Final Fantasy: истоки и развитие легендарной серии - Сергей Цилюрик Страница 16

Аэрис. Так в команде появилась Тифа – подруга детства Клауда, состоящая в террористической группе Баррета. Между ней, Аэрис и Клаудом наметился любовный треугольник, о каноничной паре в котором фанаты спорят до сих пор.

Постепенно команда обрастала новыми персонажами. Реда XIII герои выручают из плена в «Синре»: хоть он и выглядит как животное, но разговаривает сдержаннее и взрослее, чем Баррет. Кэт Ши, механический кот верхом на гигантской кукле толстого мугла, становится частью команды вопреки протестам Клауда. Грубый, вечно курящий пилот Сид идет в комплекте с собственным самолетом, который из-за повреждений превращается в импровизированный катер.

Эти персонажи вступают в отряд по сюжету, однако двое опциональных героев не уступают им в харизме. Юная ниндзя Юффи хочет вернуть своей стране былое величие после того, как та проиграла в войне с «Синрой», а мрачный одиночка Винсент годами спит в гробу, таким образом каясь за грехи. На создание сценок с Юффи и Винсентом не хватало времени, и в итоге их решили оставить в игре, но не включать в «обязательную программу». За сценки с Юффи отвечал постановщик Дзюн Акияма – именно благодаря его энтузиазму она осталась в игре. А побочную историю на ее родине продумал работавший в театре Такаси Токита, отчего воинов псевдоазиатской страны зовут «Горьким» и «Чеховым».

При разработке Final Fantasy VII начальство дало постановщикам большую свободу, оставив за собой право вето. Утвердив общие детали сюжета, Номура и Китасэ позвали на должность ведущего сценариста Кадзусигэ Нодзиму – новичка в компании, прежде руководившего разработкой Bahamut Lagoon. Он должен был следить, чтобы работы других постановщиков сочетались друг с другом и укладывались в общую сюжетную канву, но справлялся он так себе: в частности, в одних сценах игра активно навязывает Клауду в пару Аэрис, в других – Тифу. У каждого постановщика было свое видение отношений между героями, а у игры в целом его словно не оказалось.

Вступление игры, в котором герои знакомятся и выступают вместе против «Синры», происходит в Мидгаре – огромном «двухэтажном» мегаполисе, где на огромных плитах, бетонным небом висящих над трущобами, живут состоятельные люди и сотрудники «Синры», а по периметру города установлены восемь реакторов, выкачивающих жизненную энергию из планеты. Арт-директор Юсукэ Наора при создании поделенного на восемь секторов города вдохновился… пиццей.

Постановкой сценок и диалогов в Мидгаре занимался Мотому Торияма – его стараниями изначально небольшой сегмент заметно разросся в размерах. Китасэ запомнил трудолюбивого сотрудника, хотя его шуточки и особо скабрезный сегмент в борделе пришлось пустить под нож. «Глава разработки Ёсинори Китасэ дал нам полную свободу, так что мы могли создавать практически все, что хотели, – вспоминает Торияма. – Нащупывая грань дозволенного, мы специально создавали такое, что нас попросили бы переделать».

В этом сегменте игра заметно навязывает Клауду в пару Аэрис. «Идея, что Аэрис умрет, произвела глубокое впечатление на всех разработчиков, – объясняет Торияма. – И лично я решил приложить все усилия, чтобы представить Аэрис в как можно более выгодном свете, чтобы она стала незаменимой».

Сцену смерти Аэрис ставил сам сценарист Нодзима, однако не менее важный эпизод, в котором Клауд узнает тайну своих воспоминаний, посадили писать Масато Като, не планировавшего работать над Final Fantasy VII. Также Като написал романтическую сцену с Клаудом и Тифой перед последним сражением, но та получилась такой откровенной, что вмешалось начальство.

Впрочем, руководителей тоже тянуло на странные решения. Когда в конце игры герои десантируются в Мидгар, Китасэ и Нодзима планировали убить за кадром всех персонажей, кроме выбранной игроком тройки. Номура вместе с другими разработчиками выступил против этого решения, объяснив, что оно обесценит смерть Аэрис.

Последним персонажем Номуры стал Зак – бывший друг Клауда и первая любовь Аэрис. Его не было в оригинальном сценарии, но Нодзима, пытаясь связать сюжетные линии, решил использовать связь Клауда и предыдущего партнера Аэрис, чтобы объяснить странности в его воспоминаниях. Китасэ узнал о существовании Зака из самой игры – режиссера в повороты сюжета решили не посвящать.

Ключевой момент FFVII произошел за пять лет до начала игры. По словам Клауда, тогда он приехал в родной город Нибельхейм вместе с Сефиротом. Тот, узнав, что появился на свет в результате экспериментов «Синры» над инопланетным организмом Дженовой, ошибочно заключил, что является одним из Древних. Почувствовав себя полноправным владельцем планеты, Сефирот сжег город, но после дуэли с Клаудом пропал. Газеты объявили его погибшим, но Клауд не мог сравниться с ним по силам, а тем более убить. Более того, Тифа, жившая тогда в Нибельхейме, и вовсе не помнит, чтобы в то время Клауд приезжал домой.

Чтобы разрешить это противоречие, Нодзима ввел нового персонажа – элитного солдата Зака, друга Клауда. Протагонист так и не смог добиться своей мечты и остался простым пехотинцем, пушечным мясом. Стыдясь этого, дома он не снимал шлема, чтобы Тифа его не узнала. Зак вышел на дуэль с Сефиротом и проиграл, но подоспевший Клауд сбросил злодея с Дженовой в реактор – что, правда, не убило их, а лишь дало новую силу. Товарищи же попали в плен к «Синре», где над ними несколько лет ставили эксперименты. Сильный Зак их пережил, но слабый Клауд сломался.

Когда Зак вытащил друга из плена и повез в Мидгар, он много разговаривал с ним: Клауд был словно в коме, но история Зака отпечатывалась в его сознании как его собственная. Из-за этого Клауд искренне поверил, что это он был элитным солдатом, который решил стать наемником, и начал вести себя соответствующе. Зака же близ Мидгара настигла армия «Синры» и казнила. Хотя он крайне важен для сюжета, Зак на экране почти не появляется.

Финал игры неожиданно открытый. В середине повествования Сефирот призывает метеор, который должен нанести смертельную рану планете, и всю вторую половину Final Fantasy VII герои ищут способ остановить его. Но даже когда они побеждают Сефирота, метеор падает на Мидгар. На помощь приходит сила самой планеты – вот только последствий мы не видим. Есть лишь сцена после титров, где долгожитель Ред XIII с потомством 500 лет спустя прибегает посмотреть на заросшие руины Мидгара.

Важно отметить, что в самой игре активно обсуждалась воля планеты и высказывалось предположение, что если она сочтет людей угрозой, то может их буквально уничтожить. Если через 500 лет не видно ни одного человека, может, так и вышло?

Это звучит как сильный и неоднозначный вопрос для игры, которая во многом посвящена проблеме окружающей среды, однако ответ на него прозаичен. Ёсинори Китасэ вовсе не планировал оставлять концовку открытой: в его сценарии над руинами можно было увидеть дым… который Юсукэ Наора попросту забыл добавить в ролик.

Сакагути уделял большое внимание боевой