Исторический криминальный детектив. Компиляция. Книги 1-58 (СИ) - Шарапов Валерий Страница 150

Однако он сказал, обращаясь не к визитерам, а в пространство:

— Я единственный стоматолог в радиусе трех верст. Других просто нет! А мне говорят, что я стар. Отслужил. Вот так-то, молодые люди.

— Увольняют, что ли? — уточнил Иван Харитонович.

— Выходит, так.

— А на ваше место кого-нибудь принимают?

— Нет. — Доктор развел руками. — Вы правы. У нас сейчас и специалистов-то раз, два и обчелся. Зубных техников даже нет, не то что врачей или стоматологов! А что у вас, собственно, за интерес такой?

Они познакомились. Стоматолога звали Иваном Ильичом. Свою профессию он выбрал еще до революции и все эти годы исправно работал в Москве.

— Тип один к вам может заявиться. Сегодня или завтра, точно не скажу, не знаю, — поведал ему Старцев самую суть дела и в двух словах обрисовал ситуацию.

Иван Ильич покивал, согласился с тем, что бандитизм за последние годы совсем распоясался, снова развел руками и заявил:

— Если сегодня или завтра, то с удовольствием окажу содействие. А если ваш тип задержится с визитом, то, извините, помочь не смогу. В субботу дорабатываю и откланиваюсь.

— А если мы переговорим с вашим начальством? — предложил Бойко. — Согласитесь вы еще немного поработать?

— Не откажусь. С деньгами сейчас у всех туго.

Сыщики не стали прощаться с доктором, покинули амбулаторию и отправились искать кабинет заведующего.

Почти весь рабочий день Старцев и его коллеги потратили на переезды между стоматологическими кабинетами и на доверительные беседы с врачами. Наконец, покончив с нелегкой задачей, под вечер они вернулись в управление.

Задумку опера исполнили. Все врачи-стоматологи, работающие на севере и западе столицы, теперь были предупреждены о возможном обращении за помощью молодого приблатненного паренька лет двадцати пяти. Все они получили фотографический портрет оного, а также описание одежды, походки, особенностей речи. Всем специалистам оперативники оставили номера телефонов кабинета Старцева и дежурного по управлению.

Покуда Старцев, Егоров, Бойко и Горшеня общались с докторами, Ефим Баранец выполнял свое задание. Ему с самого утра было поручено отправиться на розыски Константина Кима. Он должен был прикинуться другом детства и школьным товарищем — Ефим родился всего на год раньше Кости, — покрутиться во дворе, наведаться домой, поспрашивать родителей, в общем, осторожно выяснить, что да как.

Ефиму удалось встретиться с Кимом. Тот вернулся с утреннего дежурства возле ресторана «Гранд» и намеревался дойти до телефонного автомата, чтобы позвонить в отдел. Молодые коллеги уединились на лавочке в тенистом сквере и спокойно переговорили.

Сообщать Косте было не о чем. Ни контактов с Васильковым, ни каких-либо известий о ходе операции у него не было. Вот он и не торопился с докладом.

Ловушка, устроенная оперативниками, сработала на следующий день.

Утром, в половине одиннадцатого, позвонил Иван Ильич, попросил к телефону Старцева и заговорщицким шепотом сообщил:

— Интересующий вас человек только что был у меня в кабинете.

Старцев вскинул руку, заставил всех в кабинете замолчать.

— Вы не ошиблись? — уточнил он на всякий случай.

— Нет-нет, Иван Харитонович, ошибка исключена. Пока он сидел у меня с открытым ртом, я дважды незаметно доставал из кармана фотографию и сличал ее с пациентом. Уверяю вас, это он самый и есть!

— Так. Хорошо. Что вы ему сказали? Когда он появится снова?

— Я рассверлил ему больной зуб, положил лекарство, замуровал его временной пломбой и назначил следующий визит на завтра, на десять часов утра.

— Вы молодец, Иван Ильич! — не удержался от похвалы Старцев. — Наш разговор никто не слышит?

— Никто. Я звоню из кабинета заведующего, а он отъехал к районному начальству.

— Очень хорошо.

— Так что мне прикажете теперь делать?

— А ничего, дорогой Иван Ильич. Работайте, продолжайте прием, будто ничего не произошло. Завтра в десять утра вы примете этого типа, поставите ему постоянную пломбу, пожелаете поменьше есть сладкого и распрощаетесь с ним. А дальше мы о нем позаботимся.

— Ага, понял. Так и сделаю.

— Как он, кстати, представился?

— Слободкин. Сейчас… — В трубке послышался шелест. — Да, вот запись. Слободкин Антон Акимович.

— Ну, имя с фамилией наверняка вымышленные. Он ведь документов не показывал?

— У нас не принято их требовать.

— Ясно. Спасибо вам огромное, Иван Ильич.

— Вам тоже, Иван Харитонович. Меня ведь теперь не увольняют. Вы так напугали нашего заведующего, что он оставил меня работать до конца года.

Старцев положил трубку, довольно хмыкнул, подмигнул Егорову и сказал:

— Ну что, Вася, поздравляю! Кажется, сработала твоя схема.

— А я что говорил! — Тот сверкнул белозубой улыбкой.

— Давайте, братцы, за дело! Надо обмозговать, как завтра разыграть эту ситуацию с максимальной пользой.

Оперативники до обеда просидели над той же картой и кое-что придумали. Но из семи сотрудников оперативно-розыскной группы в наличии имелось только пять: Старцев, Егоров, Бойко, Горшеня и Баранец. Васильков был внедрен в ресторан «Гранд», Ким пытался держать с ним связь.

«Маловато», — подумал Иван и отправился к комиссару Урусову просить об усилении группы на время проведения операции.

Ранним утром следующего дня в сторону поселка имени Кастанаева выехал отряд в составе четырнадцати человек. Пятеро оперативников, столько же сотрудников НКВД и четыре водителя. Все при оружии.

Остановились они на Старослободской улице, немного не доехав до поселка. В этом заранее выбранном месте своего часа должна была дожидаться военизированная поддержка НКВД на двух автомобилях. Оперативники на своих машинах проехали еще немного и встали на некотором удалении от больнички у конторы жилищно-коммунального треста. Здесь уже торчали грузовики с трактором, рядом с которыми легковушки сыщиков в глаза не бросались. Зато сами сыщики могли спокойно присматривать за входом в медицинское учреждение.

Ждать пришлось полтора часа. В девять пятьдесят пять вдали появился одинокий молодой парень. Широкие темные брюки, облегающий свитер, кепка, развязная походка, руки в карманах, в зубах папироска.

— Повязки на морде нет, но вроде он, — сказал Старцев, разглядывая парня в бинокль, благоразумно прихваченный с собой. — На, посмотри.

У Егорова была цепкая зрительная память.

— Точно он, — заключил Василий.

Им снова пришлось ждать, пока стоматолог Иван Ильич окончательно справится с больным зубом молодого бандита.

— Возвращается! — заявил Бойко и выкинул в окно машины окурок.

Тот же паренек появился на ступеньках больнички. Теперь он заметно повеселел. Молодой бандит спрыгнул с крыльца на пыльный тротуар, на минуту остановился, смешно наклонил голову набок, ощупал языком новую пломбу, потрогал пальцами щеку, смачно сплюнул себе под ноги и полез в карман за папиросами. Этот тип, точно паровоз, окутался клубами сизого дыма и запыхтел в обратном направлении, туда, откуда пришел.

— За ним, братцы! — скомандовал Иван.

Василий и Олесь спешно покинули автомобиль. Первый пошел за бандитом по той же стороне улицы, второй перебежал на другую.

Старцев тронул за плечо пожилого шофера и сказал:

— Давайте потихоньку за ними.

Машина тронулась, проехала метров тридцать, остановилась ненадолго в тени высоких деревьев, переместилась еще и еще. Не отставала и вторая легковушка с Горшеней и Баранцом.

Все это походило на слежку в районе Ржевского вокзала, когда Старцев, Васильков и Егоров вели троицу подвыпивших бандитов. Только вместо Василькова сейчас работал Бойко, а хромой Старцев воспользовался автомобилем.

Сразу за поселком имени летчика Кастанаева располагалась деревня Мазилово с заброшенными фруктовыми садами на южной окраине. Молодой бандит шустро протопал мимо станционных построек вдоль железной дороги и юркнул в эти сады.

— Что думаете, братцы? — спросил Иван, подкатив к коллегам.