По волчьему следу - Станислав Владимирович Мальцев Страница 5

— Я уже разговаривал на месте его работы — там никто со Шмелевым не дружил и не видел его в чьем-либо обществе.

— А домашние?

— Родственники тоже не смогли назвать близких ему людей. По-моему, таких и не было...

— Не может быть. — Головнин встал. — А хорошо ли вы проверяли в домах ткацкой фабрики? Нет ли там знакомых Шмелева или вообще каких-либо подозрительных лиц?

Калашников нахмурился.

— Да, пожалуй, — сказал он после длительной паузы, — мы плохо искали там... Если Шмелев ночью шел туда, значит, у него там должны быть знакомые.

— Ну, так вот, — заключил Головнин, — давайте и займемся пока этим.

Но самое тщательное изучение жителей домов ткацкой фабрики не дало результатов. Там не удалось обнаружить ничего подозрительного.

Ниточка найдена

Однажды вечером Головнин возвращался домой. Под ногами приятно поскрипывал первый снег, выпавший в этот день.

Головнин шел медленно, наслаждаясь свежим, чистым воздухом. Ярко горели рекламы магазинов, шумела уличная толпа, но он не замечал этого. Он думал только об одном — как же найти кончик нитки, уцепившись за которую можно было бы распутать весь клубок.

«Подожди, подожди, — неожиданно подумал следователь. — В магазине, где работал Шмелев, его знали мало... А где он работал до этого?»

Головнин круто повернул назад и быстро пошел по направлению к магазину. Ему повезло — магазин еще работал, и он застал там заведующего. Тот сразу же сказал ему самое главное — Шмелев в магазине работал всего три месяца, а до этого более четырех лет был грузчиком на пристани.

«Ну, вот мы и нашли кончик ниточки, за которую, может быть, удастся распутать весь клубок, — радостно подумал Головнин, выйдя из магазина. — Завтра же нужно заняться пристанью. Если человек работает в коллективе четыре года, то у него не может не быть знакомых и товарищей».

* * *

Уже почти две недели ведется следствие по делу Шмелева, а ощутимых результатов пока нет. Отпала первая, самая простая и заманчиво легкая версия, на которой потерпел неудачу Калашников, о том, что Шмелева убил его пасынок. Следующая, возникшая было версия о том, что Шмелев пришел в гости к кому-то из жителей домов ткацкой фабрики и был там убит в ссоре с целью ограбления, тоже отпала после тщательного расследования.

Сейчас Головнин возлагал свои надежды на версию — Шмелев мог быть убит кем-то из своих прежних товарищей по работе.

Калашников с помощью других работников милиции собирал тщательные сведения о каждом из знакомых Шмелева по работе на пристани.

Головнин вызывал к себе их всех, подолгу беседовал с каждым и все больше убеждался, что все они — честные люди, не имеющие к убийству никакого отношения. За долгие годы следственной работы он по внешнему виду допрашиваемого, по его поведению почти безошибочно научился определять, кто сидит перед ним — преступник или честный человек.

И вот сейчас, когда все восемь более или менее близких в прошлом знакомых Шмелева были допрошены и ни против одного из них у следователя не возникло подозрений, он оказался в трудном положении — новая версия тоже ничего не дала.

А время шло.

Головнин мучительно думал, что делать дальше, мысленно перебирал всю проделанную работу, выискивал ошибки и не находил их.

И вот однажды поздно вечером, когда он думал об ускользнувшей из его рук ниточке, ему вдруг вспомнились слова Дзержинского о том, что работа чекистов немыслима без помощи народа, без связи с широкими массами трудящихся. И сразу же у Головнина возникло решение: с утра пойти на пристань и в простой, привычной обстановке, а не в казенном кабинете, поговорить с рабочими.

Утром следователь поехал на пристань. И, действительно, его предложения оправдались: люди оказались там гораздо более разговорчивыми.

Головнин узнал много нового о привычках, характере и образе жизни Шмелева. Он с интересом отметил про себя, что в последние дни перед исчезновением Шмелев был каким-то необычно раздражительным, угнетенным, взволнованным.

А когда, уже в конце беседы, пожилой грузчик между прочим сказал, что однажды, незадолго до смерти Шмелева, видел его в закусочной с каким-то незнакомым человеком, следователь насторожился. К сожалению, этого человека грузчик совершенно не знал.

Головнин решил проверить и это знакомство Шмелева, во что бы то ни стало установить личность человека, с которым Шмелев был в закусочной перед смертью.

Для ускорения дела следователь сам решил пойти в пристанскую закусочную и на месте поговорить с ее работниками, а не вызывать их к себе.

Необычный посетитель

Вечером Головнин, одевшись в штатский костюм, направился в закусочную. Заказав кружку пива и порцию сосисок, он сел в углу и незаметно, но внимательно приглядывался к окружающим, тщательно вслушиваясь в их разговор. Так он просидел час, но ничего интересного не услышал. Тогда он зашел с заднего хода к заведующему.

После короткой беседы следователь показал ему фотокарточку Шмелева, и тот сразу же узнал его.

— Это наш постоянный посетитель, мы его хорошо знаем, — сказал заведующий. Затем он вызвал буфетчицу, и они вдвоем стали рассказывать Головнину о Шмелеве. По их словам, человек он был тихий, никогда не буянил, пил немного и всегда аккуратно платил. Через небольшое окошечко в фанерной стенке они показали следователю знакомых Шмелева и назвали их фамилии и места работы. В основном это были те же люди, с которыми Головнин уже разговаривал. Новых было только двое.

— Да, и еще один был у Шмелева знакомый, — в заключение сказала буфетчица. — Только его сейчас нет. Он бывает у нас редко и сидит недолго. Лишь однажды они дня три провели тут со Шмелевым с пяти часов до самого закрытия...

— Кто он?

— Вот уж не знаю. Только не с пристани, так как знакомых у него среди пристанских не было.

— Когда он был в последний раз со Шмелевым вместе, вы не помните?

— Нет ничего легче. Шмелев как раз был здесь последний раз в день получки, я хорошо помню...

— Число?

— Сейчас, сейчас. — Буфетчица нахмурилась, вспоминая. — Это было девятнадцатого октября.

Головнин был возбужден. Он чувствовал, что, наконец-то идет по верному следу. Сдерживая волнение, он спросил:

— Расскажите подробнее, как проводили время Шмелев с этим человеком?

— Приблизительно три вечера Шмелев и тот человек сидели вместе до закрытия. Причем,