Смерть позвонит сама - Андрей Анатольевич Толоков Страница 22

– Удила прикуси, – вполголоса сказал Костя. – Позвоню тогда, когда разберусь. А ты пойди покури, нервы успокой.

Глущенко еще несколько секунд стоял неподвижно и зло смотрел на Немировича, потом выскочил из кабинета, громко хлопнув дверью.

– Константин Сергеевич, – сказал наблюдавший за этой сценой Бауэр, – а мне кажется, Валентин прав. Алиби у Пурлова нет. Да и друзья его говорят, что он на жену злился.

– Вот, Витя, ты тоже услышал то, что хотел услышать. А то, что его друзья в один голос сказали, что Жора на убийство не способен, это тебе никак в уши не прилетело?

– Сказать, конечно, можно. Но факты.

– Вот это правильно. Факты надо проверить. Тащи сюда Пурлова…

Через пару минут Георгий Пурлов сидел перед Немировичем.

– Георгий Петрович, – обратился Константин к подозреваемому, – куда вы уехали вчера в половине десятого вечера?

Пурлов поднял глаза на оперативника. Взгляд его был не столько жалким, сколько просящим. Видимо, он уже понимал, что в убийстве жены подозревают его.

– Я все расскажу, – голос Георгия дрожал. – Все! Я ездил к Тамаре. Тамара – это… – Пурлов вдруг стал громко и часто дышать. – Я не знаю… – он продолжал изъясняться обрывками фраз. – Она замужем. Если про нее узнают, то… поймите меня. Я был у Тамары. Утром поехал домой. Выпил стакан водки и заснул. Я…

– Фамилия Тамары и где ее найти? – прервал мычание Пурлова Костя. – Хватит мямлить. Фамилия?

– Сидорчук, – шепотом произнес Пурлов.

– Сидорчук? – повторил Костя. – Тамара Сидорчук?

– Что? – вдруг удивился Бауэр. – Сидорчук?!

– Ты ее знаешь? – Немирович переключился на Бауэра.

– Тамара, жена Степановича? – спросил Витя у Пурлова.

Жора кивнул несколько раз.

– Кто она такая? – теперь уже Костя спрашивал у Виктора.

– Жена директора автобазы. Сергея Степановича.

– Это так? – спросил Костя Пурлова.

– Так, – тихо подтвердил он.

– Тогда везем ее сюда, – решил Немирович.

– Нет! – вскрикнул Пурлов. – Прошу вас, нет!

– А чего ты так боишься? – спросил Жору капитан. – Ты определись, Георгий, или сядешь за убийство жены, надолго сядешь, или получишь по морде от обманутого мужа. Я бы выбрал второе.

– А она? Как же Тамара?

– А так же! – резко ответил Костя. – Значит, удовольствие налево получить – это мы в первых рядах. А как правду следствию рассказать – это увольте! Нет. Не пойдет. Вези, Витя, ее сюда.

– Товарищ милиционер, не надо ее сюда, – жалобно просил Пурлов. – Там, дома поговорите. Степаныч только завтра из командировки вернется. Тамара дома.

Костя бросил взгляд на Бауэра. Витя еле заметно кивнул.

– Хорошо, – согласился Немирович. – Подождешь пока в камере. Если правду сказал – отпущу.

…Тамара Сидорчук открыла дверь сыщикам, одетая в красивый атласный халат. На лице ее было испуганное выражение. Она не знала, что привело в ее дом работников уголовного розыска.

– Что?! – с волнением спросила она милиционеров. – Что с Сережей? Где он?

– С Сережей не знаю, – с надменными нотками в голосе ответил Немирович, – а с Жорой беда.

Реакция Тамары была мгновенной. Она выпрямила спину, поправила халатик на груди и, чуть прикрыв глаза, спросила:

– С каким Жорой? Вы о ком?

Константин понял: сейчас начнется сказка про белого бычка. В главной роли Тамара Сидорчук. Костя незаметно для женщины подмигнул Виктору и, разглядывая картину на стене, как бы между прочим начал рассказывать:

– Я про Георгия Пурлова. Маньяком оказался. Женщин убивает. Убийства двух уже доказали. Думаю, и еще будут.

Костя краем глаза глянул на Тамару. Женщина стояла посередине комнаты, схватившись обеими руками за воротничок халата, прижав ладони к груди. Немирович понял: она защищается, надо нагнетать.

– Убивает жестоко, – продолжил Костя, активно иллюстрируя свой рассказ жестами. – Бьет железякой по голове, а потом душит. Да так душит, что кости шеи ломает, как хворост. Вроде мужик такой некрепкий, да?

Тамара кивнула.

– Откуда такая сила в руках? Но ничего. Поймали. Теперь осудят и расстреляют.

Константин повернулся к Тамаре лицом. Она стояла бледная, с округлившимися глазами.

– Да вы не бойтесь, Тамара. Мы его поймали. Он вчера вечером убил свою жену. Также жестоко. Она, наверное, заподозрила его. Вот он и избавился от Светы.

– Кто? – словно очнувшись, спросила Тамара.

– Что кто?

– Жора убил Светлану? – переспросила Тамара.

– Да!

Сидорчук затрясла головой. Это продолжалось несколько секунд.

– Нет, – сказала она громко. – Он не мог! Вчера не мог! Это не он! Он не маньяк! Не Жорик.

– Так! – вцепился за сказанное Немирович. – Уточните. Почему он не мог?

Тамара начала махать на себя ладонями, опустилась на диван и несколько раз глубоко вздохнула.

– Мне плохо, – сказала она и указала рукой в сторону кухни. – Принесите мне воды. Воды.

Виктор быстро сообразил, метнулся на кухню и через несколько мгновений подал женщине стакан с водой. Тамара выпила и немного успокоилась.

– Тамара, – Константин присел рядом с хозяйкой, – почему вы уверены, что Пурлов не убийца?

– Он не мог, – тихо говорила Тамара. – Его действительно могут расстрелять?

– Да, – ответил Костя.

– Не надо. Он был у меня вчера вечером. Ушел только под утро. По-моему, в пять.

– А пришел во сколько?

– В начале одиннадцатого. Прямо с рыбалки приехал. Я его отмыла и…

– Вы должны эти показания дать официально. Готовы?

Тамара сидела с закрытыми глазами. Губы ее шевелились, будто она советовалась с кем-то. Потом Сидорчук открыла глаза, посмотрела на Костю, на Виктора, встала и твердо произнесла:

– Я дам показания.

– А мужа не боитесь? – спросил Бауэр.

– Нет. А чего мне бояться? Чего?! – Тамара уже переходила на крик.

– Это неуместный вопрос, – пытался выправить ситуацию Немирович.

– Почему же! – Тамара и не собиралась успокаиваться. – Это правильный вопрос. Вы же все думаете, что я шалава, да? Что я этого слесаря к себе в постель затащила? И затащила! И не собираюсь этого скрывать, – Тамара говорила все громче и громче. Она стукнула себя ладонью в грудь. – Вот здесь все накопилось. Здесь. Он же со мной не спит уже лет пять. Он уходит после работы в свою спальню и храпит там, как кабан. Я для него мебель. Я, – Тамара провела руками по своей талии и остановила руки на бедрах, – молодая, сочная женщина. Я любви хочу. Понимаете, любви. Не сковородки мыть каждый день, а от мужских рук стонать. Грубой мужской ласки хочу. Имею право?

– Имеете, – поддакнул Костя.

– Я сейчас переоденусь, и мы поедем.

Тамара ушла в спальню. Костя и Виктор переглянулись.

– А вы артист, – прошептал Бауэр и поднял большой палец кверху.

Когда подъехали к отделу, увидели, что у крыльца припаркована серая «Волга».

– Бычков, – сделал вывод Бауэр.

– Глущенко постарался, – решил Немирович.

Бычков уже заканчивал допрос подозреваемого, когда в допросную вошел Немирович. В руках у Кости