Языческие божества Западной Европы. Энциклопедия - Королев Кирилл Михайлович Страница 98

тела обгложетмужей умерших,обрызжет кровьюжилища богов,и день затмитсяв средине лета,и быть ненастьям…

«Младшая Эдда» говорит, что следом за зимой Фимбульветр придут землетрясения и наводнения, ясень Иггдрасиль сотрясется до самых корней, а затем землю опалит нестерпимым жаром. «Старшая Эдда» относит эти катаклизмы на время после Рагнарек.

В «великанскую зиму» боги и люди откажутся от всех правил, которые были приняты в обществе:

…брат на брата —и гибнут в бранях,родич на родича —режутся рати,мерзость в мире,настало времямеча и блуда,щита разбитого,ветра, волка,погибели мира;человек человекане пощадит…

Мировой катаклизм приведет к тому, что освободятся хтонические чудовища — вырвется из пут волк Фенрир,[128] освободится связанный Локи, выберется на сушу из океана змей Йормунганд. Из Хель приплывет в Асгард корабль Нагльфар, построенный из ногтей мертвецов; кормчим Нагльфара будет Локи (по «Младшей Эдде» — великан Хрюм). С юга, из Муспелльсхейма, прискачут «сыны Муспелля» во главе с огненным великаном Суртом, под которым провалится радужный мост Биврест; придут и инеистые великаны.

Навстречу чудовищам и великанам выступят асы, которых призовет бог Хеймдалль, затрубив в рог Гьяллархорн:

Взыграли под древомМимира дети,пропел Гьяллархорнмира кончину —Хеймдалль трубит,рог поднимает;Один беседуетс Мимировой головою…

Один собирает дружину эйнхериев и выступает на бой — на «Бранное Поле», как называется место последней битвы в «Речах Вафтруднира». У каждого из богов свой противник: Одину выпадает сражаться с Фенриром, Тору — с Йормунгандом, Тюру — с Гармом, Фрейру — с Суртом, Хеймдаллю — с Локи.

Первым в сражении падет Один, проглоченный Фенриром. За ним, «не посрамившись», последует Тор:

…вот вышел преславныйсын Хлодюн и Одина,Мидгарда сторожбиться со змеем:сразил он гадаи сам, погибая —жилища людскиевсе опустели, —на девять шаговТор отступает,сын Фьергюн и Од…[129]

Сурт побеждает Фрейра,[130] Хеймдалль и Локи сражают друг друга, Тюр убивает Гарма, но и сам гибнет; сын Одина Видар разрывает Фенриру пасть. И тогда, как гласит «Младшая Эдда», Сурт «мечет огонь на землю и сжигает весь мир».

«Старшая Эдда» добавляет:

…солнце затмилось,земля утонула,срываются с небасветлые звезды,огонь извергается,жизни кормилец,он жаром пышетаж в самое небо…

С пламенем Сурта приходит Рагнарек — конец света, в котором погибают боги, люди и все живое.

Мир, сотворенный из тела инеистого великана Имира, прекращает свое существование. Остается лишь мировое древо, пронизывающее и объединяющее вселенную, — во всяком случае, в эддических текстах не встречается упоминаний о его гибели. Уместно предположить, что новый мир возникает из «благословенного ясеня» — из его побегов, из медвяной росы, капающей с его листьев, из тех самых корней, которые тянулись в обители богов, людей и великанов. Этот новый мир вырастает из воды:

…суша из морявосстала зеленая,воды текут,орлан по-над нимилетает и рыбувысматривает…[131]

В обновленный мир возвращаются из обители мертвых Бальдр и Хед, вновь появляется Хенир, на поле Идавель приходят сыновья Тора Моди и Магни, а также сыновья Одина Видар и Вали.

Примечательно, что «младшие боги» после возвращения находят тавлеи, в которые играли их родители, и тотчас принимаются за игру — то есть начинают сами пытать судьбу.

Кроме «младших богов», Рагнарек переживут и двое людей, Лив («жизнь») и Ливтрасир («пышущий жизнью»). Они скрывались в роще Ходдмимир и питались росой. От них заново пойдет человеческий род, как говорится в «Речах Вафтруднира»:

Лив и Ливтрасир,чета, укроютсяв куще Ходдмимир,рассветные росыбудут им пищей,и вновь народятся люди…

С возрождением мира начинается новая история — история не богов, но людей.

Песнь «Прорицание вельвы», открывающая корпус эддических текстов, была сложена, по всей видимости, в конце X века. Изложенный в ней сюжет «гибели богов» со временем был подхвачен романтиками, а в XIX–XX веках стал одним из основополагающих мотивов новейшей европейской культуры. Во многом это произошло благодаря «последнему романтику», великому немецкому композитору Рихарду Вагнеру.

Вагнер дал Рагнарек иное название — Gotterdammerung, то есть «сумерки богов». Боги в знаменитой оперной тетралогии Вагнера «Кольцо Нибелунга» охвачены жаждой золота, затмевающей иные ценности и погружающей мир в испепеляющее пламя. С легкой руки Вагнера и подхвативших его метафору европейских интеллектуалов выражение «сумерки богов» стало синонимом безудержного разгула накануне гибели (вспомним хотя бы одноименный фильм Л. Висконти).

Мифологические песни «Старшей Эдды», наполненные «предчувствием конца», трагичны, но не столь безысходны, как те же сюжеты в трактовке Вагнера. Они оставляют надежду. Торжество хаоса кратковременно — на смену ему приходит новый космос, космос людей.

Жизнь продолжается. И героические свершения богов, как в зеркале, отражаются в не менее героических деяниях их потомков.

Греческий философ Эвгемер из Массены, живший в IV в. до нашей эры, учил, что божества — вовсе не божества, а лучшие люди первобытного времени, впоследствии обожествленные потомками. Это рационалистическое учение, точнее, рационалистический метод истолкования мифов, по имени философа получивший название эвгемеризации, оказался настолько живучим, что к нему прибегали и философы века восемнадцатого, и отдельные мифологи XIX столетия; мало того, попытки эвгемеристического истолкования мифов встречаются и по сей день.