Современный зарубежный детектив-7 - Ребекка Занетти Страница 232

Надежда у нее внутри подняла голову.

– Они поймали взломщика?

– К сожалению, нет, – ответил Норрс. – Не успели. Свидетели запомнили силуэт, промелькнувший в темноте, но не могут описать ни его роста, ни веса, ни пола – ничего. Но этот человек по дороге потерял конфеты-сердечки. Наверное, у него в кармане дыра. Так что это точно наш приятель.

Лорел вздохнула.

– Или приятельница, – пробормотала она. – Это может быть женщина. Вы уверены, что свидетели совсем ничего не могут сказать о взломщике?

– Ничего. Было темно и шел дождь.

– А камеры наблюдения? У советника они наверняка есть.

Норрс чихнул, отодвинув трубку, после чего вернулся к разговору.

– Они были, но их провод тоже перерезали. Поверите или нет, но камеры были самой старой дешевой марки, которые легко отключить. Этот Свелтер – просто заносчивый ублюдок, – прошептал он.

– Да уж, я заметила, – согласилась Лорел.

Норрс откашлялся.

– Как продвигается ваше расследование?

– Неплохо. Теперь, когда напали на советника, у нас появился паттерн. А можно мне услышать Свелтера? – спросила Лорел.

– Нет, его повезли на осмотр.

Лорел нахмурилась.

– То есть преступник до него добрался?

– Да нет же, – Норрс снова понизил голос. – Он просто хочет внимания прессы. А с нами отказался говорить до завтра.

Лорел потерла ладонью лоб.

– Он поехал в больницу просто чтобы привлечь внимание журналистов?

– Именно. Так что лучше не включайте телевизор, если не хотите любоваться его физиономией. Этот парень просто обожает камеры.

Лорел закатила глаза. Гек начал выбираться из постели, но она покачала головой.

– Ехать никуда не надо, – шепнула она.

– Прекрасно. – Гек снова забрался под одеяло.

– Агент Норрс, я очень ценю, что вы мне позвонили, – сказала Лорел. Все сходилось на том лагере. Надо было узнать, кто остальные дети на снимке. И если для этого ей придется весь завтрашний день просидеть в приемной у Свелтера, так тому и быть.

На линии послышался звук проезжающих машин.

– Вот еще что, – сказал Норрс. – Зик Кейн согласился поговорить с вами и вашей сестрой. Не со мной и ни с кем другим.

Лорел закусила нижнюю губу.

– Я предпочла бы встретиться с ним наедине.

– Наедине он не согласен, – ответил Норрс. – И Эбигейл тоже. Может, хоть раз пойдете навстречу вашей сестре?

Насколько Лорел было известно, ее сестра была убийцей.

– Во сколько?

– Пока не знаю. Когда врач разрешит, вам позвонят. Но точно сегодня днем, – сказал Норрс. – Я бы хотел, чтобы вы записали вашу встречу на диктофон, но не знаю, позволит ли Кейн.

– Хорошо. Я постараюсь, – сказала Лорел.

– Спасибо, – отозвался Норрс. – И еще, как насчет ужина в эти выходные? Вчетвером.

Меньше всего в мире Лорел хотелось находиться рядом с сестрой, особенно теперь, когда она узнала о беременности.

– Не думаю, специальный агент Норрс. Не знаю, как вам еще объяснять…

– Ну ладно. Эбигейл просила, чтобы я был с вами терпелив, и я буду, но когда-нибудь моя чаша терпения переполнится. Не доводите до этого! – Норрс бросил трубку.

Лорел медленно положила телефон на ночной столик.

– Что случилось? – спросил Гек.

Она потянула на себя одеяло и нырнула в его объятия.

– К Свелтеру проникли в дом, он не пострадал. С ним все в порядке, но он поехал в больницу. Взломщика никто не видел, а старый добрый Зик Кейн хочет встретиться со мной и Эбигейл одновременно завтра днем.

Наконец-то.

Глава 40

Лорел провела утреннее совещание со своей командой, и каждый из них отчитался о проделанной работе. Все постарались на славу, и Лорел была впечатлена, но одновременно разочарована, потому что полезной информации у них не прибавилось. Церкви никак не были связаны с жертвами, а допросы в юридической фирме не принесли новых сведений. Мало того, Керсти Виттрон наняла адвоката и отказывалась говорить с ними без ордера на арест.

Естественно, оснований для ареста вдовы у них не было.

Лорел нутром чувствовала, что ключ к делу находится в летнем лагере. Она несколько раз звонила советнику Свелтеру – безрезультатно. После встречи с Зиком Кейном она собиралась поехать в Сиэтл и отыскать этого ублюдка.

Она пыталась звонить Тиме Сэки – хотела расспросить про их с Виктором совместные походы в церковь, – но попадала только на автоответчик.

У нее завибрировал телефон: из больницы сообщали, что Зик готов встретиться с ней прямо сейчас. В ушах у Лорел застучало – это адреналин попал в кровь, и она сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, чтобы успокоиться, спускаясь по лестнице в холл. Гормоны стресса могли навредить ребенку.

– Я еду в больницу, – сказала она Кейт.

– Я тебя провожу. Мне срочно нужен латте. – Кейт вскочила со стула и последовала за ней.

Может, стоило рассказать ей о беременности? Нет, пока не надо. Ей хотелось, чтобы они с Геком подольше сохранили свою тайну.

– Кейт? Как дела у девочек?

Кейт вздохнула.

– По-разному. Мы ходим к психотерапевту, но им еще много всего надо проработать. Вик не был хорошим отцом в последние годы, но все-таки… Они сбиты с толку, растерянны и сердиты. Как я.

Лорел обняла ее. Кажется, родительство – настоящее минное поле.

– Как дела у Вив?

Очень жаль, что бедняжка увидела своего отца в таком состоянии.

Кейт потрясла головой.

– Ей снятся кошмары, но этого следовало ожидать. И Райану тоже. Кажется, это еще сильнее их сблизило, чего мне совсем не хотелось.

А еще родительство – это сплошной контроль.

– Ты прекрасно воспитываешь своих дочерей, Кейт.

– Спасибо. – Кейт улыбнулась с теплотой и признательностью. – Увидимся через пару часов. – Она кивнула, и Лорел вышла на улицу, где продолжал сыпать снег.

Она доехала до городской больницы, погруженная в свои мысли. Мать возвращается через несколько дней, и придется сказать ей, что Зик Кейн снова в Дженезис-Вэлли. Лорел вовсе не хотелось обсуждать это, и она была рада отсрочке. Добравшись до больницы, она поспешила внутрь, по пути показав значок сердитой медсестре на посту. Дежурные в окружной больнице были куда приятнее.

Ее впустили в хирургическое отделение и проводили по коридору до палаты 112. Лорел распахнула дверь и осторожно ступила внутрь. Зик Кейн сидел на больничной кровати; к его руке тянулась трубка капельницы, а на штативе было подвешено несколько мешков с препаратами. Он был бледный, и из-за ворота ночной сорочки торчал край повязки.

– Лорел, спасибо, что спасла меня, – сказал он. – Похоже, я обязан тебе жизнью.

– Мне твоя жизнь не нужна, – сказала она, вставая в ногах его