Вечные клятвы - Ана Эм Страница 15

как и у всех моих сотрудниц, маска, скрывающая все, кроме рта. Это необходимо ради их же безопасности, ну и удовольствия клиентов. Многим нравится интрига и полет фантазии. Никакого секса не предусмотрено. Это не бордель. После пары неприятных инцидентов, клиенты наконец-то вбили это себе в голову.

– Мне передали, что ты на месте. – говорит она, приближаясь к столу, в приглушенном свете ее кудрявые волосы отливают алым. Кара стала моей первой нанятой девушкой, и за последние два года я ни разу в ней не усомнилась.

– Докладывай.

Она бросает взгляд на планшет.

– Из знаменитостей у нас сегодня… – она перечисляет имена нескольких актрис и одного музыканта. – Илья Баринов в вип-ложе. Еще двое русских, но они не с ним, а внизу. Я послала к ним Таню. Они говорили об итальянцах, цитирую «Итальяшки объявили нам войну, Барон этого так просто не оставит».

Бароном называют старшего брата Ильи и нынешнего босса Братвы. Его настоящее имя никто не знает. Как он выглядит и где точно находится тоже неизвестно.

Значит, в убийстве одного из своих русские винятFamiglia.

– Итальянцы? – спрашиваю.

Кара качает головой, поджав губы.

– Кроме того Алехандро, никого не было. Ну, или они слишком хорошо сливаются с толпой.

Я киваю. Да, не зная членовFamiglia в лицо, трудно их обнаружить.

– Что-то еще?

– Нет, пока это все.

– Хорошо, ты свободна.

Кара уходит, а я принимаюсь за накопившиеся документы.

Проходит минут сорок, прежде чем раздается звон напоминания. Поднимаюсь на ноги и начинаю готовиться к выходу. Стаскиваю с себя ботинки, джинсы и футболку, затем выбираю одно из новых платьев – короткое серебряное, напоминающее жидкий металл. На ноги высокие шпильки с тончайшим каблуком, а на глаза сверкающую кристаллами маску.

Подправляю помаду и выхожу.

Казалось бы, после десятков раз должно стать проще, но я все равно испытываю мандраж перед каждым своим выступлением. Это волнение внутри просто лучший наркотик. Делаю глубокий вдох и разминаю шею.

Справа от меня небольшая лестница, и едва я успеваю схватиться за перилла, как ко мне подлетает Кара и останавливает.

– В чем дело?

Она встает на носочки и говорит мне на ухо:

– Твой муж здесь.

Все внутри меня разом обрывается, а сердце начинает колотиться как бешеное.

Сандро здесь? Сандро Ломбарди? Мой муж Сандро?

– Ты уверена?

Она часто-часто кивает.

– Он занял свободную ложу на балконе слева.

– Один?

– Да, заказал скотч и попросил Джун уйти.

Джун и еще четверо моих лучших танцовщиц обычно танцуют для вип-клиентов на балконах.

– Попросить ее тебя заменить сегодня?

Я моргаю.

– С чего бы?

– Разве он не узнает тебя?

Я фыркаю. Он даже меня голой никогда не видел. А в этом образе меня даже мать родная не узнает. Сандро конечно наблюдателен, но все еще мужчина. Да и мой парик стоит как ремонт всей нашей кухни. Он ни о чем не догадается.

– Шоу пройдет как и планировалось.

Она выдыхает, крепче стиснув планшет двумя руками.

– Хорошо.

– Не спускай с него глаз.

– Будет сделано.

Она убегает обратно в зал, а я поднимаюсь по лестнице на площадку, где уже ждут двое полуголых танцовщиков.

– Как настроение, босс? – спрашивает один из них, и я киваю, давая понять, что все в норме.

Но я нихрена не в норме. Даже близко нет. Впервые в жизни у меня немного трясутся коленки. Я собираюсь танцевать для Сандро.

Замираю перед тяжелым черным занавесом, представляя, как там все выглядит снаружи. Планировка клуба – мое лучшее творение, спасибо одному талантливому французскому архитектору. Есть три яруса в зависимости от того, сколько вы готовы потратить денег и зачем вообще пришли.

Все, кто хочет просто выпить и потанцевать проходят в общий зал на первом этаже, там есть отдельные высокие столы и своя барная стойка. Если же вы готовы выложить чуть больше денег, получить больше приватности и вкусно поесть, то вам на второй этаж. К нему ведут две небольшие лестницы, залы открыты и располагаю справа и слева от основного танц-пола. Они открыты для всех, но кабинки и столики там бронируются за несколько недель вперед.

К последнему ярусу, балконам на условном третьем этаже, имеют доступ только особые клиенты. Для них есть отдельный вход и оттуда же открывается лучший вид на шоу, которое проводится каждую пятницу.

Сегодня как раз именно такой день.

Пульс гремит в ушах. Я слышу, как музыка снаружи постепенно затихает, а следом гаснет свет. Раздаются удивленный вздохи, и это знак для меня начинать.

Отодвигаю занавес и делаю пару шагов вперед. Полукруглая сцена, на которой стою, находится прямо над барной стойкой внизу и на уровне с балконами, поэтому мне хорошо видно все, что происходит вокруг.

Мы всю неделю репетировали этот номер. Алая подсветка оживает вместе с дымом и распространяется по залу, пульсируя. Медленная томная музыка заставляет всех замереть и оглянуться по сторонам. Шестеро девушек, которые танцевали в разных частях клуба, собираются в основном зале.

Двое поднимаются на барную стойку, остальные распределяются по залу – кто-то забирается на платформы, кто-то останавливается на краю танц-пола. Сегодня они все в алом и с черными масками на лицах. Исключение составляют только те трое, что танцуют на балконах, эти полностью в белом. И сейчас они лишь плавно покачиваются, смотря в мою сторону, словно показывая, куда следует повернуть головы.

Только когда начинаются первые ноты песниKehlani – Gangsta, я понимаю, насколько иронично все происходящее.

Справа в ложе сидит светловолосый и голубоглазый Илья, основной конкурент в бизнесе темноволосого и зеленоглазого Сандро, который сидит один на широком диване слева. Мне даже отсюда видно, как оба буравят друг друга взглядами. Илья ухмыляется, Сандро кажется скучающим. Но оба поворачивают головы в мою сторону, когда оживает свет, направленный исключительно на меня. Толпа внизу ликует, и мне едва удается сдержать улыбку, когда раздаются первые слова.

Мне нужен гангстер, который будет любить меня

Сильнее, чем все остальные,

Я начинаю двигаться, одной рукой хватаясь за шест в самом центре небольшой сцены.

Который всегда будет прощать меня,

Который будет сражаться рядом до самого конца,

Ведь именно так ведут себя гангстеры.

Танец это то, что у меня получается даже лучше готовки, единственное, от чего поет моя душа. И танцевать перед самыми опасными мужчинами города, заставлять их смотреть только на меня – нет ощущения приятней.

Я больна на всю