Великий мышиный сыщик: Бэзил в Мексике - Ева Титус Страница 2

«Это я изобрел поддельный сыр, так что вознаграждение, которое платят за починку сломанных зубов, причитается мне. Мои мыши будут приходить за деньгами каждый день. И помните: если вы хоть слово скажете полиции или этому назойливому Бэзилу с Бейкер-стрит, то никогда не увидите своего сына!» – сказал он.

– А потом он исчез! Бандиты ежедневно приходят за нашей выручкой. Когда мы и другие родители спрашиваем о наших детях, эти негодяи только ухмыляются. Пожалуйста, помогите нам!

Бэзил похлопал несчастную мать по лапе.

– Мадам, не отчаивайтесь! Дети будут спасены! Но сейчас мы должны вас покинуть.

Мы мчались по улицам Лондона. Огромные, как чудовища, торопливые человеческие ноги шагали вместе с нами. Городская мышь легко может погибнуть под огромным каблуком, если зазевается. На вокзале Чаринг-Кросс Бэзилу удалось пробраться в пассажирский поезд до Чатема. Оттуда он должен был попасть в мышиный городок под названием Брайерли Глен. А я отправился домой.

Бэзил вернулся в девять вечера. Вскоре появился Холлиер, радостный и возбужденный.

– Начальник полиции Бигелоу благодарит вас, сэр! После того как вы сообщили по телефону местонахождение фабрики по производству поддельного сыра, мы устроили там обыск и произвели несколько арестов, но Крысиган и его основные подручные сбежали. Тем не менее мы закрыли фабрику.

– Хорошая работа! – сказал Бэзил. – Бигелоу – мудрый начальник, и он непременно повысит вас в должности. Теперь я расскажу вам, как всё было.

В Брайерли Глен я взял напрокат велосипед и поехал в школу Брайерли. Вокруг не было ни души, я был одиноким велосипедистом. Здания школы стоят в стороне от дороги, за исключением сарая для велосипедов, который расположен сразу за воротами. Я протиснулся под навес и влез внутрь. Грязные и пыльные велосипеды валялись там везде в диком беспорядке. Так я нашел главную улику!

– Скажите скорее, – взмолился Холлиер, – какую улику?

– Элементарно, мои дорогие мыши! Мальчишки, будь то мышиные или человеческие, могут раскидывать одежду и книги, у них может быть полный кавардак в комнате. Они не всегда моют шею и не любят принимать душ, но свои любимые велосипеды они всегда содержат в порядке. Они часами натирают их, скребут и полируют, чтобы те сверкали, как бриллианты в короне. В том сарае мне стало очевидно, что велосипеды бросили не мальчики, а бандиты! Если доставить туда побольше еды, необитаемая во время каникул школа может быть прекрасным местом для удержания заложников. Я предупредил местную полицию и поехал посмотреть вместе с ними, верны ли мои предположения. Бандиты, как я и предполагал, находились в школе. Оказавшись в меньшинстве, они сдались.

Холлиер просиял:

– Вы великолепны, сэр! Удачи с вашей секретной миссией в Мексике!

– Она пока что является секретной даже для меня самого, – ответил Бэзил. – Уже поздно, Доусон. Нам пора попрощаться.

Снаружи нас поджидали тридцать два благодарных дантиста, которые заплатили Бэзилу кругленькую сумму и пообещали нам бесплатную стоматологическую помощь на всю оставшуюся жизнь. Они долго махали нам вслед, а мы мчались по Бейкер-стрит в клубящемся тумане.

Нам нужно было сесть на человеческий корабль, который отплывал в Мексику!

3. В открытом море

«Рут Лоу» оказалась грузовым судном среднего размера. Дождавшись подходящего момента, мы взбежали по трапу, и мускулистые рабочие, которые грузили корабль, нас не заметили.

Мы сразу направились в корабельный трюм, а точнее, в тот его угол, который редко посещают люди. Корабельные мыши устроили уютное жилище на верхней полке. Нам показали нашу каюту, и мы хорошо там выспались.

Бэзил разбудил меня рано.

– Вам привет от капитана, Доусон. Мы будем завтракать за его столом.

Нас ждал приятный сюрприз! Капитаном оказался Сесил Райдер – некогда наш одноклассник по Рэтклифф-колледжу.

Рядом с Бэзилом сидела прелестная дама с большими блестящими глазами и бархатистой гладкой шерсткой, столь типичной для английских мышек из высшего класса. Её звали Марлейн, она была женой мышиного президента Мексики.

Глаза Бэзила заблестели.

– Дайте подумать! Вы, если не ошибаюсь, писательница, а родились в Мексике в семье британцев и одинаково хорошо говорите по-испански и по-английски. Диего Новато – ваш муж – возглавил народное восстание против жестокого диктатора, который правил Мексикой. Побежденного диктатора по имени Эль Бруто сослали на остров в океане, а вашего мужа избрали президентом.

– Потрясающе, Бэзил! Что еще вам известно?

– Вы на этом корабле не случайно, а с целью рассказать мне всё о миссии.

Она кивнула.

– Посыльный, который доставил мне письмо из Мексики, сказал, на каком корабле вы поплывете. Я ездила по Европе, собирала материал для следующей книги, она будет называться «Знаменитые самки мышей». Я устала и хотела бы немного отдохнуть. Мы будем плыть пару недель, так что, если не возражаете, я расскажу вам обо всём подробно чуть позже.

– Я подожду, Марлейн, но только если вы пообещаете помочь нам освоить испанский язык.

Она согласилась, и мы заговорили о другом.

Райдер рассказал, что мышиные капитаны и их команды дважды в год плавают на человеческих кораблях, чтобы побольше узнать о том, как люди управляют ими. Они прячутся и записывают всё, что видят.

– Мой собственный корабль под названием «Юнис Р.» ждет меня в Веракрусе, туда мы сейчас и плывем. А теперь я и моя команда заберемся наверх, чтобы смотреть, слушать и учиться. После ежедневной уборки мои матросы ставят на главной палубе шезлонги для наших собственных пассажиров – это под спасательными шлюпками, рядом с поручнями. Там вы сможете насладиться морским путешествием в полной мере.

Так начался первый день незабываемого плавания.

Устроившись в шезлонгах, мы смотрели на залитое солнцем море, бледно-голубое небо, облака, пушистые, как взбитый сливочный сыр. Над нами висела большая спасательная шлюпка, которая закрывала нас от солнца. Мы наблюдали, как пускают фонтаны киты и резвятся морские свиньи.

К чаю стюарды подавали выпечку с сыром.

По утрам мы занимались испанским языком, а вторую половину дня Бэзил и Марлейн проводили в оживленных дискуссиях, которые казались мне чрезвычайно интересными.

Они обсуждали множество разных вещей: гордость и приличия, снобов и общество, шоколад и сыры, мосты и бризы, привидений и географию, свиней и искусство фотографии, музыку и тайны, людей и истории, моряков и пейзажи, мышей и машины.

Бэзил обычно выигрывал эти маленькие словесные баталии, но Марлейн была достойным противником, и однажды он восхищенно сказал:

– Для самки вы чрезвычайно умны и не уступаете большинству самцов.

Она сердито топнула лапой.

– И ты, Брут, то есть Бэзил? Вы считаете, что