Смерть позвонит сама - Андрей Анатольевич Толоков Страница 25

семейный пожар. Она после работы затаскивает к себе Пурлову. Посидели, выпили, поплакали, сопли размазали, и Пурлова собирается домой. Сивова предлагает остаться, мол, ты человек уже свободный, оставайся, отсюда завтра на работу и пойдем. Пурлова отказалась. Сивова идет провожать Пурлову на автобус. Дошли до остановки. Автобуса нет и нет. Сивова плюнула и пошла домой. А теперь самое главное. – Волков встал и, засунув руки в карманы по самые локти, продолжил: – Когда Сивова уже отошла на приличное расстояние, она обернулась. Обернулась и увидела, как Пурлова садится в «Волгу».

– В черную?! – выкрикнул Немирович.

– Так точно! В черную, – подтвердил Слава.

– Номер видела?

– Нет. Далеко было. Видела за рулем мужика. Больше никого. Пурлова села на переднее сиденье.

Отворилась дверь, и в помещение вошел Бауэр.

– Ты, Витя, вовремя, – сказал тут же Немирович. – Резину тянуть некогда. Ты, Слава, еще раз выворачиваешь наизнанку Сивову. Мельчайшие детали, мельчайшие. Понятно?

– Я пошел. – Волков схватил со стола свой блокнот и вылетел из кабинета.

– Витя, мухой в ГАИ, – распорядился Немирович. – Все черные «Волги» в городе – номера, фамилии владельцев, адреса – должны быть здесь, – Костя хлопнул ладонью по столу, – через два часа. Успеешь?

– Сделаю.

Костя решил пока не докладывать Ильину. Рано. Надо собрать все воедино. Попробовать представить картину преступления. И тогда… Немирович почувствовал, как из открытого окна в кабинет заползает горячий уличный воздух. Нет еще девяти, а проклятый зной уже пытается проникнуть во все щели. И это только самое начало лета. Что же здесь бывает в июле? Немирович вспомнил, как пару дней назад он нырял с пирса вместе с местными мальчуганами. Как возвращала его тело к жизни волжская вода. Вот, пожалуй, это и есть единственное спасение от вездесущего зноя. Надо каждый день бегать на Волгу, решил Костя. Это изменит жизнь. А на выходные забрать Алену и провести полдня на пляже. Хорошая идея. Только бы начальство эту идею не загубило на корню.

Костя встал, закрыл окно и задернул шторы. Хоть какой-то кусочек прохлады надо было сохранить в кабинете. Открылась дверь, и вошел Валентин. Лицо его было покрыто мелкими капельками пота, глаза покрасневшие, а губы бледные. Глущенко мял в руке кепку.

– Доброе утро, – поздоровался Валентин и отвел глаза.

– Доброе, – ответил Костя. – У тебя все в порядке? Не заболел?

– Нет.

Глущенко прошел к своему месту и опустился на стул.

– Костя, – тихо сказал он, – ты извини меня за вчерашнее. Я был неправ.

– Принимается, Валя. И все-таки, что с тобой? Может, тебе лучше домой?

– Нет! – резко возразил Валентин. – Домой мне лучше попозже сегодня.

Глущенко встал, быстро подошел к тумбочке у окна, схватил графин и начал жадно пить из горлышка. Немирович понял, что сегодня Глущенко не работник. Это убеждение подтвердил весьма специфический запах, долетевший до капитана. Глущенко поставил опустошенный графин на место и увидел оценивающий взгляд Немировича.

– Да, – виновато сказал Глущенко. – Перебрали вчера с Толиком. Вот сука! Знает, что у меня с тормозами плохо, а наливает и наливает. А сам-то не пьет.

– Толик – это тот водитель? – уточнил Немирович.

– Да. Друган мой.

– Отмечали что-то?

– Ничего мы не отмечали! – отчаянно махнул рукой Валентин. – Так, захотел Толик нас угостить. Собрал мужиков. Ему-то что, у него жены нет. От него Шурка сбежала. У него одна проблема – на работу с утра не опоздать. А моя Тоня мне всю башку проклюет. Нет, я лучше здесь до вечера отсижусь. Костя, если что-то надо сделать, ты мне скажи. Я справлюсь.

– Да куда тебе с таким выхлопом?

– Это да.

– Хочешь совет?

– Валяй.

– Сходи-ка ты на Волгу, искупайся. Посиди в воде. Охладишься, станет легче. А там как раз и дела подоспеют. – Немирович посмотрел на часы. – Скоро уже Бауэр вернется. Поедем шухер в городе устраивать.

Глущенко округлил глаза.

– Это как? – спросил он.

– Иди, Валя, охладись и возвращайся.

Глущенко кивнул, нацепил мятую кепку на голову и вышел.

Немирович откинулся на спинку стула, заложил руки за голову и, пользуясь абсолютной тишиной в помещении, предался размышлениям. Его голову не покидал вопрос, почему убийца принес труп Пурловой в телефонную будку? Допустим, он убил женщину в машине. Хотя нет. Нанести такой удар в салоне автомобиля сложно. Там просто мало места для размаха. Хотя… если приловчиться. А как говорит эксперт, удар был сильным. Предположительно убийство совершено не внутри машины. А где? И почему? А может быть, убийца вовсе не водитель? Почему Пурлову убили? За что? Ее не насиловали, ее просто убили. Значит, был мотив. Но какой? Ее профессиональная деятельность? Заведующая лабораторией на комбинате. Она что-то могла обнаружить? Маловероятно, но надо это проверить. А вдруг? И опять вопрос: почему перенесли в телефонную будку? Мог же убийца спрятать тело хотя бы в овраге. До оврага не больше десяти метров, а до будки почти сто. Бред какой-то.

Костя опять посмотрел на часы. Вот-вот вернется Бауэр. Может быть, удастся найти ту «Волгу», которая стояла в посадках. А возможно, и ту, которую видела Сивова. Значит и водителя, который посадил к себе Светлану. Вероятно, это одна и та же машина. И все же: почему таксофон? Это именно та деталь, которая связывает первое и второе убийство. А еще что общего? Обе молодые женщины. Обе не имели детей. Обе плохо жили с мужьями. Тут вдруг Костя подумал: а зачем он связывает эти два убийства? В первом случае убили ножом. Во втором оглушили и задушили. Разный почерк. Но… чертов таксофон. Вот поэтому Немирович и связывает эти убийства.

А еще этот нож, неизвестно откуда взявшийся в квартире Нечипоренко. То, что его там не было, Немирович был уверен не на сто, а на двести процентов. Как попал нож под ванну, Костя уже знал, а вот откуда убийце или его сообщнику было известно, что Нечипоренко под подозрением? А если этот человек из милиции? Если он здесь работает, поэтому и знает? Мысль, конечно, крамольная, но исключать такой факт нельзя.

Немирович посмотрел на опустошенный Валентином графин. Взял его и пошел за водой. Когда вернулся, застал в кабинете Виктора.

– Водичка кстати, – выпалил Бауэр и выхватил из рук Немировича графин с водой.

– Список привез?

– Угу! – не отрываясь от графина, промычал Бауэр.

– Много машин?

– Шесть штук, – наконец-то напившись, ответил Виктор.

– Утолил жажду? Докладывай, – приказал Немирович.

Витя достал из кармана вчетверо сложенный листок и начал отчитываться:

– Значит, так! Про первые две машины говорить не стоит, это «Волга» секретаря горкома и машина Каракуля. Я правильно мыслю?

– Правильно, – согласился Костя. – Дальше.

– Дальше так…

Витя стал перечислять