Врата тайны - Ахмет Умит Страница 78

найти ее в Лондоне, но не могу удержаться от того, чтобы пойти по этой дороге. Самая важная из войн – война с собственной низменной природой, сказал пророк Мухаммед. Мне тяжело в этом признаться, но первую серьезную битву в этой войне я, похоже, проиграл». «Но война еще не закончена, – постарался я поддержать Пой-раза, – борьба еще не закончена». Его лицо просветлело. «И это правда, – сказал он с надеждой, – пусть первое сражение проиграно, но война все еще продолжается». Два дня спустя он уехал с твоей матерью в Лондон.

Голос Иззет-эфенди стал сдавленным, глаза увлажнились.

– С того дня я больше не видел твоего отца.

Когда он закончил свой рассказ, я произнесла c легким упреком:

– С тех пор он не прекращал своей борьбы. Не знал в ней перерыва. И за первое проигранное еще в Конье сражение он взял реванш двадцать два года назад в Лондоне, когда без всяких объяснений оставил свою жену с маленькой двенадцатилетней дочерью, чтобы уйти по пути истины вместе с пакистанским шейхом.

Свет в глазах старика поблек, в первый раз с начала разговора на его лице отобразилось расстройство. Он грустно сказал:

– Он причинил тебе зло. Поэтому нам было велено жить в одиночестве. Спасение дервиша скрыто в его собственных скорбях. Но их он должен выносить в одиночку. Иначе скорбь перейдет и на близких ему людей. Но для них это не спасение, а яд.

Я не поняла, обвинял ли он отца в том, что тот не смог выбрать пути одиночества, или же винил нас в том, что мы оказались ему близки, но оба этих варианта порядком меня разозлили. Я уже собиралась что-то ему ответить, как вдруг зазвонил телефон. Взглянула на экран – незнакомый номер. Я все же ответила.

– Алло…

– Добрый вечер, мисс Карен, – прозвучал в трубке женский голос, – это комиссар Зейнеп.

Я заволновалась. Если она мне звонит, значит, что-то произошло. Мне не стоило говорить с ней при Меннане и Иззет-эфенди.

– Добрый день, – сказала я в трубку, – погодите, пожалуйста, секундочку.

Я посмотрела на старика:

– Прошу прощения, важный звонок.

– Ничего страшного, дочка, – ответил он вежливо.

Поднявшись со скамейки, я отошла за розовые кусты и наконец сказала:

– Да, Зейнеп-ханым, я вас слушаю.

– Нам надо встретиться. Вас не затруднит подъехать в участок?

– Прямо сейчас?

Она на секунду задумалась:

– Да, к сожалению, прямо сейчас. Кое-что произошло, нам необходимо ваше присутствие.

Я решила уточнить:

– Почему именно мое?

– Это связано с Серхатом Гёкгёзом…

– Неужели вы что-то обнаружили?!

Мой вопрос не понравился комиссару, и она с легким недовольством сказала:

– Давайте вы подъедете сюда, и мы все спокойно обсудим.

Вероятно, им удалось узнать что-то важное о Серхате.

– Хорошо, – сказала я, заранее радуясь, – скоро буду.

Зейнеп повесила трубку, а мне пришлось вернуться к столу, чтобы объясниться:

– Извините меня, пожалуйста, но произошло кое-что очень важное, мне надо уйти.

Поймав взгляд Меннана, я сказала лично ему:

– Вы можете остаться с Иззет-беем.

Интересно, как среагирует мой коллега? С одной стороны, ему любопытно, кто звонил, а с другой – он же не хотел упускать шанса поговорить с Иззет-эфенди.

В конце концов любопытство победило, и Меннан с выражением ребенка, который не хочет оказаться вне игры, сказал:

– Нет. Будет лучше, если я поеду с вами. Дядюшка Иззет все же не гость здесь, он меня простит.

Тут Меннан на секунду замолчал. Ему явно хотелось что-то сказать. Наконец он набрался смелости и обратился ко мне:

– Мисс Карен, перед тем как уйти, давайте спросим дядюшку Иззета о кольце.

Хотя мне не меньше его хотелось знать, отчего кольцо кровоточит, сейчас эта тема была совершенно ни к селу ни к городу. Но старик уже заинтересовался:

– Какое кольцо?

Меннан притворился, что не заметил недовольства на моем лице, и поспешно сказал:

– Кровоточащее! Какой-то странник дал его мисс Карен у мавзолея Шамса Тебризи.

Иззет-эфенди заволновался:

– Прямо перед мавзолеем?

Молчать дальше было неприлично, пришлось вступить в разговор:

– Это был какой-то сумасшедший. Ну или попрошайка. Да мы и не уверены в том, что кольцо кровоточило. Возможно, это просто краска стала сходить…

Старик будто не услышал моих объяснений:

– Кольцо при вас?

Кольцо лежало в сумке. После побега из мавзолея Руми я упаковала его в пластиковый мешочек. Теперь мне пришлось его оттуда вытащить и показать Иззет-эфенди.

Он взял перстень и, приблизив его к глазам, пробормотал:

– Красота. Но так мне сложно что-то увидеть. Погодите, я надену очки.

Иззет-эфенди вынул из кармана невзрачные очки в металлической оправе, надел их, снова посмотрел на кольцо:

– А это тонкая работа… Что за камень? Топаз?.. Нет, скорее, рубин… Впрочем, я ошибся, это агат.

Он поднял глаза и посмотрел на меня:

– Как выглядел тот, кто дал тебе это кольцо?

– Незнакомый мужчина, весь в черном, с черными волосами и бородой.

Меннан с волнением добавил:

– Очень таинственный. Тут же пропал.

Иззет-эфенди покачал головой так, будто что-то понял:

– У Шамса Тебризи есть книга «Сочинения», в ней рассказывается о кровоточащем кольце.

Взволнованность Меннана и старика перешла и на меня, я с интересом спросила:

– И что же там говорится?

– Увы, дочка, не помню. Старый стал. Но я абсолютно уверен, что история о кровоточащем кольце есть именно в этой книге.

Меннан заговорил с присущим ему оптимизмом:

– Не волнуйтесь, мисс Карен. У меня есть несколько знакомых букинистов, они смогут нам помочь.

Было бы кстати, если бы в этой книге крылась разгадка тайны моего кольца…

– Вечером я посмотрю у себя в библиотеке, – произнес Иззет-эфенди, – у меня должен быть экземпляр. Мне теперь тоже интересно, надо перечитать эту историю.

– Благодарю, – сказала я с улыбкой и протянула старику руку для прощания, – спасибо за приятную беседу.

Старик тоже поднялся на ноги, вложил мою ладонь между своих и проговорил:

– Это я должен быть тебе благодарен. Твое появление меня очень обрадовало. Ты принесла с собой запах Пойраза, спасибо за это.

Он продолжал сжимать мою ладонь.

– Но просто так ты отсюда не уйдешь, старшие всегда должны делать младшим подарки.

Я подумала, что Иззет-эфенди подарит мне какой-то сувенир, но вместо этого он вдруг прочитал стихотворение:

Я расскажу тебе, не шевеля губами,

Все те секреты, что не слышат уши.

Я расскажу тебе о них при всех,

Но только ты сумеешь их услышать,

Их больше не поймет никто.

Когда он закончил читать, в глазах его появилось игривое выражение:

– Это стихи досточтимого Мевляны. Посмотрим, сможешь ли ты понять,