Злодейка желает возвышения - Аника Град Страница 27

Последнее слово он выплюнул с таким презрением, что воздух в шатре, казалось, был отравлен. Яо Вэймин чувствовал, как по спине у него пробежала волна жара. Он видел, как его воины переглянулись, и в их взглядах мелькнуло то самое сомнение, которое он и сам испытывал.

— Разве ты, Сюй Бо, должен говорить мне о честности? — голос Яо прозвучал низко и опасно, как рык тигра перед прыжком. — Почему ты полагаешь, что имеешь право обвинять госпожу Шэнь Улан в измене, когда ты сам замарал руки в крови? Ты стал служить Джан Айчжу, той, кто отравила твоего императора.

Он с трудом сдерживал ярость, глядя в лицо человека, с которым когда-то делил скудный паек в походе и подставлял спину в бою. Горечь предательства была острее стали.

— Это она заразила Его Величество и его достопочтимую супругу хворью! — с ненавистью парировал Сюй Бо, но в его глазах промелькнула тень неуверенности.

— Тебе не хуже меня известно, что Шэнь Улан в день совершения вашего злодеяния находилась со мной. Не тебе ли я велел следить за госпожой? — Яо Вэймин сделал шаг вперед.

За его спиной прошел сдержанный шепот, а сама Шэнь Улан посмотрела на генерала с любопытством.

И тут вмешался седобородый Ли Сянь, министр финансов. Он поднял руку, и его властный жест заставил замолкнуть всех.

— Оставим споры, генерал Яо, — проскрипел он, складывая руки на груди. — Мы приехали не для пустых церемоний. Если вы считаете, что этой женщине можно доверять, значит, так тому и быть. Положение в столице отчаянное. Вдовствующая императрица хочет узнать, каковы ваши намерения.

— Мои намерения? — Яо Вэймин разжал сжатые кулаки, чувствуя, как гнев медленно отступает, уступая место холодной, отточенной решимости. — Они прозрачны, как воды реки Цзинвэй. Я хочу отомстить за смерть своего брата и вернуть трон истинному Сыну Неба.

— Позвольте заметить, — в разговор вплелся склизкий, маслянистый евнух Хао Жань, который в Запретном городе ни шагу не смел ступить без своей покровительницы. Он стоял, слегка сгорбившись, но его глаза-щелочки подметили каждую деталь. — Что трон ни у кого не отнимали. Наша великая госпожа взяла на себя заботы и тяготы о государстве, пока юный император обучается и выздоравливает. Когда он подрастет и окрепнет, власть естественным образом вернется в его руки.

— Ложь!

Этот четкий возглас раздался из угла, где сидела Шэнь Улан. Все головы повернулись к ней. Она не встала, но ее спина выпрямилась, а взгляд, устремленный на евнуха, был полон такого ледяного презрения, что даже тот невольно дрогнул.

Яо Вэймин обернулся и встретился с ее глазами. И вместо того чтобы одернуть ее, он лишь медленно кивнул. Правда, в свой взгляд он попытался вложить приказ о том, чтобы она не вмешивалась.

— Госпожа Шэнь права, — сказал генерал. — Мне известно, что это ложь. И вам, почтенные мужи, — его взгляд скользнул по лицам Тянь Шуая, Жуй Лина и Лин Вэя, — тоже это известно. Мальчик, что изредка показывается во дворце, — подставной. Лицедей, чью болезнь используют, чтобы скрыть обман. Истинный император жив, и Небеса хранят его.

В шатре повисла гробовая тишина, которую нарушил Лин Вэй, отец погибшей императрицы. Его лицо было изборождено морщинами горя, но голос не дрогнул.

— Генерал Яо, — проговорил он, и в его словах слышалась тяжелая, выстраданная решимость. — Мы видим, куда ведет страну Джан Айчжу. Распри, хаос, жадность ее приспешников. Империя Цянь задыхается. Сейчас ей нужен сильный лидер, а не женщина, которая не пожалела своего внука. Лично мне наплевать о лживых слухах про ваше происхождение, что так стараются разнести приспешники Джан Айчжу. За вами армия. Вы — сын принцессы Хаоджу, вы — воин, защищавший наши границы. Без вас страна рухнет. — Он сделал глубокий вдох, словно готовясь прыгнуть в пропасть. — Я готов поддержать вас как регента при истинном императоре.

— Дурак Ли Вэй, что вы несете? Это чистейшей воды мятеж! — взорвался Сюй Бо, его лицо побагровело от бессильной ярости. — И вы, почтенные мужи, согласны с ним? — обратил он взор на остальных придворных. — Генерал Яо, вы собираете войска без императорского указа — это и есть переворот!

— Командир Бо, не забывайтесь, — побагровел пожилой, но еще могучий Тянь Шуай. — Вы обращаетесь не к кому-то, а к благородному господину Лин. Недавно он потерял дочь.

— Да, по милости той, что сидит за этим столом, — Сюй Бо ткнул пальцем в Шэнь Улан.

Неожиданно и Жуй Лин наполовину вытащил меч из ножен, встав перед бывшим командиром армии Яо.

— Сюй Бо, мы ведь воевали вместе, и хорошо знаем Веймина. Пусть у девицы странное прошлое и плохая репутация, но генерал Яо защищает ее. Значит, она не виновата. А вот о характере и натуре Джай Айчжу следует подумать. Никогда она не радела ради государства. Она порочная, злая женщина, когда-то сгубившая несколько наложниц.

Евнух Хао Жань изменился в лице, когда молодой Жуй Лин напомнил о том случае, который и без него был известен всем. Джан Айчжу отравила мать императора Юнлуна.

— Советую вам хорошенько подумать, — прошипел он, обращаясь к трем чиновникам. — Ваши слова сегодня не просто мнение. Это клеймо государственной измены на ваших родах. Вы поддерживаете того, кто оспаривает волю Вдовствующей Императрицы и законного, пусть и юного, повелителя. Вы своими руками роете могилу своей чести и будущему своих детей.

— Вы уже лишили меня одного ребенка, — произнес угрюмо Лин Вэй. — И за это вы поплатитесь.

Яо Вэймин наблюдал за этой сценой спокойно, но готовясь ворваться, если начнется схватка. Как он и предполагал, не все чиновники поддержали притязания Джан Айчжу на регентство, не все были трусливыми псами, в ком-то осталась толика благородства.

Прежде чем кто-либо успел опомниться, Сюй Бо, ослепленный яростью, ринулся на Лин Вэя. Но его бросок был странным, неуклюжим, будто невидимая преграда возникла на его пути.

Яо Вэймин уловил мимолетное движение — легкую, почти незримую дымку, черную как смоль, что на мгновение сгустилась в воздухе перед Сюй Бо и тут же рассеялась. И прежде чем он успел осмыслить это видение, молодой Жуй Лин уже крепко сжимал руки бывшего командира, обездвижив его в железных объятиях.

—