Зелёный - Ася Кравченко Страница 4

– Потом расскажешь.

Кажется, мама так и не поняла, что с психологом говорил Марик, а не Дюша.

Дюша продолжал лежать на диване. Марик приносил ему еду. Еда иногда исчезала, иногда нет.

Когда появились улитки, Марик стал носить еду и для улиток.

Улиточная еда исчезала. Кажется, Дюша их всё-таки кормил.

Улитки жили тихо. Ели салат, ползали и спали.

Марик каждый раз собирался забрать улиток, но всё забывал спросить у мамы.

Однажды Марик пришёл и застал Дюшу перед аквариумом.

Дюша смотрел улитке в глаза. А улитка смотрела на Дюшу. И оба молчали.

Марик решил, что улитки будут жить у Дюши, раз они так хорошо на него влияют.

Всё это Марик рассказал, пока они выходили из школы.

– Пойдём кормить улиток, – кивнул Лёша. – Мы же не можем оставить их голодными.

Дюша сидел в полутёмной комнате и смотрел в потолок.

– Я переставил лампу вниз, – сказал он. – Теперь они ползут по потолку.

Лёша посмотрел наверх и сел рядом с Дюшей.

И они вдвоём стали смотреть в потолок.

По потолку ползли огромные тени.

– Это кто? – глухо спросил Дюша и качнул головой в сторону Лёши.

– Лёша, мой друг.

Дюша кивнул.

– У тебя сейчас встреча с психологом, – сообщил Марик.

Он обрадовался, что Дюша сегодня разговаривает.

– Без меня, – отрезал Дюша.

– Я пытался сказать маме, она меня не слушает.

Дюша кивнул:

– И меня.

– Может, мы поговорим с известным психологом втроём? – вдруг предложил Лёша, развеселившись.

– С нормальным психологом обычно разговаривают один на один.

– Ну вдруг он ненормальный?

Лёша и Марик уселись перед экраном.

– Я включаю, – объявил Марик. – Время.

– Здравствуйте, Борис Леонидович.

– Почему ты не один?

– Это мой друг. Лёша.

– Здравствуй, Лёша. Я планировал, мы будем разговаривать с Марком.

– Но я не могу один с вами справиться. Вы меня не слушаете.

– Твоя реакция обнаруживает агрессию.

Марик собрался с силами и твёрдо сказал:

– Моя мама оплачивает сеансы – ему, а не мне.

Отодвинулся и указал в глубину комнаты.

Дюша на диване приветственно поднял руку.

– Хорошо. Давайте его скорее сюда.

– Но я не хочу, – упёрся Дюша.

Известный психолог задумался.

– Понимаете, невозможно работать с человеком, если он не хочет, – сообщил он.

– Так я тоже не хочу! – выкрикнул Марик.

– Но раз уж оплачено, вы можете задать ваши вопросы.

Лёша и Марик переглянулись.

– Знаете, я что не понимаю? Как улитки заползают в раковину? – вдруг спросил Лёша. – Как они туда завинчиваются? В какую сторону? Или им всё равно?

Лёша всем телом сделал завинчивающееся движение, будто заползал в раковину.

Известный психолог выглядел озадаченным.

– Конечно, раковина – это защитная оболочка. Но ты не мог бы пояснить свой вопрос?

– Тогда о другом: как начать новую жизнь? Ему. – И Лёша кивнул в сторону Дюши.

Марик снова отодвинулся, чтобы Дюшу было видно.

А Дюша снова приветственно поднял руку.

– Очень сложный процесс, – вздохнул психолог. – Вы должны захотеть. И прежде всего, надо закончить старую.

– А как захотеть и закончить старую?

– Хороший вопрос.

– Спасибо. Мы поняли.

И Лёша выключил компьютер.

– Можно я зажгу свет? – спросил Лёша.

После темноты свет показался слишком ярким. Дюша сидел на диване и щурился.

По всей комнате валялись вещи Этой. Босоножки, какие-то баночки из-под крема, юбка алого цвета и лифчик. После того как Эта исчезла, Дюша так ничего и не трогал.

Марику вдруг стало неловко, что Лёша всё это видит.

– Я уберу?

Марик расстелил посреди комнаты огромное полотенце и начал стаскивать на него вещи. Взял двумя пальцами лифчик и отнёс на середину комнаты.

Дюша по-прежнему сидел и смотрел в потолок.

Куча посреди комнаты росла.

– Можно я выброшу? – спросил Марик.

– А если она спросит, где её вещи? – Дюша наконец посмотрел на Марика.

– Кажется, она не спросит.

Вещей было много. Марик рассовывал их по пакетам.

– Пойду отнесу.

– Куда? – встрепенулся Дюша.

Марик кивнул в сторону двери.

– Не сегодня, – сказал Дюша глухо. – Мне надо с ней попрощаться.

Глава 3. А вот и наш Славочка

Ноги в школу не шли.

До вчерашнего дня Марик был беспроблемным ребёнком.

Если не считать того, что он не мог говорить перед классом, конечно.

А вчера взял и ушёл с урока.

– Как же так? – спросит Тяф-Тяф. – Сначала прогул, потом отделение по делам несовершеннолетних, а потом что?

И будет смотреть пристально, ожидая ответа. Но на самом деле ответ ей будет не нужен. Ей будет нужно, чтобы Марик поёрзал, «подумал о своём поведении» и «сделал соответствующие выводы». Те, которые ей нужны. И пока он не сделает этих выводов, Тяф-Тяф будет мариновать его всякими вопросами типа «Как же так?», «Куда же мы катимся?» и «Кто тебе разрешил?».

Впрочем, на этот вопрос ответ у Марика был – сама же и разрешила. Марику бы в голову не пришло бежать за Лёшей. Но, конечно, Марик не мог так ответить. Поэтому маринование будет долгим.

Дуда рассказал, что Тяф-Тяф продолжила урок и только в конце спохватилась, что Лёша с Мариком так и не вернулись.

Дуда изобразил удивление Тяф-Тяф.

И она послала ещё одного гонца, чтобы выяснить, что случилось, а потом ещё и ещё. И все они бесследно пропадали.

На самом деле нет. Никого она больше не посылала.

На следующий день Лёша пришёл к третьему уроку.

Марик ужасно обрадовался – теперь он был не один.

Лёша был спокоен как удав.

– Привет! Есть новости про улиток?

Марик решил, что он тоже будет спокоен.

– Жрут салат, что им станется.

Но тут он увидел Тяф-Тяф. Схватил Лёшу за руку и потащил в столовую.

– Ты чего? – удивился Лёша.

Марик услышал собственный живот: живот был недоволен.

– Вы чего? – В столовой появился Дуда.

А вслед за Славой в столовой нарисовалась Тяф-Тяф.

И она направлялась прямо к ним.

Марик сделал страшные глаза – и кивнул в сторону приближающейся Тяф-Тяф.

Она шла в сопровождении какого-то полного мужчины в строгом костюме. Короткая красная шея недовольно вытягивалась из коричневого пиджака и дёргалась каждый раз, когда он натыкался на кого-то из мелюзги.

– А вот и наш Славочка Дударов, – сказала Тяф-Тяф мужчине в пиджаке, улыбаясь специальной педагогической улыбкой.

Коричневый в ответ изобразил приветственную гримасу. Похоже, он уже знал, кто такой Славочка.

Марик сделал несколько шагов назад.

– Наш Слава замечательно поёт. – Тяф-Тяф сияла.

– Молодец, мальчик! – Коричневый пожал Славе руку и, доверительно улыбаясь, сообщил: – Ты должен нам помочь.

Марик понял, что сейчас Славе дадут какое-нибудь идиотское поручение и что соглашаться нельзя.

– Ты должен принять участие в концерте к нашему празднику.

– Слова мы тебе дадим, – улыбаясь, закивала Тяф-Тяф.

– Мы