Античная драма - "Софокл" Страница 152

Менехм I

Коль с долгами расплатился, так великолепно сплю. Чтобы гром тебя, допытчик, тут на месте поразил!

Лекарь

Приближается припадок, судя по его словам.

Старик

Он теперь умен, как Нестор, судя по его словам. А недавно назвал псицей собственную он жену.

Менехм I

Я-то назвал?

Старик

Да, в безумье.

Менехм I

Я?

Старик

Ну да, конечно, ты. И четверкой диких коней растоптать меня грозил.

Менехм I

Что за вздор? Кто это видел? Кто посмеет утверждать?

Старик

Я видал и утверждаю, что ты делал это все.

Менехм I

Я же видел, что украл ты у Юпитера венок. Видел также, что в темницу бросили тебя за то, А потом, связав, в колодках, выпороли поделом. Видел, как отца убил ты и как продал в рабство мать. Видишь, я здоров! Умею бранью отвечать на брань.

Старик

Лекарь, лекарь, умоляю, поскорее помоги. Видишь сам — он сумасшедший.

Лекарь

Вот что надо сделать нам. Пусть его ко мне притащат.

Старик

Будет лучше?

Лекарь

Разве ж нет? За него примуся дома я по-своему.

Старик

Примись.

Лекарь

У меня он чемерицы поглотает двадцать дней.

Менехм I

У меня же повопишь ты под плетьми и тридцать дней.

Лекарь

Позови людей скорее, пусть возьмут.

Старик

А скольких звать?

Лекарь

Для него, в таком безумье, уж не меньше четверых.

Старик

Мигом будут; ты же, лекарь, стереги его.

Лекарь

Ну, нет. Лучше дома приготовлю все, что надо. Так скажи Ты рабам, пускай притащат.

Старик

Ладно.

Лекарь

Ухожу.

Старик

Прощай.

Оба уходят.

Менехм I

Тесть ушел, ушел и лекарь. Наконец-то я один! В чем тут дело, что безумным вздумали меня считать! Ведь с тех нор, как я родился, я ни разу не болел, И совсем я не безумен: драк и ссор не затевал, Сам я здрав, встречаю здравых, знаю тех, с кем говорю. А кричат, что я безумен… или сами без ума? Как мне быть? Домой хочу я — да не пустит ведь жена.

(Показывая на дом Эротии.)

А туда и не пытаюсь; слишком плохи там дела. Что ж, останусь здесь; хоть ночью пустят, может быть, домой.

СЦЕНА ПЯТАЯ

Мессенион

(входит)

Пример всем рабам тот мудрец-раб, блюдет кто, Забот полон страхов, добро господина. Пусть тот прочь ушел, раб храпит все, как прежде, Усердно и так, будто смотрят за ним. Ведь тот, кто умом здрав, поймет, что важней быть Небитым, чем есть, сколько влезет в живот. Пусть вспомнит бездельник, награда какая Его ждет за лень от руки господина: Битье, труд на мельнице тяжкий, колодки, И голод, и холод Порокам его воздаянье. Вот потому-то, я уверен, лучше добрым быть слугой. Ушам приятней разговоры, чем спине кулак и плеть. Приятней поедать хлеба, чем хлеб на мельнице молоть. Вот потому-то я послушен и усерден потому И, право, пользу вижу в том! Пускай другие поступают как угодно, я ж мой долг Со страхом буду выполнять, чтоб мне не провиниться в чем. Ведь в том и добродетель наша — всякой избегать вины. И те, что глупы и беспечны, все раскаются потом, А я надеюсь за усердье скоро волю получить. Я спину гну, но от побоев этим спину берегу. Теперь отвел рабов с поклажей я на постоялый двор, И вот спешу сюда навстречу. Постучу-ка в дверь к нему, Попытаюсь из притона я хозяина спасти. Но, боюсь, пришел я поздно и уже проигран бой.

СЦЕНА ШЕСТАЯ

Старик, Менехм I, рабы, Мессенион.

Старик

(рабам)

Заклинаю вас богами, приказание мое Вы усердно выполняйте; вот, еще раз повторю: Вы его хватайте мигом и к врачу бегите с ним, Если палок не желают ваши спины и бока. Да смотрите, не пугаться, коль он будет угрожать! Ну что ж стоите, что ж боитесь? Уж давно хватать пора. А я пойду к врачу скорей и там вас встречу.

(Уходит.)

Менехм I

Горе мне! Что тут за притча? Что за люди? Для чего ко мне бегут? Чего хотите? Что вам надо? Окружать меня к чему? Зачем хватать? Куда несете? Стойте! Умоляю вас, Сограждане, скорей на помощь! Отпустите вы меня.