Зима белого кролика - Юлия Станиславовна Симбирская Страница 5

– Ты абсолютно прав, – кивнул папа. Потом глянул на Лапина и подозрительно прищурился. – Похоже, кто-то пробовал лапой холодную воду… Думаю, после такого мороза, как вчера, лёд стал крепким и надёжным для катания. Кататься на коньках весело, да и простуду не подхватишь. Помню, как я пару раз расквасил нос, когда был маленьким и учился держаться на льду. Но это пустяки. Зато потом научился кататься даже задом наперёд!

Лапин посмотрел на папу с восхищением: кататься на коньках задом наперёд в их Клеверовой долине не умел никто.

– Научи меня, пожалуйста!

– Научу! Пойдём искать коньки.

Папа порылся в кладовке и нашёл гитару без струн, соломенную шляпу с дыркой, фонарик без батареек, запас корма для аквариумных рыбок и стеклянную вазу в виде морковки.

– Странно, что нигде нет коньков, – почесал нос папа Лапин.

Мама Лапин заглянула в кладовку и сказала, что в прошлом году на благотворительной ярмарке папа поменял коньки на микроскоп.

– Я это точно помню! – добавила она и примерила соломенную шляпу.

– Вот теперь и я вспомнил, – вздохнул папа.

– Значит, я никогда не научусь кататься задом наперёд? – расстроился Лапин.

– Завтра мы пойдём в магазин и купим новые коньки, – пообещал папа.

Так и случилось. На следующий день семейство Лапин отправилось в магазин, где чего только не было: боксёрские груши, резиновые шапочки для бассейна, гантели, надувные лодки и велосипеды. Коньки подходящего размера тоже нашлись. Мама Лапин выбрала сиреневые, папа – коричневые, а Лапин, конечно, оранжевые.

– Назову их «морковки»!

– Теперь нам ничто не помешает кататься задом наперёд! – сказал папа.

И предложил немедленно бежать к ручью, пока не стемнело.

У ручья было тихо и пусто. Спали рыбы, лягушки, камыши и даже ивы.

– Надо проверить лёд, – сказал папа Лапин и осторожно прошёлся по краю ручья.

– Лёд крепкий, вчера как следует подморозило, – послышался хриплый голос.

Мама Лапин, папа Лапин и маленький кролик обернулись. Из-за коричневого ивового ствола выглядывал пожилой бобр.

– Добрый день!

– Добрый день, – первой ответила мама.

– Однако, зима, – сказал бобр и подошёл поближе.

– Не спите? – вежливо поинтересовался папа Лапин и замахал лапами, пытаясь удержать равновесие на льду.

– Бобры зимой не спят, о-хо-хо.

Это бобровое «о-хо-хо» показалось Лапину слишком грустным.

– Мы тоже не спим, – сказал он и уселся на заснеженную корягу, чтобы натянуть новенькие коньки.

– Что это вы удумали? – прищурился бобр.

– Будем кататься задом наперёд! Папа умеет лучше всех.

– Зачем? – бобр покосился на коньки.

– Для веселья! – тряхнул ушами Лапин.

– Для веселья? – переспросил бобр и постучал по снегу хвостом-лопаткой.

– Да, катание на коньках очень помогает, если настроение так себе, – сказал папа и тоже уселся на корягу, чтобы зашнуровать свои коньки.

Бобр почесал затылок.

– Вот значит как… Погодите! Я сейчас!

Он скрылся за ивой так же неожиданно, как появился.

– Полагаю, где-то поблизости у него хатка, – сказала мама Лапин со знанием дела.

Через минуту бобр появился, таща за лапу бобрёнка.

– Внук мой. Вот, грустит и грустит, прямо сил нет. Не хочу, говорит, зиму. Хочу, говорит, плавать и пугать уток. А где я ему уток возьму? А?

– И правда сложная задача, – согласился папа Лапин, балансируя на коньках.

– Раз уж вы тут веселье затеваете, возьмите внучка.

И бобр вытолкнул вперёд бобрёнка в полосатой шапочке. Вид у него и правда был грустный. Сначала Лапин хотел предложить ему попрыгать, чтобы вытряхнуть грусть, но потом решил, что коньки – самое надёжное средство, чтобы плохое настроение улетучилось.

– Дело в том, что у вашего малыша нет коньков, – сказала мама.

– А ничего, пускай пока на лапах поучится, а я в магазин сбегаю.

Папа Лапин гордо вышел на лёд. Сначала он оттолкнулся правым коньком и проехал до камышовых зарослей, потом вдруг завертелся на месте, размахивая лапами, но уцепился за сухие стебли рогоза и удержал равновесие.

– Ничего! Я просто долго не тренировался, – крикнул он. – Смелее! Выходите на лёд!

Лапин вскочил с коряги и хотел было выкатиться на середину ручья, к папе, но не удержался на тонких лезвиях и шлёпнулся в снег.

– Вставай, – грустный бобрёнок протянул ему лапу.

– Спасибо!

В ту же минуту Лапин принялся расшнуровывать свои новенькие оранжевые ботинки.

– Эй, сынок! Ты что там застрял? – помахали Лапину мама и папа.

– Сейчас, – помахал в ответ маленький кролик.

– Тебя родители зовут, – сказал бобрёнок.

– Вот, держи!

Лапин протянул ему свои «морковки».

– Зачем? Это же твои!

– Мои. Вот я и решил, что ты будешь кататься первым, потому что во мне ещё много радости, а ты совсем нос повесил. Тебе нужнее.

Бобрёнок взял коньки и сел на корягу.

– Спасибо! Я никогда не пробовал.

– Сейчас мой папа научит тебя кататься задом наперёд!

Конечно, бобровый дедушка купил внуку коньки – зелёные. И себе купил – синие в красную клеточку. И все катались по ручью до вечера. А потом пошли к бобрам в гости пить чай.

Папа Лапин был прав: кататься на коньках оказалось ужасно весело. Но самым приятным было то, что удалось помочь грустному другу, пусть даже и пришлось поделиться новыми «морковками».

Глава шестая, в которой младшую белку чуть не унесло ветром, но пикник всё равно удался

Зимой гораздо чаще, чем летом, хочется имбирного печенья или кекса с клюквой, картофельной запеканки с корочкой или горячего шоколада.

Именно поэтому в каждом доме Клеверовой долины что-то пекли, варили или жарили. На кухнях становилось теплее, уютнее, а за поеданием горячих плюшек с корицей можно было скоротать вечер. Особенно если соседи всё же заглянули на огонёк и принесли свой пирог или яблочную пастилу. Зимой ходить в гости было особенно приятно.

– Это потому, что дни короткие, а вечера дли-и-и-инные, как мои уши, – сказал Лапин маме и попросился к белкам.

– Ты можешь сходить прямо сейчас – утром, – согласилась мама Лапин, – а вечером пусть всё беличье семейство приходит к нам играть в лото и есть картофельную запеканку со спаржей.

Лапин вышел из дома, попечатал следы на дорожке и поскакал к белкам. Они готовили арахисовую пасту, повязав передники с оборками.

– Заходи, – махнула лапой старшая белка. – Пасту можно намазывать на подсушенный хлеб, но лучше всего есть большой ложкой прямо из банки.

Лапин уселся на высокий табурет и принялся наблюдать, как из арахиса, масла и мёда получается самая вкусная паста в мире, которую умеют готовить только белки.

– Если бы сейчас было лето, мы бы пошли на пикник и валялись бы на траве, – вздохнула младшая белка и предложила Лапину