Современный зарубежный детектив-7 - Ребекка Занетти Страница 183

– Никаких улик? – спросила Лорел.

Снова зашелестела бумага.

– Фрагменты синей краски в коже спины и на подошвах ног. Их отправили в лабораторию штата в Ванкувер, – ответил Нестер хрипло. – Я говорил с коронером, и он считает, что краска попала на труп, когда его выволакивали из кузова пикапа на землю. Он такое уже видел.

Это было похоже на правду, с учетом того, что в палаточном городке видели пикап.

– Еще что-нибудь?

– Никак нет.

– Хорошо. Тебе надо бы отдохнуть, Нестер. Кашель у тебя нехороший. Надеюсь, ты не подцепил грипп. – Входная дверь открылась. – Увидимся завтра. Пока.

Она повесила трубку и обернулась. Капитан разувался в прихожей, а Эней уже устроился на своей лежанке возле камина, в котором заранее были приготовлены растопка и поленья.

Гек окинул ее взглядом с головы до пят, прежде чем пройти следом за собакой и разжечь огонь. Он выглядел высоким и сильным в мокрых джинсах и темно-зеленой рубашке; на обоих серых носках у него просвечивали дырки.

– Как твое лицо?

Она осторожно потрогала синяк на подбородке.

– Просто легкий ушиб. Ничего серьезного. Думаю, я ударилась о затылок Кейт, когда повалила ее на землю.

Огонь занялся, и практически сразу поленья затрещали. Он выпрямился, отряхнул руки и включил старенький приемник, в котором заиграла песня «Флорида Джорджия Лайн». Потом двинулся в сторону Лорел.

– Ты упала на колени, когда повалила ее.

Одним ловким движением Гек подхватил Лорел на руки.

Она ахнула и уперлась рукой в его твердую грудь, пытаясь сохранить равновесие. От него шел жар.

– Что ты делаешь?

– Забочусь о тебе. – Он легко пронес ее через гостиную в свою единственную ванную, которая прилегала к главной спальне, то есть являлась также и хозяйской ванной. Осторожно усадил на столешницу из белого мрамора возле раковины и потянулся к поясу брюк, чтобы их расстегнуть.

– Приподнимись.

Она послушно уперлась обеими ладонями в столешницу и приподняла бедра, чтобы он мог снять с нее мокрые брюки, оставив Лорел в свитере и розовых трусиках.

Он опустился на корточки и осмотрел ее колени; его дыхание было теплым на ее коже.

– Надо вытащить камешки.

– Я сама могу, – натянуто сказала она.

Он поднял глаза – их цвет в мягком освещении приобрел оттенок старого коньяка.

– Позволь мне.

Ей стало трудно дышать.

– Я так не умею, – пробормотала Лорел.

Он поднялся и открыл шкафчик справа от ее ног, чтобы достать аптечку.

– Не умеешь что?

Его густые темные волосы уже почти просохли и теперь кудрявились за ушами.

– Позволять другим заботиться обо мне.

Точнее, позволять мужчинам.

Он коротко улыбнулся.

– Тут нечего уметь, специальный агент Лорел Сноу. Просто расслабься и скажи, если будет больно.

Гек снова присел, поставил аптечку на пол и откинул крышку.

– Мощно ты приземлилась, – пробормотал он, доставая оттуда пинцет и осторожно вытаскивая крошку гравия из ссадины на ее колене.

– Достаточно, чтобы вывихнуть Кейт плечо, – ответила Лорел, прислоняясь спиной к зеркалу.

Он поднял голову.

– Ты не виновата.

– Я знаю.

Тем не менее она уже несколько раз проиграла последние события у себя в голове, пытаясь придумать, как можно было повалить Кейт на землю, не причинив ей вреда. Жаль, что на парковке времени на размышления ей не оставили.

– Надо как следует изучить всех родственников и друзей жертв Джейсона Эббота.

Она не исключала, что один из них решил выместить свой гнев на его новом адвокате. В маленьком городе ничего нельзя удержать в тайне.

– Момент для стрельбы был выбран неспроста.

Гек продолжал доставать пинцетом камешки, и хотя действовал он предельно аккуратно, периодически ее колено простреливала боль.

– Я отправил Ине сообщение. Пусть свяжется с общественной защитницей Эббота. Хочу узнать, не поступало ли в ее адрес угроз в тот короткий период, что она его представляла.

– Придется встретиться с ним еще раз, – сказала Лорел.

– Я поеду с тобой.

Гек перешел к другому ее колену.

Ей не требовалось его присутствие, но они ведь решили объединить юрисдикции, да и наблюдательность у него была выдающаяся.

– Ты хочешь присутствовать, потому что тоже работаешь над этим делом?

– Нет.

Он отложил пинцет в сторону, достал дезинфицирующий спрей и брызнул на оба ее колена. Потом поднял голову – сильный и уверенный даже в таком положении, на корточках перед ней.

– Я не хочу, чтобы какой-нибудь психопат набросился на тебя.

Прежде чем Лорел успела возмутиться, он поднял вверх руку.

– Я знаю, что ты прекрасно обучена и что ты умная. И все равно, я предпочту находиться рядом.

Она усмехнулась, хотя от спрея колени ужасно пекло.

– Хочешь своим телом отгородить меня от опасности?

– Именно так.

Он вытащил из аптечки бинты и перевязал ей колени. Выпрямившись во весь свой впечатляющий рост, взял ее за обе руки и поднес их к глазам, чтобы рассмотреть царапины на костяшках.

– Ничего страшного.

Гек мягко поцеловал одну поцарапанную руку, потом другую, и от этих поцелуев у Лорел внизу живота разлилось тепло.

– Теперь, когда гипс сняли, запястье надо разрабатывать.

Он развернул правую кисть ладонью вверх и пощекотал в центре.

– Мне уже гораздо лучше, – прошептала Лорел, чувствуя, как тепло распространяется выше, а нейроны начинают выделять серотонин, дофамин и ацетилхолин. – Я не сильна в романтике, Гек.

Он освободил ее руку и запустил свои пальцы ей в волосы на затылке.

– Тебе не надо быть кем-то или чем-то, Лорел. Только собой.

Гек наклонился и приник к ее рту. Его губы были жесткие и теплые. Он поцеловал ее, запрокинув ей голову и нависая сверху.

Она приоткрыла рот и ответила на поцелуй, ведя руками по его животу, груди, плечам – твердым как камень под ее ладонями. Шесть долгих недель прошло с тех пор, как она касалась его в последний раз, и теперь все ощущалось по-другому. За время разлуки они лучше узнали друг друга, и это добавило в их отношения интимности и проникновенности.

Свободной рукой он обхватил ее за талию и поднял со столешницы, неся в спальню – все это время не прекращая поцелуя.

С их разницей в росте и весе ему легко было держать ее так. Внутри у Лорел все растаяло и отяжелело. Биология диктовала эмоциональный и физический отклик даже у такой рациональной женщины, как она. Она знала, что бабочек в животе быть не может, но ее нервы трепетали так же, как их дрожащие крылышки.