Белый царь - Илья Городчиков Страница 4

с Лондоном и постоянной защитой трудно снабжаемой колонии на западе Америки, на месте Петербурга я бы точно бросил нас. Слишком невыгодно противостояние с Лондоном. Это ведь не просто конфликт интересов, но и возможное обострение в Средней Азии, где англичане то и дело облизываются на тамошних ханов.

— И что вы хотите предложить?

— Чтобы другие узнали о нашем могуществе. Что мы не просто кучка вооружённых русских поселенцев, которые чудом смогли разбить испанцев, а полноценная, пусть и региональная, сила с собственным производством, оружием и армией.

— Сомнительно. У нас есть индейцы, но их мало для того, чтобы при необходимости разбить полноценную карательную экспедицию.

— В правильном направлении мыслите, товарищ Луков. — Я выложил перед штабс-капитаном россыпь пуль. — Представьте, что эти пули — ничто иное, как индейские племена, которые нас окружают. Все они по отдельности — не самая большая сила. Так уж сложилось, что на этом побережье мало индейских союзов, но тем лучше для нас. Вскоре мы станем для них ощутимой проблемой, а значит, нужно привести их к покорности первыми.

— Крестить?

— Для начала. Пусть хотя бы номинально, пусть они продолжат верить в собственных богов, но носят на груди кресты. — Я глянул на Маркова. — Славян также крестили, тоже синкретизм вер имелся, только с большим огнём. Нам бы этого огня по-минимуму получить.

— Уж это задача для Маркова.

— Он этим займётся, приказ вскоре поступит.

— К чему вы тогда ведёте? Не совсем понимаю.

— Считайте, что вы должны не только вести разведку, но и рассказывать всем окрестным племенам о том, что Белый Царь готов даровать всем племенам и семействам, которые готовы пойти на соглашение с моим правлением, бонусы, оружие и защиту.

— Это станет нарушением старых договоров с вождями.

— Ничего, переживём. Пока англичане здесь, нужно показать им, что мы здесь закрепились и сделали это надолго. Так что даю вам задачу: берёте казаков, часть индейцев и так далее. Берёшь лучшее оружие и демонстративно выходишь из города так, чтобы англичане это видели без подзорных труб.

Больше Лукову информации было не нужно. Он быстро собрал всех необходимых людей и покинул город на рассвете, при большом скоплении народу и, что было значительно важнее, под пристальным взглядом английского дозора с той стороны. Андрей Андреевич взял с собой всех казаков, пяток индейцев в качестве проводников по сложной географии окрестностей и вьючных лошадей. Работали по старой тактике, нагрузив четвероногих товарищей всеми необходимыми товарами, связками дешёвых бус, многочисленными мешочками разномастных безделушек, почти не имеющих ценности в Европе, но крайне дорогих для местных вождей.

Цель у Лукова была проста, как топоры, которые он везёт с собой: посетить все окрестные поселения и стойбища индейцев, повторяя одну и ту же мысль. Дескать: «Белый Царь в городе силён и щедр. Он даёт железо, ткань и защиту тем, кто живёт с ним в мире и признаёт его власть. Придите к нам, креститесь, работайте под нашими законами — и станете частью нашего народа». При этом я не заставлял индейские племена сбегать с привычных им мест обитания и переселяться к городу. Усиливать плотность населения в отдельно взятом секторе было скорее опасно, чем приносило хоть какую-то пользу.

С теми поселениями, что были согласны на подписание договора, заключался даннический или же федеративный договор, по которому они становились частью подданных Русской Гавани, сохраняя определённую автономию, но имея при этом общие экономические, военные и политические связи с городом. В обмен на постоянный и исправный ясак, а также смену верования на православие, я предлагал помощь во всех военных аспектах, научную и медицинскую помощь. Естественно, Луков должен был обмолвиться о том, что испанцы или соседние племена хотели провести новую военную кампанию по завоеванию новых территорий или пленению новых рабов для своих плантаций.

Быстро Луков свою задачу точно не выполнит, и всё это время я занимался насущными задачами. Планы по расширению кузнечного дела требовали немедленного воплощения. С первыми успехами домны мы обеспечили себя сырьём, но вот его необходимо было обработать. Запасы постоянно росли, и долго держать их на складах не представлялось возможным, а потому их нужно было использовать. Каждая семья, каждый новый договор, каждое племя требовали целый список необходимых вещей: топоры, плуги, пилы, серпы, молотки, мотыги, лопаты, ножи, скобы для дверей, килограммы гвоздей. Естественно, что малый штат кузнецов не мог взять и с пустого места произвести все необходимые вещи.

Вместе с Обручевым мы отправились к кузнице, которая теперь представляла собой не просто сарай с горном, а обрастала мастерскими и навесами, постоянно расширяясь. Гаврила, чьи руки и лицо были вечно в саже и окалине, встретил нас у входа, держа в руках только что откованный серп, рассматривая его со всех сторон.

— Народу много, господин, — хрипло сказал мне Гаврила, оттирая ветошью руки от старой смазки. — Я десять подмастерьев учу, но учатся они медленно. Ножи ещё отковать могут, гвозди тоже, кто-то даже топоры, но всё остальное на мне, барин. — Мужчина кивнул в сторону сложенного горна. — Одного горна маловато будет. Металла завались, но переработать в дело на нём одном просто не успеваем. Нужно ещё хотя бы один горн, а лучше целых два. И наковальни. И место. Много чего нужно. Часть сам могу сделать, но на это тоже время нужно, и немало. А я верчусь как уж на сковороде. И минуты свободной не найдётся.

Обручев, уже достав свой неизменный блокнот, принялся тут же, на колене, набрасывать схему новой пристройки. Я диктовал требования, вполне простые и достаточно логичные: просто, эффективно, из доступных материалов. Решено было возвести длинный узкий сарай из брёвен прямо рядом с существующей кузницей. Вдоль одной стены решено было возвести три новых горна с общим дымоходом. Посередине — тяжёлые колоды для наковален, снятые с дубов, поваленных в низовьях реки. Для мехов решили использовать те же бычьи шкуры — стадо уже позволяло использовать такую роскошь. Главная проблема была в квалифицированных руках.

— Значит, будем дробить задачи, — сказал я Гавриле. — Ты останешься старшим мастером над всеми остальными. Продолжай брать на себя самые сложные задачи: оружие, инструменты, ответственные детали, с которыми ты справиться сможешь. Второй горн отдаём твоему лучшему ученику, Степке, пусть куёт простые вещи: гвозди, скобы, крючья. В общем, всё, что не требует больших навыков, но нужно в больших количествах и очень срочно. Третий горн — для обучения. Берём