Две Кореи. Рождение разделенных наций - Теодор Чжун Ю Страница 36

кукле E.T.88 или даже на машине — и все ради того, чтобы попасть в объектив камеры. Большинство участников программы были обычными корейцами из рабочего и среднего классов. В отличие от состоятельных людей, которые могли искать пропавших родных посредством газетных объявлений и телефонных звонков, корейцы, пришедшие в студию KBS, не имели необходимых для этого финансовых и технических средств.

Из-за острой политической нестабильности и экономических лишений первых послевоенных десятилетий государство не придавало большого значения воссоединению перемещенных семей. Более того, новые технологии оставались недоступными для большинства корейцев. В 1970-х годах счастливыми обладателями телевизоров были считанные семьи, однако к началу 1980-х годов приобрести телевизор смогли уже многие. 78 % всех корейских телезрителей наблюдали за воссоединением семей в прямом эфире, обеспечив шоу «Ищем потерянных родственников» самый высокий рейтинг за всю историю корейского телевидения. Заявки на участие в программе подали 100 952 человека, в эфире прозвучало 53 536 историй, что привело к 10 189 воссоединениям. На шестой Всемирной конференции СМИ в Картахене, Колумбия, журналисты назвали специальную прямую трансляцию KBS «самой гуманитарной программой 1983 года». Она также получила международную премию «Золотой Меркурий». Влияние передачи на жизнь людей оказалось настолько ошеломительным, что даже президент США Рональд Рейган в своем обращении к Национальному собранию Кореи в ноябре 1983 года отметил успех программы и призвал Север к сотрудничеству. Через два года после выхода программы в эфир, в апреле 1985 года, северокорейская делегация посетила KBS, что привело к историческому воссоединению первых семей Юга и Севера в сентябре того же года. Сегодня архивы специальной программы KBS «Ищем потерянных родственников» насчитывают 20 522 записей прямых трансляций Корейской системы вещания.

Воспоминания о войне, навеянные программой KBS, столкнулись с суровой реальностью раскола между Севером и Югом, когда в сентябре 1983 года Советский Союз сбил самолет компании Korean Air Lines, летевший над Тихим океаном, в результате чего погибли все 269 человек, находившихся на борту89. Спустя месяц, в октябре, северокорейские офицеры совершили покушение на президента Чон Ду Хвана, взорвав бомбу во время государственного визита южнокорейской правительственной делегации в столицу Бирмы Рангун, в результате чего 21 южнокорейский чиновник погиб и еще 40 были ранены90. Четыре года спустя, в 1987 году, северокорейские агенты взорвали рейс 858 авиакомпании Korean Air, летевший из Багдада в Сеул. Самолет рухнул в Андаманское море, унеся жизни 115 человек: 104 пассажиров и 11 членов экипажа. Если Север планировал посредством этих терактов отпугнуть туристов от поездки в Сеул на Олимпийские игры 1988 года, то он потерпел неудачу. Однако миру все же стало известно об активизации гражданских беспорядков на Юге, которые усиливались по мере того, как профсоюзное движение и студенты-активисты консолидировались против режима Чон Ду Хвана, кульминацией чего стало Июньское демократическое восстание 1987 года, которое привело к свержению военной диктатуры и установлению демократического правления.

Своенравные диктаторы: террор на родине и за рубежом

После всеобщих выборов 1985 года оппозиционные группы объявили правительство Чон Ду Хвана нелегитимным за организацию переворота, массовые убийства в Кванджу и другие преступления. Когда они потребовали внести поправки в конституцию и провести прямые президентские выборы, режим незамедлительно ответил насилием. 14 января 1987 года Пак Чон Чхоль (Bak Jongcheol, 1964–87), президент студенческого совета Сеульского национального университета, умер от пыток водой и электрошоком в ходе полицейского допроса, когда отказался выдать местонахождение других активистов. Правительство попыталось «замять» инцидент, но группа католических священников раскрыла правду об убийстве Пака, что вызвало мощную волну протестов. Обстановка ухудшилась, когда 13 апреля 1987 года Чон Ду Хван принял Закон о защите Конституции и объявил, что планирует передать власть другому военному лидеру без прямых выборов. Массовые демонстрации вылились в Июньское демократическое восстание за внесение поправок в Конституцию. Масла в огонь подлила еще одна произошедшая в Сеуле трагедия: 9 июня Ли Хан Ёль (Yi Hanyeol 1966–1987) потерял сознание после того, как осколки гранаты со слезоточивым газом пробили ему череп во время демонстрации в университете Ёнсе, он скончался от полученных ран 5 июля. Более 1,6 миллиона граждан присутствовали на его похоронах, которые стали политической манифестацией скорби. В ответ на насилие со стороны правительства активисты организовали общенациональный митинг, требуя запретить применение гранат со слезоточивым газом; 1,5 миллиона человек вышли на улицы шестнадцати городов полуострова. Даже белые воротнички, которые прежде оставались в стороне, присоединились к протестам, швыряя рулоны туалетной бумаги в знак поддержки. 19 июня Чон Ду Хван отдал приказ о мобилизации армии, но, опасаясь повторения кровавых событий в Кванджу, отменил его через несколько часов. 26 июня возле Гукбона (штаб-квартира Национального движения за принятие демократической конституции) прошел Общенациональный марш мира, в котором приняли участие более миллиона человек из тридцати четырех городов Южной Кореи. Полиция задержала 3 467 участников акции.

По мере приближения Олимпийских игр 1988 года Чон Ду Хван старался не прибегать к силовым методам решения проблем, чтобы не портить имидж своего режима. Он также надеялся, что Ро Дэ У, лидер правящей Демократической либеральной партии, которого Чон избрал своим преемником, победит на выборах, поскольку оппозиция была расколота. Встревоженные массовыми антиправительственными выступлениями Соединенные Штаты тоже давили на Чона, подталкивая его уступить требованиям оппозиции. В Декларации от 29 июня Ро Дэ У заявил, что правительство согласно начать демократизацию и провести прямые президентские выборы, а также упраздняет коллегию выборщиков, которая косвенно избирала президентов Южной Кореи с момента принятия Конституции Юсин в 1972 году. Хотя поддержка Ро корейским электоратом оказалась достаточной для того, чтобы он одержал победу на первых свободных прямых президентских выборах 16 декабря 1987 года, с небольшим отрывом опередив своего соперника Ким Ён Сама, следует отметить, что свои голоса за него отдали только 36,6 % избирателей. Все это свидетельствует о том, что Июньское демократическое восстание (важнейший катализатор активизации движения за демократизацию) принесло свои плоды.

Июньское демократическое восстание помогло вновь мобилизовать движение за объединение полуострова, которое военный режим всеми силами подавлял во имя общественной безопасности. Активисты Университетского студенческого совета и диссиденты из художественных, культурных и религиозных кругов пропагандировали антиамериканскую позицию, которая призывала к самодостаточности, национальному объединению и межкорейским обменам. Ким Чон Ги (Kim Junggi, 1966 г. р.), кандидат в председатели студенческого совета Сеульского национального университета, даже написал открытое письмо студентам Университета имени Ким Ир Сена, предлагая провести совместный марш через полуостров и организовать спортивные соревнования в кампусах соответствующих университетов. В мае 1988 года Чо Сон Ман (Jo Seongman, 1964–88), студент химического факультета