Сибирский Ледяной поход. Воспоминания - Сергей Арефьевич Щепихин

С. А. Щепихин

Сибирский Ледяной поход. Воспоминания

Генерал С. А. Щепихин со знаком «За Сибирский Ледяной поход»

Около 1920

Фото предоставлено Е. В. Волковым

А. В. Ганин

«Роль, выпавшая на мою долю… далеко не рядовая…»: Генерал-майор С. А. Щепихин и его мемуарное наследие

Сергей Арефьевич Щепихин происходил из семьи уральского казачьего обер-офицера единоверческого вероисповедания (единоверцы использовали в богослужении старый обряд, но являлись частью Православной церкви). Он родился в поселке Январцевском станицы Кирсановской Уральского уезда Уральской области 1 октября 1880 г.[1] в семье Арефия Петровича Щепихина и Марии Щепихиной (урожденной Щучкиной[2]). Арефий Петрович учительствовал в Январцевской школе до 1878 г., затем в 1881 г. окончил Оренбургское юнкерское училище по 1-му разряду подхорунжим и был произведен в хорунжие (по имеющимся данным, дослужился до подъесаула). В семье было двое сыновей — Петр, родившийся 4 октября 1877 г., и Сергей.

Сергей также избрал военную карьеру. Он окончил Оренбургский Неплюевский кадетский корпус (1898), Николаевское кавалерийское училище по 1-му разряду (1900) и Николаевскую академию Генерального штаба по 1-му разряду (1908), причем во всех этих учебных заведениях обучался вместе с будущим оренбургским атаманом А. И. Дутовым, с которым судьба не раз сведет Щепихина в Гражданскую войну.

В училище Щепихин стал портупей-юнкером[3], что присваивалось лучшим юнкерам. Более того, в училище Щепихину присудили учрежденную еще в 1879 г. премию генерал-адъютанта князя В. А. Долгорукова, полагавшуюся двум лучшим выпускникам по выбору педагогического комитета училища[4]. Балл Щепихина по всем предметам составлял 11,29, а средний балл — 11,28 из 12 возможных. Размер премии на 1900 г. составлял 256 руб. 50 коп., что было солидной суммой.

Свою офицерскую службу Щепихин начал в 19 лет в 1900 г. хорунжим во 2-м Уральском казачьем полку, командиром которого через 17 лет ему предстояло стать. В мирное время полк стоял в Самарканде.

Стремление к образованию, интерес к военной науке сопровождали Щепихина на протяжении всей его военной службы. В мае 1901 г. он был командирован в Ташкент для изучения телеграфного, гелиографного и подрывного дела; окончил на «отлично» курс обучения саперному делу[5]. В 1903 г. любознательный офицер прошел два этапа испытаний и поступил в Николаевскую академию Генерального штаба.

В конце мая 1904 г. Щепихин по собственному желанию отчислился из младшего класса академии[6], а уже в июне отчислился из полка в войско на так называемую льготу (3–4-летний обязательный перерыв в службе казачьего обер-офицера, вызванный необходимостью развертывания казачьих полков 2-й и 3-й очереди в случае войны). Высочайшим приказом от 1 июля он был произведен в сотники на вакансию за выслугу лет. В дальнейшем Щепихин состоял членом комиссии по освидетельствованию казаков, учрежденной при управлении атамана 1-го отдела войска, являлся помощником заведующего Горячинским сборным пунктом для обучения молодых казаков, а 10 октября получил назначение в 4-й Уральский казачий полк.

Щепихин участвовал в Русско-японской войне, в том числе в знаменитых кавалерийских набегах на Инкоу в декабре 1904 — январе 1905 г. и на Фукумынь в мае 1905 г., в сражениях при Сандепу и под Мукденом, в разведках к реке Ляохэ. За боевые отличия он был награжден орденами Св. Анны 4-й степени с надписью «За храбрость» и Св. Станислава 3-й степени с мечами и бантом, а также чином подъесаула (1905).

Вновь поступил в академию Щепихин в 1905 г. В период обучения он имел следующие результаты (табл. 1).

Таблица 1

Успеваемость сотника 4-го Уральского казачьего полка С. А. Щепихина в младшем классе академии (1905/06 учебный год)[7]

Лучший результат в младшем классе Щепихин имел по военной администрации, инженерному делу и общей истории военного искусства. Хуже всего отвечал по артиллерии. При переходе на дополнительный курс получил следующие баллы (табл. 2).

Таблица 2

Успеваемость подъесаула 4-го Уральского казачьего полка С. А. Щепихина в старшем классе академии (1906/07 учебный год)[8]

Лучшими результатами Щепихина в старшем классе были баллы по инженерному делу, военной администрации и практическим занятиям по тактике.

Средний балл за темы дополнительного курса для С. А. Щепихина был не очень благоприятен — 9,4 (см. табл. 3), тем не менее он сумел успешно окончить академию и при выпуске получил чин есаула.

Таблица 3

Успеваемость подъесаула 4‑го Уральского казачьего полка С. А. Щепихина на дополнительном курсе академии (1907/08 учебный год[9]

После цензового командования сотней (обязательное пребывание в должности для получения продвижения по службе) в 1-м Уральском казачьем полку (1908–1910) и прикомандирования к штабу Киевского военного округа Щепихин в мае 1911 г. был переведен в Генеральный штаб и назначен обер-офицером для поручений при штабе Омского военного округа с переименованием в капитаны[10].

Это был молодой, способный и деятельный офицер. Неудивительно, что летом 1912 г. штабом Омского военного округа ему было поручено совершить поездку в приграничный Тарбагатайский округ Синьцзянской провинции Китая для съемки и сбора сведений о дороге вдоль подошвы Тарбагатайского хребта: «Желательно было бы, чтобы Вы прошли из г[орода] Чугучака к Кузеуньскому проходу не обыкновенной дорогой по Эмильской равнине, а вдоль самой подошвы Тарбагатайского хребта, произведя попутно съемку и сбор сведений о проходимости и заселении ее»[11]. В экспедицию Щепихин отправился 14 июля 1912 г. с тремя казаками 3-го Сибирского казачьего полка, которые помогали ему в работе. По итогам поездки офицер составил не подлежавший оглашению подробный отчет. В нем содержались не только данные о географии, но и детальные сведения о китайских укреплениях, включая их обмеры. Щепихин существенно дополнил сведения, собранные во время прежних рекогносцировок[12]. В том же году вышла первая часть его военно-географического и статистического описания Омского военного округа, посвященная орографии и гидрографии района[13]. В 1914 г. увидело свет продолжение о путях сообщения округа, включая железные и грунтовые дороги, а также водные пути.

Об омском периоде Щепихин вспоминал: «Предшествующие войне тревожные годы, когда с часу на час возможно было ожидать конфликта с Австрией, я провел в тихом, „богом спасаемом“ городке Омске, где квартировал штаб округа того же наименования. Поэтому все те волнения и страхи, что переживали мои сверстники по Генеральному штабу, служившие в европейских округах, меня не коснулись: жизнь, штабная служба шли своей обычной чередой, — с утра до обеда в штабе, затем домашняя и, отчасти, общественная обстановка, т. е. изредка театр или кино в компании таких же „молодых генштабистов“, в нашем товарищеском кругу на домашней вечеринке,