Мельница - Михаил Васильевич Шелест Страница 37

как на взрослого и поэтому, беспрекословно не подчинялись. Потому-то я и отказался от командирства, потому что оно было «липовым». Приказ командира — закон, но не среди пацанов. Приходилось раздавать пинки и оплеухи. Ссориться приходись, а оно мне надо? Сейчас я понимал, что нет. Ради чего «копья ломать»? И многие ведь пацаны, и Валерка Гребенников в том числе, поэтому и отказывались командовать, а я как истинный, ска, революционер пытался повести за собой «массы», считая военные сборы нужной и полезной формой совершенствования. А массам нужно были только «хлеб» и «зрелища». А мне нравилось и бегать, и ходить «гусинным шагом», и ползать, и рыть окопы. Я воспринимал мероприятие, как игру «Зарница». И мне казалось, что и другим сее действо тоже нравилось. Наивный Миша…

[1] https://rutube.ru/video/f537bca4fcd174fbcebb2955079da4a8/?r=plwd

Глава 14

Варёнчик, как мы звали Сашку, очнулся быстро. Что там делов–то, немного стряхнул мозжечок? Но, увидев моё добродушно-спокойное лицо, он нахмурился и сказал:

— Пи*дец тебе, Шелест!

— С чего вдруг? — спросил я, вспоминая, что раньше уже эту угрозу слышал и она не долго оставалась просто угрозой. — Ты же сам на меня кинулся с кулаками.

— Всё равно, тебе пи*дец.

— Ну, и дурак ты, Сашка. Делай, что хочешь, а измываться над Алексеевым я больше не позволю. И… С угрозами ты не очень-то. Ни любую силу найдётся сила.

— Посмотрим, какая у тебя сила, сказал Сашка, поднимаясь на ноги с помощью Вовки Верёвочникова из «В» класса. Тот, как и Сашка, тоже занимался классической борьбой. И жили они где-то рядом в первых верхних домах нашего микрорайона.

— Да-а-а… Джинсы нужно перестать носить, — подумал я, — а то в них ногами не помашешь. А вот для бокса они — самое то. А мне, вообще, нужны ноги? Лоукик и подсечку я и в джинсах сделаю. Как и уширо… А всё остальное от лукавого.

— Толпой хочешь справиться? — спросил я. — Так я уже учёный. От восьмерых, если что, отбился.

— Пи*дишь, — скривился Сашка, приоткрывая с одной стороны свои крупные зубы.

— Я ведь бил сейчас аккуратно, Саша, — продолжил я психологическую обработку. — А против толпы сдерживаться не буду. Пятерых я вас точно уделаю.

— У нас Макар, — вдруг тихо сказал Верёвочников. — Славка Макаров, знаешь?

Я знал Славку Макарова и не только сейчас, но и в будущем. Он оказался мужем сестры жены моего друга. К тому же мы ходили в один и тот же подпольный клуб карате, где Славка на свой бокс «накручивал» работу ногами. Хороший бойцом тогда, в тридцать лет, был Славка. И мы стояли с ним с спаринге. От него я многое перенял боксёрского и его финты знал абсолютно все. Поэтому я только усмехнулся.

— Придёт Макар, будем биться с Макаром. Мне пофиг. Драка — не спорт, не бокс и не борьба. Так что предупреждаю заранее. А если увижу ножи или палки, руки-ноги, точно переломаю и скажу, что так и было.

— Ну-ну, — продолжая скалиться, проговорил Варёнов. — Тоже мне, герой Перекопа. Битсья будем за горой, там посмотрим, кто такой.

— Посмотрим-посмотрим, — сказал я.

Мне и вправду было не особенно страшно. Сейчас бились не до смерти, а на мне сейчас всё как на ящерице заживало. Только что хвост не отрастал заново. Ткнул отвёрткой в ладонь — слетела с винта, когда откручивал, плату, так рана затянулась едва не на глазах. Прижал платком, зажав кулак, и всё. Только шрамик остался между линиями «жизни» и «ума», чуть «ниже» точки их пересечения. Зарина сила ещё работала.

Подошла Наташка Терновая.

— Ты молодец, Миша, что Юрку отстоял. Затюкали они его совсем. То Рошкаль измывался, то эти…

Тут я вспомнил про Женку Рошкаля, который тоже занимался с Варёновым и Верёвочниковым и был парнем оргоменного роста и кандидатом в сборную СССР на Олимпиаду-80. И жили они рядом. Его бы в команде соперников я видеть бы не хотел.

— Да-а-а… Попал я, — подумалось мне.

С Женькой мы в пятом классе подрались и я был бит. С тех пор он вымахал под два метра и оброс такой горой мышц, что даже смотреть было страшно. И жил он в Первом доме, а там жили ребята непростые. Старые дома, как мы их называли. Они держали «мазу» по всему району, периодически дерясь с дальней Сахалинской. Дрались и побеждали, утверждая свой авторитет.

Чёрт! Ладно! Там пацаны с понятием. Попробуем разрулить. По крайней мере, вызову один на один. Сашка ведь не из блатных, которые толпой наваливаются без разбора, отстаивая своих. Хотя… Кто его знает. Я понял, что про Сашку вообще ничего не знаю, кроме того, что учился он неплохо, но и не хорошо.

Как я понял про себя, мне вообще никто был не нужен. У меня друзьями были книги и спорт. Три раза в неделю, а то и чаще, я ходил на тренировки, а остальное время читал. В последнее время я брал книги у Серёжки Громова, что жил в одиннадцатом доме. У того имелась богатая библиотека и он давал мне читать даже книги из «собраний сочинений». Сейчас у меня лежал том Жюля Верна с «Таинственным Островом», который я не дочитал, и читать не собирался. А отдавать всё забывал.

Я и гулял-то мало. Летом, да, толпой пропадали на море вечерами играли в казаков-разбойников, фильмы и другую лабуду. Зимой в «коробке» играли в хоккей. Но мне даже больше нравилось ходить на всякие спортивные факультативы, чем «гонять собак по улице», как говорил мой папа. Я посещал волейбол, баскетбол и даже лёгкую атлетику. Нравилось прыгать в высоту. Для удовольствия прыгал. У нас были прыгуны и получше меня. Как и игроки в баскетбол-волейбол. Да и хоккей мне не особо давался, хотя на коньках я катался очень хорошо.

Теперь я знал, на что нужно обратить внимание, чтобы делать это лучше, что, кстати, сразу отметил физрук. Я стал вести себя на площадке разумнее, правильно выбирая позиции и выполняя свою функцию в защите или в нападении.

На тренировках я сейчас уделял много времени растяжкам, отработке «финтов» и точной техники, внедрив принцип медленных ката. Только в дзюдо имелась ввиду «прикладуха», то есть, практическое применение приёмов от нападающего противника, а я комбинировал выведение из равновесия с контрприёмами и делал это всё очень