Десерт из тайн для Скорпиона - Соль Решетникоф Страница 19

– Я узнала тебя по татуировке. Помнишь кампус? Ну, тебя застукали тогда за то, что ты украл табель успеваемости из кабинета директора. Вот. Я та самая, что спасла тебя.

Она понимала, что рискует, если Рафаэле все еще помнил ту, другую. Но риск – это единственное, что у нее оставалось.

– Ты тот самый парень. Надо же! Как тесен мир! – сказала она уже более громко и уверенно, отстраняясь от него.

Теперь сквозь землю хотела провалиться Линда. Крепко сжав кулаки, администратор переводила взгляд с начальника на ту, которую ненавидела все детство, потому что на лице Рафаэле гнев сменила гримаса любопытства и еще чего-то, о чем она никак не могла догадаться.

Шеф изогнул бровь и, ни слова не говоря, вышел в зал к посетителям. Даниэла еще не понимала, что это означало. «Хорошо. Я сделала все, что могла», – подумала она, заламывая кисти рук. Даниэла ждала, когда Рафаэле снова вернется. Часы тихо тикали. Из зала доносились голоса и звон тарелок. Несколько минут казались ей вечностью. Наконец, послышались шаги. Рафаэле возвращался. Даниэла затаила дыхание. Сердце заколотилось. Ладони вспотели. Сейчас он озвучит вердикт. «Выгонит?»

Глава 15. Месть Линды

Скорпионы предпочитают решать проблемы самостоятельно, но, когда они действительно нуждаются в помощи, словно по волшебству к ним приходят те, кто способен оказать искреннюю эмоциональную поддержку и понимание. Высшие силы поддерживают их в тот момент, когда замечают стремление к трансформации и развитию.

Даниэла любила дождь, особенно теперь, когда получила знак, что Вселенная на ее стороне. «После дождя выходит солнце, а новый день приносит новые возможности. Не сдавайся. Никогда и ни за что. Даже если это всего лишь маленькая капелька надежды, главное – заметить ее и не дать ускользнуть».

Даниэла шагала по лужам, не обращая внимания на холодные, струйки дождя. Они сбегали по щекам, пока она улыбалась, корчила гримасы, с издевкой повторяя слова Рафаэле: «Хорошо, вы будете работать в одной команде – ты и Серафино. Он научит тебя делать крем маскарпоне». «Нет уж, я хорошо знаю, как готовится крем маскарпоне. Да, ладно. Пока можно и не обращать на эти слова внимание. Пока. Не обращать. Главное – отыскать Бесси. И если для этого нужно сделать вид, что я учусь делать маскарпоне, пусть так и будет. Найду способ, как заткнуть рот этой гниде Линде. Ведь это она добавила в десерт уксус. Если понадобится, вспомню и прежние методы, которым в приюте меня научила Наоми. Каждый сам завоевывает место под солнцем. Это справедливо».

Часы на городской башне пробили восемь, и Даниэле стало не по себе – приходить на работу в кондитерскую в такое время подчиненным было непозволительно. Но эти несколько дней по распоряжению Рафаэле она всего лишь помогала Серафино, а он в ранние часы предпочитал оставаться один на один с замесом теста. К тому же на город обрушились внезапные ливни, сникерсы Даниэлы промокли насквозь, не позволяя ускорять шаг, а городской транспорт ходил с большим опозданием. Даниэла надеялась, что в этом месяце она, наконец, сможет рассчитывать на зарплату, которая покроет ежемесячную аренду квартиры, расходы на еду, транспорт, плюс было бы неплохо начать что-то откладывать, ведь рассчитывать ей больше не на кого.

В думах и мыслях, которые сменяли друг друга, она не заметила, как с ней поравнялась машина, а из открытого окна раздался голос Рафаэле:

– Задерживаешься?

– Автобус не пришел по расписанию. Настоящая катастрофа!

– Ладно, – усмехнулся он. – Садись, я тебя подброшу.

Даниэла улыбнулась и покачала головой:

– Спасибо, я прогуляюсь. Свежий воздух полезен для здоровья.

Не хотелось раньше времени портить отношения с Линдой, которая не сводила глаз с Рафаэле.

– Даниэла, не заставляй меня настаивать. Льет как из ведра. Ты промокнешь до нитки, простудишься и заболеешь! Поверь, я не кусаюсь.

Даниэла немного замешкалась. Как мило, что он о ней заботится. Или всего лишь хочет, чтобы она не опаздывала на работу?

– Садись, – настаивал он.

Она уже собралась было открыть заднюю дверцу, но увидела, что там какие-то коробки.

– Вперед садись.

В салоне витал бодрящий запах хвойного парфюма, смешанный с тонким ароматом роскоши. Сердце Даниэлы забилось чаще, когда она ненадолго перевела взгляд на своего нового шефа. Рафаэле находился в необычном для него состоянии – расслабленном и совсем не казался похожим на требовательно босса. Перед ней будто оживала картинка, которую нарисовала Лола о мужчинах-Раках в момент их последней встречи: преданный делу, немного трудоголик, строгий, но чувствительный и сострадательный. «Скорее всего у него доброе сердце, – подумала она. – Жаль, что он сын Бесси. Мне повезло больше, мой отец был уважаемым человеком. А Рафаэле…Не хотелось бы иметь отца мафиози!» Даниэла даже испытала благодарность за свою судьбу.

Рафаэле плавно свернул на перекрестке.

– Откуда ты родом, Даниэла?

– Маленький городок недалеко от Рима. Жила там с родителями и сестрой до того, как переехала сюда, – непринужденно рассказывала она выдуманную историю.

– Это было очень давно? Не заметил у тебя римского акцента.

– Наверное, это влияние Франчески. Наша родственница. – Подумала: «Врать нехорошо, но что он вообще знает про одиночество, про жизнь в приюте? Ему не понять».

– Ты часто ее навещаешь?

– Франческу? Да, стараюсь, по выходным, – важно произнесла она, чтобы придать себе уверенности в этом лакшери антураже. Вытянула ноги, пряча носки изношенных, мокрых сникерсов. – Сейчас много работы. Я ведь еще на адвоката собираюсь учиться. Хочу быть независимой.

– Это похвально. – кивнул он. – У тебя есть хобби?

– Работа – вот мое хобби. Хотя еще люблю искать в библиотеке редкие книги по кулинарии с историями, о которых мало кто знает.

Даниэла переживала, что Рафаэле спросит про кампус. Она до сих пор удивлялась, как ей на ум взбрело выдать себя за ту девушку?

– Интересное хобби, – изогнул бровь Рафаэле.

– А у тебя?

– Бизнес – мое хобби. Открою тебе секрет. Когда я был мальчиком, тратил все свои карманные деньги на пирожные, отчего стал ужасно толстым и безобразным. На пару лет я забросил спорт, а в классе надо мной все смеялись. Отец тогда посадил меня на жесткую диету, а я сказал ему, что когда вырасту, заработаю деньги и куплю свою кондитерскую.

– Сладкоежка?! Ну ты даешь! – Глаза Даниэлы расширились от этого признания и вообще от такой откровенности. Рафаэле, ее шеф, человек, которого она считала недосягаемым, тоже мечтал о кондитерской!

Она вдруг вспомнила, как в приюте выбиралась на кухню по ночам и, читая кулинарные книги Франчески, мечтала о собственной кондитерской. И вот, рядом с ней сейчас находился Рафаэле с