Тайны Лунного зала - Роман Каграманов Страница 7

– Девушка, вы будете заходить? Если нет, я вас арестую, – неожиданно пошутил из ниоткуда возникший полицейский с чашкой кофе в руке.

– Простите, я немного зависла, – ответила она и, к своему удивлению, улыбнулась. Полицейский приветливо кивнул, открыл дверь перед Марией, как бы приглашая ее войти первой.

Перед ней открылось просторное помещение с пятью столами, заваленными кипами бумаг и папок. На каждом стояли зеленые настольные лампы, покрытые тонким слоем пыли, и их матовые колпаки делали свет спокойным. Лишь один стол выделялся среди остальных – деревянный, отполированный до блеска, стоявший в центре комнаты, будто его специально поставили для нее. Напротив него в углу стоял старенький телевизор, не издававший звука, при этом крутящий музыкальные клипы.

– Ну и где твои манеры, Симонс? – раздался мужской голос, теплый и усталый одновременно. – Дверь распахнул, а стул за тебя кто подвинет?

Кажется, Мария не сразу различила мужчину в кабинете. Теперь, когда он заговорил, она поняла – это Питер Джекинс. Мария будто потеряла дар речи – внешность, спокойствие и та самая сила, которая не требует крика, производили сильное впечатление. Его густые каштановые волосы мягко блестели в свете настольной лампы, а ярко-голубые глаза казались почти нереальными – такими бывают глаза людей, привыкших смотреть в упор на беду и называть ее по имени. Легкая щетина придавала лицу мужественность, в голосе – уверенная, низкая нота. Руки – сильные, но удивительно аккуратные – лежали на столе ладонями вниз, будто он обещал себе не повышать голос и не спешить. «Я никогда не видела настолько красивых мужчин», – мелькнуло у нее в голове, и тут же стало неудобно за эту мысль.

– Вы заставили меня приехать посреди ночи, – сказала Мария, стараясь держать взгляд прямо. – Надеюсь, у вас веская причина.

Питер кивнул на соседний стул, и Симонс – молодой полицейский с внимательными темными глазами – молча пододвинул его к столу. Мария села. Джекинс откинулся в кресле, несколько секунд пролистывал бумаги, выбрал нужную папку – потертую, скрепленную в нескольких местах. На краю чернел штамп, но различить у Марии его не получилось.

– Надеюсь, вы успели хотя бы чуть-чуть поспать, Мария, – сказал он спокойнее, чем можно было ожидать, и придвинул к ней стакан с водой. – Разговор будет долгим… и, боюсь, не самым приятным.

Глава 5

За счет заведения

Вафельным полотенцем Сильвия Кайменс аккуратно протирала поверхность стойки, затем стала сортировать оставшиеся картонные стаканчики, которые утром привез мистер Редбоун – водитель, работавший с кофейней «Морнинг Смеллс» четвертый год. Часы над входной дверью показывали 20:45: через пятнадцать минут табличку «Открыто» предстояло перевернуть, но Сильвия знала – в это время всегда набегает вторая волна посетителей.

Сильвии было двадцать три. Невысокая, с длинными русыми волосами, собранными в небрежный пучок, она обладала яркой внешностью: зеленые глаза с золотистым отливом, пухлые губы с крошечной родинкой на краю – все в ней было по-детски живым и естественным. На запястье красовалась небольшая татуировка IF GOD BE FOR YOU, придавая образу упрямства. Она верила, что кофе – живой. «Зерна требовательны, – повторяла она про себя, – перегрей – и все, прощай вкус». Достав с верхней полки бразильский сорт, Сильвия досыпала его в стеклянный графин – чтобы кофе получился крепкий, насыщенный, – протерла крышки вафельным полотенцем, чтобы не осталось отпечатков, и проверила сиропы. За окнами теплились вывески магазинчиков, дождь, обещанный синоптиками, так и не начался, а в кофейне пахло карамелью, молоком и кофе.

Для Сильвии каждый посетитель был почти родным: она знала их привычки, аллергии, любимые десерты и список новостей, к которым они обязательно вернутся через неделю. В дверях возникла Аманда Льюис. За темными очками пряталась потекшая тушь. В короткой юбке, напоминающей школьную форму, и белом облегающем топе со стразами на лямках она быстро пересекла зал и плюхнулась на высокий стул у барной стойки. Джинсовая сумка местного производства подрагивала на колене, молния заедала, и Аманда нервно дергала ее туда-сюда. Сильвия, вытирая высокий бокал для фраппучино, наклонила голову:

– Седрик?

– Ничего не говори, – хрипло отозвалась Аманда, продолжая рыться в сумке. – Этот олух снова ударил меня. Я не знаю, сколько еще это выдержу.

– Аманда, вам нужно разойтись, – спокойно, но твердо сказала Сильвия.

– Разойтись ради чего? Чтобы снова искать приключения? – Аманда коротко усмехнулась, нашла кардхолдер, вытащила карту. – Латте с дополнительным шотом. Если на карте хватит.

– Хватит, – ответила Сильвия и, отложив полотенце, начала готовить заказ. Машина зарычала, как болид перед стартом, и выдала густую струю крема; Сильвия добавила второй шот в латте, накрыла стаканчик крышкой, маркером вывела сердечко и поставила напиток перед Амандой.

– За счет заведения, – сказала она с мягкой улыбкой.

– Как думаешь, он придет? – тихо спросила Аманда, глядя куда-то мимо Сильвии. Та промолчала, поправила стопки крышек, убрала сиропы в линию. – Понимаешь, это уже не отношения, а привычка, – прошептала Аманда. – Такая, которая медленно портит жизнь. Но я его… – Дверь распахнулась, и Аманда не успела договорить.

Вошел Седрик – быстрый, дерганый, с налившимися злостью глазами.

– Ну что, играешь в молчанку? – бросил с порога. – Будешь разговаривать со мной или снова решишь, что лучше убежать?

– Седрик, – Аманда не поднимала глаз, – давай не будем. Мне хватило.

– Я тебе еще ничего не сказал! – сорвался он на крик. Несколько посетителей обернулись. Молодая пара у окна замерла над двумя капучино, мужчина в рабочей куртке перестал шуршать пакетом. Сильвия вышла из-за машины, бросила полотенце на стойку, наблюдая за происходящим.

– Седрик, – произнесла она ровно, – давай без сцен. Людям завтра вставать, а им уже сегодня нужна тишина.

– А мне плевать. – Он стукнул кулаком по стойке, обращаясь к Сильвии. – Что происходит, Аманда? Жаловаться пришла?

– Я… – начала она.

– Клуша, – процедил он. – Двух слов связать не можешь.

– Эй, дружище, – вмешался мужчина у ближайшего столика. Голос у него был спокойный, усталый, как у человека, который уже один раз сегодня разрулил чью-то беду. – Сделай шаг назад, ладно? Дай девушке воздух.

– Не лезь. – Седрик резко дернул подбородком.

– Никто не против разговора, – мужчина поднял ладони. – Только без крика и ругани.

В ответ Седрик сделал тот самый короткий, дурной шаг, когда плечи идут вперед, кулак каменеет, а воздух между двумя людьми становится плотным, как стекло. Аманда втянула воздух:

– Седрик, нет!

Кулак