Мои друзья - Мирча Сынтимбряну

Мирча Сынтимбряну

Мои друзья

Почему?

Полдень. Весна напоила теплом воздух и землю. К маленьким белым облачкам тянутся ярко зазеленевшие вершины окрестных холмов. А далеко, над холмами Дэлимана, кружат журавли.

Гулуцэ, оседлав козлы для пилки дров, раскрыл учебник арифметики. Он отводит глаза от далекой журавлиной стаи и углубляется в учебник.

— «Делитель равен делимому, деленному на частное», — читает он, болтая ногами.

Разогретые камешки приятно щекочут голые пятки. Над колодцем в ветвях шелковицы восторженно кричат воробьи. За забором кое-где мелькают пестрые бабочки.

— «Если мы увеличим делитель в несколько раз, частное уменьшится во столько же раз. Если делитель…»

Мимо Гулуцэ, довольные и важные, бредут куры и, кудахча, купаются в песке. За ними хитрым глазом следит рыжий щенок, растянувшийся в тени. Он высунул язык и тяжело дышит. Вдруг щенок чихает и трется мордой о лапы. «Видно, букашка залезла ему в нос», — озабоченно думает Гулуцэ.

Высоко в небе слышно знакомое однообразное курлыканье. Над головой Гулуцэ летят журавли. Он провожает их взглядом, и, хотя немеет шея и глаза от яркого света наполняются слезами, Гулуцэ долго смотрит в сияющую голубизну, любуясь плавным кружением стаи.

Щенок недовольно ворчит. Перед Гулуцэ с граблями в руках появляется его товарищ Тони.

— Пошли… три часа… Все ребята на участке.

— Я готовлюсь, ведь завтра меня спросят… Зайди потом.

Тони уходит, волоча грабли. Разбегаются, кудахча, испуганные куры.

— Вот, поучи тут, — бормочет Гулуцэ. — А не пойти ли заниматься в сад?

Гулуцэ выходит в сад и, расстелив одеяло на траве, ложится на спину. Небо огромно и кажется пустынным. Журавли теперь где-то далеко… Гулуцэ переворачивается на живот и сосредоточенно читает:

— «Делитель равен делимому, деленному на частное… если… если…»

Букашка, маленькая-премаленькая, с двумя красными полосками на черной спинке, ползет по корешку книги. Ее похожие на антенны усики трепещут в воздухе, она мгновенно устремляется по открытой странице к пятнадцатому рисунку, где так аппетитно нарисованы круглые хлебы, и, остановившись, словно обнюхав их, ползет дальше. Погуляв по одеялу, зарывается в траву, затем взбирается на сломанный репейник. Падает и лезет вновь. Ползая на коленях, Гулуцэ внимательно следит за ее передвижением.

— Хочешь, я помогу тебе? Не нравится? Пожалуйте вниз. Опять лезешь? Капризница! Сама не знаешь, чего хочешь! Теперь спускайся! Посмотрим, что будет дальше.

Букашка взбирается на дерево, проползает сквозь колючую изгородь и ныряет в траву. И только через час Гулуцэ снова берется за книгу. Букашка тоже вернулась — сидит у той же самой картинки с хлебами.

— Сколько времени ты теряешь зря, — упрекает ее Гулуцэ. — Вертишься, вертишься и снова возвращаешься туда, откуда ушла. А я… я не могу тратить время, как ты. «Делитель равен делимому, деленному на…»

Со двора его окликает какой-то мальчик:

— Гулуцэ, придешь на участок? Мы сажаем рассаду.

— Я учу… Завтра меня спросят.

«И здесь мешают, не дают заниматься. Пойду домой», — сердится Гулуцэ.

Из окна его комнаты видна река, а за ней зеленый Дэлиман. Темная зелень листвы окаймляет поляну с одиноким дубом — мощные ветви словно вонзаются в облако.

«Отправлюсь-ка я на Дэлиман, — решает Гулуцэ. — Там можно заниматься спокойно».

Спустя полчаса он уже сидит на траве под высоким дубом. Здесь земля еще сырая — сидеть на ней неприятно.

«А что, если я заберусь на дуб?» — думает Гулуцэ.

Кое-как, карабкаясь по стволу, он лезет на дерево и достает из-за пазухи учебник:

— «Делитель равен делимому, деленному на частное…»

Как немеют ноги и спина! Гулуцэ ищет другую ветку, поудобнее, забирается выше и выше. Наконец он достиг вершины и может успокоиться.

Внизу, в долине, раскинулся городок. Гулуцэ скользит взглядом по крышам домов и находит свой дом с двумя окнами на улицу. За ним, за небольшими холмами, синеет Белый Криш, словно лента, перехваченная кое-где мостами — пряжками. Далеко впереди высится в сизом мареве гора Гэина. Журавли, рассеявшись по всему небу, облетают дозором горизонт. А над городом и рекой, над холмами и горой Гэиной, над журавлями, в синеве — он, Гулуцэ! Кругом необъятная ширь и тишина. Только ветерок перебирает его волосы. Гулуцэ прячет книгу и жадно смотрит вдаль. Дуб слегка покачивается, и мальчику кажется, что он летит, летит, как птица, как облачко, как самолет. Гулуцэ раскачивает ветви, все сильнее наклоняясь то в одну, то в другую сторону, и беспрерывно гудит, пока не начинают болеть челюсти. Как быстро мчится его самолет над зеленым морем. Но мотор дает перебои, мотор сдает. Отдохнув немного, Гулуцэ снова гудит, снова включает мотор.

Когда он вырастет, он станет летчиком, пролетит над Дэлиманом, сделает круг над городом, над домами ребят и сбросит им письма. Только бы избавиться от арифметики. Учительница говорит, что без знания арифметики нельзя стать летчиком… Но какая же здесь связь? Гулуцэ нажимает на рычаг и гудит, гудит снова…

Из-за холма показывается стая ворон и летит прямо к дубу. Гулуцэ хватает ветку — пулемет — и стреляет: тррр… трррррр… Вороны хлопают крыльями и, испуганно каркая, рассеиваются. «Противник», не выдержав атаки, скрывается вдали. Медленно покачиваясь, одиноко падает черное перо. А солнце все ниже и ниже склоняется к закату.

— «Делитель равен делимому, деленному на частное. Если мы увеличим делитель на…» — снова читает Гулуцэ.

Внизу, в листве дуба, слышится какой-то таинственный шорох. Гулуцэ пытается разглядеть что-нибудь в густой зелени. И вдруг где-то совсем близко раздается звонкое «ку-ку, ку-ку!»

Гулуцэ, испугавшись, быстро спускается на землю. Из листвы вылетает серая птица и, широко взмахнув крыльями, скрывается в каменном карьере. Кукушка! Гулуцэ бежит за ней, но птица исчезла, спряталась в кустах под известковой стеной.

— Ку-ку! — кричит Гулуцэ и слышит ответ:

«Ку-ку!»

— Ку-ку! — перекликается Гулуцэ с невидимой птицей.

«Ку-ку!»

Почти совсем стемнело. С гор тянет прохладой, деревья стоят, как великаны, готовые схватить мальчика.

— Приду завтра, — громко говорит Гулуцэ.

«…автра…» — доносится из карьера.

Гулуцэ озирается. Потом кричит басом:

— Ку-ку!

«Ку-ку!» — так же басом отвечает кто-то.

Гулуцэ раскрывает книгу и громко читает:

— «Делитель равен…»

«…авен…»

— Ку-ку!

«Ку-ку!»

Наконец он понял: эхо… Это только эхо!..

Домой Гулуцэ возвращается, дрожа от холода.

— Где ты был? Тебя искали