Союз, заключенный в Аду - Миранда Эдвардс Страница 4

акул бизнеса, но и настоящих бойцов. Он говорил, что мы работаем для семьи, мстим за семью и живем ради семьи. Мне было десять, когда он умер, но по сей день я следую его наставлению. Под семьей раньше я воспринимал исключительно братьев, сейчас нас больше, но мое мнение о том, что брак – это формальность, сделка, на которую я никогда не собирался идти, хотя и не отрицал его эффективность в особых случаях. Раньше люди женились для потомства и повышению социального статуса. Если честно, мало, что изменилось с тех пор. Мне не нужно потомство, все-таки у меня есть три брата, и мою часть бизнеса унаследует кто-то из племянников или племянниц. Я всегда знал, что кто-то из парней женится, однако я не рассчитывал, что это будет брак по любви, как у Селены и Росса. Мой брат по уши влюблен в свою жену, но я не он.

Мне было бы опасно даже помышлять о шансе познать любовь, если бы я ее желал. Мне комфортно в своем упорядоченном темном мирке, в который иногда заглядывает лучик солнца с именем Марселла. Не все люди способны на любовь к человеку, не связанному с ним кровным родством, кого-то она сводит с ума. Единственное, что держит мой разум в сохранности, – контроль. Если я потеряю его, то любой человек, который окажется рядом, пострадает. Я оградил себя от мира, от семьи, стараясь компенсировать свою отстраненность верной службой братьям.

Но неделю назад, когда Ирина Волкова заявилась в мой избирательный штаб, я согласился помочь ей. Главной причиной был долг, о котором она не преминула напомнить. Мне стоило переговорить с Россом перед тем, как соглашаться, все же он – глава компании и семьи. Но кто-то должен был заплатить, и пусть лучше это буду я. Клятвы должны быть исполнены, обещания – сдержаны. Именно так говорил отец. К тому же, сейчас, когда я решил баллотироваться в мэры, мне не помешает жена из такой влиятельной семьи, как Волковы.

Три дня назад я сообщил семье о своем решении, и с тех пор Росс и Николас не переставали обрывать мой телефон, а Селена вывалила на меня около полутысячи сообщений с угрозами. Моя невестка оказалась упрямее всех и додумалась отправлять мне послания через факс. Отмалчиваться я больше не мог, поэтому когда Росс в очередной раз позвонил, я взял трубку. Разговор за час не сдвигается с мертвой точки, и я устало потираю виски. Я не привык перечить брату, а такое долгое общение вызывает у меня неприятную тревожность.

– Мы должны Братве, ты знаешь сам, – говорю Россу, сурово глядящему на меня с монитора ноутбука. – Брак продлится недолго, да и к тому же это личная просьба Игоря Волкова, а ты знаешь, как сильно он может быть благодарен.

Росс до сих пор не одобряет мой брак с Авророй Волковой. Не знаю, чего он так взъелся. Мой старший брат всегда мыслил трезво и расчетливо, но с появлением Селены в нашей жизни все изменилось. Трон королевы больше не пустовал. Я люблю ее, как свою сестру, ради нее я умру, но это не значит, что я вдруг поверил в счастливый финал для себя и перестал быть преданным нашему делу.

– Если ты это сделаешь, Селена изрешетит мои яйца, – морщится Росс, приводя свой последний аргумент. – Или будет играть с ними в пин-понг, а я все еще хочу второго ребенка.

Марселле – моей дорогой племяннице – скоро будет пять, и я знаю, что Росс с Селеной хотят еще детей. Моя невестка экстерном закончила колледж и работает в кризисном центре для женщин и детей. Она ведет административную работу и преподает детям школьную программу. Я все еще не понимаю, как такая самоотверженная женщина могла полюбить Росса, да и всю нашу ущербную семью.

В подтверждение словам Росса слышу, как дверь его кабинета распахивается, а его лицо озаряется улыбкой. Он выглядит глуповато, но я счастлив за него. Селена, не церемонясь, заходит в кадр и дает мужу подзатыльник. Думаю, мне тоже достанется за проигнорированные сообщения.

– Если ты разрешишь брату жениться на какой-то мафиозной девке, которую он не любит, я придушу тебя подушкой ночью, а детям скажу, что у тебя случился сердечный приступ, – рычит Сел и бьет Росса в плечо.

С нашей последней встречи она стала выглядеть еще лучше, и я не мог этому не радоваться. Селена была тощей и измотанной, даже на их свадьбе она была слишком худой, а сейчас она олицетворение жизни.

Росс поднимает руки, сдаваясь. Селена свирепо смотрит на мужа, и я боюсь, как бы я сейчас не стал свидетелем убийства собственного брата. В любом случае, я не стану давать показания против Сел.

– Эй, у него уже яички опустились, он взрослый мальчик, Ангел, – ворчит Росс. – И предложение действительно заманчивое, но решать не мне, а Гиду.

Селена вновь ударяет Росса, а затем поворачивается в мою сторону. Весь ее гнев теперь направлен на меня, но это не злость, а беспокойство. Не думал, что кто-то будет так искренне волноваться за меня. Росс переводит глаза на меня, периодически поглядывая на жену и опасаясь попасть под горячую руку.

– Гидеон, на кой черт тебе жениться на какой-то русской девчонке? В нашей семье и так денег столько, что наши прапраправнуки смогут ни дня не работать, – пытаясь успокоиться, спрашивает Селена. – Зачем ты подставляешь себя?

Не думая, коротко отвечаю:

– Мы должны Братве, Сел.

Мне не хочется вспоминать, за что именно мы им должны. Но по взглядам брата и сестры понимаю, что мы все думаем о той страшной ночи. Крик Селены нам с Россом не стереть из памяти никогда, а ей не стереть шрамы, оставшиеся на сердце. Сел поджимает губы, в ее глазах вспыхивает ужас от воспоминаний, но следом ее лицо теплеет и она говорит:

– Обещай, что не позволишь навредить себе, разведешься при первой возможности и больше не будешь лезть во всякое дерьмо. Иначе я надеру зад тебе, а ей вырву все волосы и исцарапаю лицо.

Усмехнувшись, провожу рукой по волосам, встряхивая их, и киваю. Селена выжидающе смотрит на меня, сощурившись. Ей не хватает моего кивка, поэтому произношу вслух:

– Обещаю, сестренка.

Ее глаза увлажняются, и она качает головой, пытаясь скрыть свои эмоции. Росс недовольно смотрит на меня. Ему не нравится, когда его жена плачет, пусть даже от счастья. Росс кладет руку на ее спину и кидает на меня красноречивый взгляд.

– Я пойду, – откашлявшись, собираюсь отключить