Туманная радуга. Том 1 - Ксения Бугрим Страница 70

про Рафаэлло. Хотя я уверена, что никаких чертовых конфет у него в рюкзаке не было. Влюбленный парень вместо этого написал бы «Я тебя тоже». Это как минимум. И вообще, парням куда проще признаваться в любви. Тем более таким уверенным, как Тимур. Если бы я ему хоть немного нравилась, он бы сказал мне об этом сразу же после матча. А он не сказал. И не скажет. Какая же я идиотина!»

– Так в чем же дело? – вмешался внутренний голос. – Брось его по СМС прямо сейчас. Почему ты этого не делаешь? А я скажу тебе, почему. Когда вы начали встречаться, ты сразу решила, что уже через неделю Тимур начнет вести себя с тобой по-скотски, и у тебя будет повод бросить его первой. Но он вел себя идеально! Ни разу не нагрубил и не повысил голос, всегда открывает перед тобой двери и держит твое пальто, чтобы ты могла одеться. Он защитил тебя от Селоустьева, хотя ты даже не просила об этом! А еще он всегда заботится о тебе: покупает поесть, чтобы ты не голодала, вызывает такси, чтобы не намокла под дождем. И это еще не полный список его преимуществ! За что же ты хочешь его бросить?

– Потому что он меня не любит!

– Нет, не ври, не поэтому. Ты просто злишься сама на себя из-за того дурацкого признания и теперь хочешь, чтобы Тимур повел себя так же по-дурацки и признался тебе в ответ. Хотя он бы мог признаться, но ты не дала ему такой возможности. Когда вы ехали в автобусе, он спросил у тебя, правда ли то, что ты сказала. И что ты ответила?? Да ничего! Ты повела себя так, будто бы сожалеешь о сказанном. И после этого ты еще ждешь смску с ответным признанием? Сама-то понимаешь, как это глупо?

Оправдания для Тимура лились как из рога изобилия. Затуманенный от любви разум подкидывал Веронике все новые и новые поводы для его защиты. Не поскупился он и на обвинительный вердикт для своей хозяйки: «Сама наворотила дел – сама обиделась. Хороша, ничего не скажешь!»

На беду, в плеере как раз заиграла баллада Дэвида Ашера «Black black heart». Когда Вероника еще только мечтала, чтобы Тимур стал ее парнем, в особо тоскливые минуты она каждый раз включала эту песню. Чувства нахлынули на нее с новой силой, и она снова поддалась им, будучи не в состоянии сопротивляться.

В воскресенье с утра Вероника поехала гулять с подругами. Тимур не посвящал ее в свои планы и не договаривался с ней о встрече, поэтому она решила провести время по своему усмотрению. Ей было стыдно это признавать, но если бы он позвонил ей утром и предложил сходить куда-нибудь, она бы тут же бросила все и поехала к нему.

Вчера вечером, когда она решила, что повела себя неправильно, ее руки сами потянулись к телефону и набрали текст СМС: «Ты добрался до дома? Все в порядке?» И следом: «И спасибо за Рафаэлло, я их обожаю!» Ответ пришел почти мгновенно: «Все ок, я дома. Не за что». В конце он поставил улыбающийся смайлик. И все. Больше он на связь не выходил. Не желая навязываться, Вероника тоже не стала продолжать диалог. Ведь у него могут быть свои дела, так что ни к чему тревожить его по пустякам. Она зашла в ВК и подтвердила изменения в своем профиле. Теперь в графе «Семейное положение» у нее стоял статус «Замужем за Тимуром Ханиным». И пускай он не горел желанием увидеть ее завтра, она все равно была абсолютно счастлива. Кто знает, может быть лет эдак через пять он станет ее мужем не только в социальной сети. С досрочным закрытием гештальта она решила повременить. Раз Тимур пока не сделал ничего плохого, значит, согласно плану, она вполне может остаться его девушкой до конца следующей недели.

Зинаида была голодна, поэтому, встретившись на остановке, вся троица отправилась в ближайший Макдональдс. Там Вероника поведала обо всем, что случилось вчера, и о своих размышлениях по поводу их с Тимуром ближайшего будущего.

– Каспраныч, ну, у тебя уже крыша капитально поехала, раз ты признаешься ему в любви при свидетелях, – резюмировала Зинаида, доедая вторую порцию картошки фри.

– Я сама не знаю, как так получилось…

– Да уж. Надо соврать ему, что ты мне проспорила! Прямо так и скажи, мол, так и так, Ханин, я тут давеча поспорила с Чумаковой, что легко смогу решить задачу по алгебре, которую Ирке Приходько задали на факультативе. В итоге я, как видишь, в пух и в прах проигралась. Так что пришлось во время матча звонить Чумаковой, чтобы она могла слышать, как я позорю свое честное имя на весь зал. Такие вот дела. И добавь, мол, хорошо хоть не на деньги замазались!

– Что-то мне подсказывает, что он ей не поверит, – вмешалась Ира. – Верон, не переживай, ну сказала и сказала. Бывают проблемы и посерьезнее.

– Ага, например, гештальт, который сам себя не закроет, – Зинаида сурово посмотрела на Веронику, которая, понурив голову, пила молочный коктейль. – А что по поводу этого всего говорит Ритка?

– Я постыдилась ей рассказывать, что призналась Медку в любви, – пожала плечами Вероника. – Вчера я просто извинилась перед ней за свою истерику. Сослалась на гормоны. Я же все-таки подросток, и вести себя неадекватно – это мое свойство. Ритка, конечно, не поверила, но расспрашивать ни о чем не стала. Только напомнила, что у меня осталась неделя. И если я не решусь с ним порвать, он сделает это сам.

– И сделает! К гадалке не ходи! – Зинаида с силой ударила об стол стаканчиком с газировкой. – Ты по-любому должна его опередить, слышишь? Иначе я умру от испанского стыда.

– Я подумаю, как не ударить в грязь лицом, обещаю. А пока хватит о нем. Стервец и так не выходит у меня из головы, пора от него отдохнуть. Нас с вами ждет парк развлечений!

Весь день до наступления темноты девушки провели в недавно открывшемся в городе торговом центре, верхний этаж которого был целиком отведен под парк развлечений для детей и взрослых. Подруги вдоволь наигрались в автоматы, сразились в аэрохоккей, постреляли в тире, посетили лазерный лабиринт и даже успели облазить весь веревочный парк. Время пролетело незаметно, а главное – очень весело. С головой окунувшись в мир развлечений, девушки напрочь позабыли обо всех своих проблемах и переживаниях. В эти счастливые мгновения никто из троицы и подумать не мог, что настоящие, взрослые проблемы уже поджидают их за ближайшим углом.

***

Тимур продолжал молчать. Лежа перед сном в своей кровати,