Н. В. Гоголь в Риме летом 1841 года - Павел Васильевич Анненков Страница 30

5

В последнем прижизненном издании воспоминаний М. Стасюлевич допустил ошибку – напечатал В. А. Панаев, хотя в ответ на его запрос Анненков специально разъяснял: «Прежде меня жил с Гоголем В. А. Панов, комнату которого я и занял. Это был молодой, добрый и несколько туповатый славянофил. Умер рано; от него есть в литературе путешествие не то в Хорватию, не то в Боснию или Герцеговину» (Стасюлевич). Как явствует из писем Гоголя и подтверждается мемуарами (см. Гоголь в воспоминаниях), не Панаев, а именно В. А. Панов, родственник Аксаковых, выехал с Гоголем в мае 1840 г. из Москвы в качестве его попутчика до Рима. Под диктовку Гоголя Панов начал переписку первого тома «Мертвых душ».

6

Прокопович Николай Яковлевич (1810–1857) – товарищ Гоголя по Нежинскому лицею; впоследствии преподаватель русского языка и словесности в Первом кадетском корпусе в Петербурге, поэт небольшого дарования, ближайший и самоотверженный друг Гоголя до конца его дней, редактор первого прижизненного издания его сочинений. Прокопович близко знал Белинского, был в дружеских отношениях со многими из его окружения в Петербурге (с А. А. Комаровым, Анненковым и др.). Наезжая в Петербург, Гоголь встречался у Прокоповича или на квартире его друга Комарова с интересовавшими его петербургскими литераторами. Встреча на квартире Прокоповича, о которой ниже пишет Анненков, посвященная чтению первых четырех глав первого тома «Мертвых душ», могла произойти в ноябре – декабре 1839 г., во время пребывания Н. В. Гоголя в Петербурге.

7

Н. В. Гоголь уехал в конце декабря 1839 г. в Москву, а в мае 1840 г. за границу. Осенью 1840 г. он был уже в Риме.

8

Иванов Александр Андреевич (1806–1858) – выдающийся русский художник, автор картины «Явление Христа народу». Многие годы провел в Италии. В сороковые годы был близок Гоголю по настроению, на что указывает и Анненков, но после революции 1848 г., пережив идейный и творческий кризис, освободился от прежних заблуждений и подошел в своих исканиях к признанию революционных идеалов и атеизма. «Иванов был несколько лет в настроении духа, подобном тому, жертвою которого сделался Гоголь, оставивший памятник своего заблуждения в «Переписке с друзьями», – писал Чернышевский в 1858 г., вспоминая свою недавнюю встречу с художником. – Но, к счастию, Иванов прожил несколько долее Гоголя, и у него достало времени, чтобы увидеть свою ошибку, отказаться от нее и сделаться новым человеком» («Современник», 1858, № 11, стр. 180). О переломе, происшедшем в Иванове, рассказывает и Герцен, неоднократно встречавшийся с художником за границей.

9

Иордан Федор Иванович (1800–1883) – гравер, впоследствии профессор Академии художеств; жил в Риме в одно время с Гоголем, совершенствуясь в искусстве гравирования; оставил «Записки», в которых рассказал о жизни Гоголя в Риме. В данном случае Анненков имеет в виду, очевидно, реплику Иордана, относящуюся к жизни писателя вместе с поэтом Н. М. Языковым в Риме зимой 1842/43 г. и дошедшую до нас в воспоминаниях Ф. В. Чижова. «Однажды я тащил его почти насильно к Языкову, – вспоминал Чижов. – «Нет, душа моя, – говорил мне Иордан, – не пойду, там Николай Васильевич. Он сильно скуп, а мы все народ бедный, день-деньской трудимся, работаем, давать нам не из чего. Нам хорошо бы так вечерок провести, чтоб дать и взять, а он все только брать хочет» (Гоголь в воспоминаниях).

10

Гребенка Евгений Павлович (1812–1848) – беллетрист «гоголевского направления», автор множества повестей, рассказов и «физиологических» очерков. Белинский не раз подчеркивал зависимость Гребенки от Гоголя, однако находил в нем «несомненное дарование», ценил его произведения за «черты, верно и удачно схваченные из действительности» (Белинский, т. VIII, стр. 95, т. IX, стр. 55). В «Рассказах пирятинца» (1837) Гребенка явно подражал «Вечерам на хуторе близ Диканьки» Н. В. Гоголя. Но в данном случае речь шла, очевидно, о свежем примере подражания – о повести Гребенки «Верное лекарство» (1840), в которой он использовал отдельные сюжетные ходы и манеру повествования Гоголя в «Записках сумасшедшего».

11

Другие приверженцы Гоголя — в те годы это круг поэта Жуковского в Петербурге, через которого завязались связи Гоголя с светскими кругами, а в Москве – круг будущих славянофилов, а также М. Погодина, С. Шевырева, немало способствовавших повороту Гоголя к «народности» в реакционном духе.

12

Под этими записками подписаны буквы Н. М., заимствованные г. Кулишем у его приятеля Н. А. Макарова для своего литературного обихода. (Прим. П.В. Анненкова.)

13

«Записки о жизни Николая Васильевича Гоголя, составленные из воспоминаний его друзей и знакомых и из его собственных писем, с портретом Н. В. Гоголя. В двух томах», Спб. 1856 – издание, явившееся результатом большой собирательской работы Кулиша, было положительно оценено современниками (см., например, рецензию Н. Г. Чернышевского в «Современнике», 1856, № 5, отд. «Библиография», стр. 26–39, или Полн. собр. соч., т. III, стр. 524–535) и долгое время играло роль первоисточника для биографии Гоголя. Но взгляд Кулиша на Гоголя отличался мелочностью, банальным морализированием, а главное, по справедливому замечанию Анненкова, «Кулиш вообще смотрит на Гоголя с конца поприща». Все это не могло не сказаться на составе «Записок» и вызвало справедливую полемику многих литераторов, в том числе и Анненкова, против точки зрения Кулиша.

14

Анненков имеет в виду: И. Г. Кульжинский, Воспоминания учителя («Москвитянин», 1854, № 21, отд. V); Н. Иваницкий, Несколько слов для биографии Н. В. Гоголя («Отечественные записки», 1852, № 4); Выправка некоторых биографических известий о Гоголе («Отечественные записки», 1853, № 2, отд. VIII); М. Лонгинов, Воспоминание о Гоголе («Современник», 1854, № 3), воспоминания Ф. В. Чижова, А. О. Смирновой и изложение воспоминаний С. Т. Аксакова, напечатанные в издании Кулиша. В наше время эти воспоминания в своей существенной части напечатаны в сб. Гоголь в воспоминаниях.

15

Анненков вольно цитирует письмо Н. В. Гоголя к матери из Травемунда от 25 августа н. ст. 1829 г. (ср. Гоголь, т. X, стр. 155).

16

В молодости, как и в конце поприща, Гоголь серьезно мечтал о научной и просветительской деятельности, Этим и объясняются его широкие научно-издательские планы в 1833–1835 гг., о которых пишет Анненков, и попытки сначала, вместе с