Туманная радуга. Том 1 - Ксения Бугрим Страница 71

Вероника нервно крутила телефон в руках. Ей хотелось написать ему, спросить, все ли в порядке. Она уже успела привыкнуть, что они каждое утро встречаются на перекрестке и идут в школу вместе. Было не понятно, ждать его завтра на том же месте или нет. Может быть, она сделала что-то не так, и теперь он на нее злится? Или, что еще хуже, собирается ее бросить. Если еще не бросил. Ведь ему ничего это не стоит. Зачем дольше одной недели ходить с одной и той же девушкой, если можно каждый раз выбирать себе новую? Разные нехорошие мысли роились в голове, не давая уснуть, но Вероника так и не решилась написать ему.

Обед, который запомнится надолго

Утром, переходя дорогу ровно в 7.20, Вероника усиленно высматривала на противоположной стороне знакомый силуэт. Но улица была пуста. Вздохнув, девушка медленно побрела в сторону школы. Каждый раз, когда сзади слышались шаги, она оборачивалась в надежде увидеть догоняющего ее Тимура. И вот, в очередной раз услышав звук стремительно приближающихся шагов, она подумала: «Ну на этот раз это точно он!». Когда она обернулась, радостная улыбка тут же спала с ее лица, ведь к ней направлялся Селоустьев. Чувство разочарования быстро сменилось страхом. Немногочисленные прохожие с хмурыми лицами спешили по своим делам. В случае чего, защиты ей ждать не от кого. Пока девушка размышляла обо всем этом, Селоустьев, не сбавляя шага, просто прошел мимо. С отвращением глядя на его подпрыгивающую походку, Вероника облегченно выдохнула. Игнор от подобного типа казался настоящим подарком судьбы. Когда она уже мысленно распрощалась с тем отрезком жизни, в котором фигурировал Селоустьев, он вдруг резко обернулся.

– Я не против небольшой игры, но смотри не заиграйся, – заявил он с усмешкой, которая больше напоминала оскал шакала.

Затем он прибавил шагу, и вскоре скрылся из вида.

«Лучше бы ты был не против стационарного лечения» – подумала Вероника».

***

Тимур не объявился ни до начала занятий, ни после.

– Самое страшное, если он просто вот так молча меня бросит… – во время урока обществознания жаловалась Вероника.

– Если этот козел и вправду тебя бросил, – шепнула Зинаида, краем глаза следя за передвижением учительницы, – то просто делай вид, что даже не заметила этого! Типа, не велика потеря!

– Да, но для начала неплохо бы убедиться, бросил или нет. Может, у него просто что-то случилось.

Зинаида призадумалась.

– Да, ты права. Раз он так долго не выходит на связь, то, возможно, он просто умер.

– Нет, лучше уж пускай он меня бросит! – ужаснулась Вероника.

– Тебя не поймешь. То самое страшное – если он бросит тебя без предупреждения, то – если внезапно помрет. Как по мне, лучше бы второе. И гештальт закрыт, и одним придурком меньше.

Учительница по обществознанию шикнула на них, и девушки вынуждены были замолчать.

На следующей перемене Вероника решительно направилась к кабинету физики, которая стояла в расписании у десятого «Б» третьим уроком. Свернув в коридор левого крыла, она увидела Ласточкина и Шелепова, выходящих из кабинета. «Почему с ними нет Тимура?» Волнение внутри нее нарастало. Дойдя до места, Вероника решительно заглянула в класс. Привычное место Тимура было пустым: ни рюкзака, ни учебников, ни его самого. Нехорошие мысли заставили ее сердце биться сильнее, по спине пробежал холодок. Она набрала Тимура, и пока шли гудки, молилась, чтобы все было хорошо. Наконец в трубке раздалось что-то отдаленно напоминающее приветствие. Его голос был сонным и каким-то вялым.

– Ты где?? – обеспокоенно спросила Вероника.

– Я немного заболел. Извини, что не предупредил. Когда я проснулся, еще шел урок. Хотел позвонить тебе на этой перемене, а потом случайно уснул.

– Ты только с утра понял, что заболел?

– Не, я понял это еще в субботу вечером, когда начало болеть горло. А в воскресенье я уже проснулся с температурой.

– И почему ты ничего мне не сказал?

– А что я должен был сказать? – В его голосе слышалось искреннее удивление. – «Вероника, я заболел»? Я еще вчера вечером думал, что к утру все будет в порядке, так зачем мне было жаловаться?

Поняв, что все равно не сможет всерьез сердиться на Тимура, когда у него такой милый сонный голос, девушка со вздохом сказала:

– Ладно, это не так важно. У тебя дома кто-нибудь есть? Ты под присмотром?

– Да. За мной присматривает Диего.

– Класс. А когда вернутся твои родители?

– По понедельникам они всегда задерживаются, так что не раньше полуночи. Но ты не волнуйся, я нормально себя чувствую.

– У тебя есть необходимые лекарства? А еда?

– Лекарств до фига. Мама перед уходом вывалила мне на стол всю аптечку. Насчет еды не уверен, я не ходил на кухню. Но наверняка что-нибудь есть. – Тимур сделал паузу и с сомнением хмыкнул. – На крайняк закажу пиццу.

– Понятно. После школы я иду к тебе. Предупреди охрану, чтоб меня впустили. – Вероника сама подивилась своей непреклонности. – Номер квартиры и этаж?

К ее удивлению, Тимур даже не стал спорить:

– Просто скажи, что ты в 217 квартиру, они пропустят. Пятый этаж, подъезд ты знаешь. Я оставлю дверь незапертой. А то мало ли что.

Это «мало ли что» не давало Веронике покоя до конца занятий, хотя она прекрасно понимала, что Тимур просто пошутил. Пару раз она даже была готова сбежать с уроков, но каждый раз ее останавливала Зинаида. Когда занятия наконец закончились, Вероника пулей выбежала из школы, на ходу застегивая пальто.

Влетев в квартиру, она застала на пороге радостно виляющего хвостом Диего в компании Тимура. Тот стоял, привалившись плечом к шкафу, и рассеянно взирал на свою гостью. На нем были черные шорты Adidas и светло-голубая футболка. «Боже, какие красивые у него ноги!» – пронеслось у нее в голове.

– Ты как? – спросила она, хотя розовато-лиловые синяки под глазами и взъерошенные волосы свидетельствовали о его самочувствии лучше всяких слов.

– Полный порядок, малышка.

Девушка погладила Диего, быстро разулась и повела Тимура обратно в кровать, на ходу поражаясь ремонту в его квартире. В свободное время Ритка иногда занималась дизайном интерьеров, это было ее хобби, которое приносило дополнительный доход. Так что Вероника кое-что смыслила в этом деле и могла примерно оценить стоимость увиденного. Их с Риткой ремонт и близко не стоял рядом, хотя Вероника по-прежнему считала, что у них дома очень даже красиво, стильно и уютно. Но теперь перед ней был наглядный пример того, как сильно у разных людей может отличаться уровень дохода. Это было просто наблюдение – она не чувствовала по этому поводу зависти и грусти, в ней играло лишь любопытство.

Отделка и убранство квартиры выглядели до того дорого, что это прямо-таки бросалось в глаза, но при этом здесь не было моветона в стиле рококо, когда квартира превращается в жутковатый музей. Вся мебель