеко еще? — спросил Бекетов негромко.

— Нет, вашбродь. Вон тот бугор минуем — там и будет пологий спуск. Самое удобное место, чтобы выскочить.

Отряд вытянулся в цепочку. Драгуны были напряжены, это читалось по их лицам. На фоне их я, наверное, выглядел приблудным щенком среди волкодавов.

Балка сделала длинный изгиб, и нам открывался пологий участок, не особо удобный, но вполне годный для подъёма или спуска. Я ткнул туда рукой.

— Здесь, вашбродь.

— Спешиться! — приказал Бекетов. — Лошадей отвести за складку. Без команды не стрелять.

Драгуны действовали быстро, как отлаженный механизм. Трое из них тут же собрали лошадей, включая мою Звездочку и Кузьку, и стали отводить их за небольшую складку местности. Остальные же споро разбирали позиции.

— Ты при мне, — сказал Бекетов. — Только вперед не лезь.

— Да и не рвусь, — буркнул я.

— Вот и хорошо, дольше проживешь.

Я устроился рядом с ним за низким кустом. На какое-то время стало тихо, относительно конечно. Позади в паре верст еще раздавались выстрелы команды корнета Рубанина. Но здесь, у выхода, повисла тишина, предвещающая скорый бой.

Если трое остались наверху нас держать, значит, выйти здесь должно девять абреков.

Минуты две ничего не происходило. Потом из глубины донесся топот копыт. Он нарастал. Послышались гортанные выкрики.

И вот из балки показалась первая лошадь.

Шли абреки именно так, как я и думал. Уверенные, что мы все еще возимся у входа, они вылетали к выходу быстро, рассчитывая проскочить. Сначала показался один, следом бок о бок еще двое, а потом потянулись остальные.

Бекетов опустил руку.

— Пли!

Драгуны ударили почти в упор.

Грохнуло знатно. Первого абрека выбило из седла, он махнул руками и исчез под копытами своих же. Второй согнулся набок и повалился вместе с конем. Третий еще секунду держался, потом уткнулся лицом в гриву и начал сползать вниз. Кажется, и четвертому досталось крепко: его конь встал на дыбы, завертелся, а сам всадник грохнулся под ноги остальным.

Остальные тоже всполошились. Кто-то рванул вбок, прямо на кустарник и осыпь. Двое чуть не столкнулись лбами. Один, видно самый горячий, попытался дёрнуться обратно в балку. У них началась неразбериха и свалка.

— Бей! — крикнул Бекетов.

Второй залп вышел уже не таким дружным, перезаряжались драгуны с разной скоростью, но и этого хватило. Еще один абрек вскрикнул и свалился боком прямо под ноги соседу. Конь шарахнулся, взбрыкнул и сам едва не сбросил седока.

Бекетов уже поднимался с земли суровым взглядом оглядывая это побоище.

— Вот теперь, — сказал он негромко, — ни одна сволочь уйти не должна.

Не все, однако, сразу смирились с тем, что их зажали. Я увидел, как три абрека, что еще держались в седлах, решились на отчаянный прорыв. Поняли, что другого выхода уже просто-напросто нет.

Один несся прямо на нас, выставив вперед шашку. За ним, пригнувшись к гриве, шел второй. Третий взял левее, надеясь, видно, проскочить между порядками драгун.

Я выхватил револьвер, инстинктивно целясь в приближающегося всадника. Краем глаза заметил, как Бекетов делает то же самое, припадая на колено.

Выстрелили мы почти синхронно.

Две пули почти разом ударили первого абрека в грудь. Его просто вынесло из седла, а обезумевший конь пронесся между нами дальше, только уже без хозяина.

Второй выстрел я успел сделать раньше поручика. Горцу и его хватило. Он уже подлетал к Бекетову, занося шашку для удара, но моя пуля поправила его планы. Клинок пошел вниз, а сам он стал валиться на бок.

Третьего дожали драгуны. Хлопнул выстрел, и тот клюнул носом в конскую шею. И почти сразу сполз вниз, запутавшись ногой в стремени.

Конь, обезумев от запаха крови и выстрелов взвился, прыгнул в сторону, волоча тело за собой, но его тут же подхватили под уздцы драгуны.

Все это заняло, наверное, несколько секунд. А показалось, будто тянулось долго.

Я выдохнул и только теперь понял, как колотится сердце. Бекетов коротко покосился на меня. Уже без подозрительности, а как-то иначе.

— Ловко стреляешь, казачонок, — сказал он.

— И вы тоже, вашбродь, не промах, — ответил я, вытирая рукавом испарину со лба.

Слева, со стороны входа в балку, стрельба еще шла. Потом паузы между выстрелами стали длиннее. После грянули три хлопка почти подряд, и наступила тишина.

Похоже,