Четвертое королевство - Ана Эм Страница 3

Стоит ли говорить о том, что по приближении ко дворцу, эти огни становились ярче всех прочих?

Амора плыла вперед прямо по главной улице и отметила, что те были совершенно пустыми. Это означало лишь одно – она по-тритоновски сильно опаздывала. Скорее всего, все уже собрались у дворцовой ямы, а церемония вот-вот должна была начаться.

Взмахивая хвостом, что есть силы, она набрала свою самую максимальную скорость, от чего вокруг ее тела образовались крошечные пузыри. Это привлечет внимание дворцовых стражниц, но ей уже было плевать.

Оказавшись на центральной площади, прямо на подступах ко дворцу, она заметила знакомую копну синих волос. Фина, ее верная спутница по веселым ночным приключениям резко остановилась, заметив Амору.

– Тебе жить надоело? – раздался ее голос у Аморы в голове. – Ты где была?

Черные глаза с подозрением сощурились, когда Амора подплыла ближе.

– А ты разве не должна уже быть со своей матерью в первых рядах? – ответила она, кивнув в сторону сверкающего дворца.

– Да, но я не принцесса, – выгнула свою синюю бровь Фина. – И мое отсутствие не так уж заметно.

Амора закатила глаза и взмахнув хвостом, продолжила путь, а в ее голове раздался смех подруги и напоминание:

– Не забудь про сбор после церемонии.

Ага, точно. Если наказание Королевы не будет включать в себя заточение, она обязательно присоединится к веселью.

До дворца оставалось совсем ничего, и вот он уже сияет во всей своей красе. Широкие круглые балконы усеивают фасад сверху до низу, буйная растительность наравне с морскими жителями заполняет все пространство вокруг.

Со всех сторон к нему продолжали стекаться русалки, обвешанные украшениями – у кого-то настоящие драгоценные камни, а у кого-то искусно обработанные стекляшки.

Русалки вообще народ падкий на все прекрасное. Интересно, не это ли причина, по которой Амора снова и снова возвращалась на тот пляж? Чтобы полюбоваться этим прекрасным, горячим телом…

Стражницы. На подступе к территории дворца то тут, то там плавали верные подданные Оринфа с трезубцами в руках и кольчугой на теле. Взоры всех разом устремились к быстро движущемуся объекту. Они не видели, как Амора покидала дворец, а значит теперь ей светило не только наказание за опоздание, но еще и за это.

Жемчужная чешуя Аморы отражала магические огни так, что издалека русалка напоминала падающую звезду. По одному только цвету чешуи в ней мгновенно признали принцессу. Никто не остановил ее, когда она подплыла к одному из ярусов дворца и устремилась к балкону своих собственных покоев. Это был даже не совсем балкон, а скорее полукруглый каменный выступ.

Подплыв достаточно близко к нему, она приготовилась преодолеть магический барьер. Сначала голова. Белоснежные волосы тут же потемнели из-за воды и прилипли к лицу. Жабры на шее втянулись в кожу вместе с крохотными чешуйками, и Амора сделала вдох. Кислород в воздухе сильно отличался от того, что в воде. Он был легче, так что голова после превращения всегда кружилась еще какое-то время.

Вслед за жабрами и тонкими перепонками на руках исчезла и чешуя на груди, и в самую последнюю очередь хвост. Амора всегда находила этот процесс завораживающим. Чешуя сначала разделялась надвое. Основной плавник превращался в ступни, а те, что были расположены выше, втягивались в позвоночник. В детстве этот процесс был мучительным. Боль была такой, словно с тебя сдирали кожу живьем. Однако чем чаще Амора проходила через это, тем менее болезненным становилось превращение. Сейчас осталось лишь легкое покалывание, да головокружение.

– Ваше высочество. – подбежала Сира с полотенцем. – Где же вы были так долго?Церемония уже началась.

– Тритоновы яйца. – буркнула принцесса Оринфа.

Служанка начала обтирать ее тело, а следом появилась и ее сестра близнец Нора. Обе всегда носили одинаковую одежду и прическу в виде длинной темной косы сзади. Их светлая кожа могла посоревноваться с бледностью Аморы, хотя в человеческом облике щек принцессы всегда касался румянец.

– Меня искали? – спросила принцесса.

– Только принцесса Фелия, ваше высочество. – ответила Нора, принимаясь высушивать волосы новым полотенцем.

– Но мы думаем, ее послала ваша матушка. – добавила Сира.

Ну, разумеется. Младшей сестре Аморы вообще не было никакого дела до того, чем та занималась или где шлялась.

– Мы сказали, что вы с госпожой Финой помогаете в госпитале. – шепотом сообщила Нора с такой заговорщической милой улыбкой, словно решила все проблемы Аморы.

К слову, нет. Не решила. Вряд ли мать поверила, что Амора добровольно отправилась помогать Фине в госпитале. Она делала это только по принуждению в качестве наказания.

Одна из служанок завязала Аморе белый топ на шее и спине. Тонкая ткань прилипала к еще влажной коже, едва ли оставляя место воображению. Очертания сосков были предельно четкими. Просто блеск, подумала Амора. Королеве это не понравится даже больше, чем опоздание.

Сира повязала длинную юбку на бедре Аморы с помощью золотого ремня в виде тонкой цепочки.

– Достаточно. – бросила принцесса и направилась к выходу из своих покоев.

– Но ваше высочество, как же обувь? – обеспокоено спросила одна из близняшек.

– Нет времени.

– А волосы, ваше высочество? – голос тот же, так что не понять, сказала ли это Нора, или уже Сира.

Амора отмахнулась.

– Плевать.

Распахнув широкие розовые двери с позолотой, она вдруг замерла.

Украшения.

Вернувшись обратно в покои, она подошла к своему большому комоду. Кольца. Она надела тонкие колечки почти на каждый палец. Следом сережки – одна с жемчугом, вторая с изумрудом, они идеально подчеркнут ее зеленые глаза. Напоследок она схватила украшение ручной работы из тонкого металла, кажется, серебра. Ей было плевать. Главное, что оно было блестело и выделяло изящную ложбинку ее груди.

Закончив украшать свое тело, она бросила взгляд на небольшую цветную склянку. Чтобы пережить сегодняшнюю ночь ей могла понадобиться помощь. Не долго раздумывая, Амора схватила склянку, содержимым которой ее всегда снабжала Фина.

– Может, не стоит… – начала уже было одна из служанок.

– Заткнись. – бросила принцесса и запрокинув голову назад, капнула себе на язык пару капель мерцающей жидкости.

По телу мгновенно разлилось тепло, мышцы расслабились, а на губах появилась улыбка.