Истолкование молитвы Господней словами святых отцов - Святитель Феофан Затворник Страница 26

должнейши бяху, паче всех живущих в Иерусалиме?» И потом прибавил: «аще не покаетесь, вcи такожде погиб­ните» (Лк.13, 1-5). Итак здесь не деньги оставлять должникам понуждаемся, а то, чем согрешили против нас другие. Деньги оставлять повелевает нам запо­ведь, положенная выше: «хотящему судитися с тобою и ризу твою взяти, отпусти ему и срачицу» (Mф.5,40). Но и здесь не поставляется в необходимость всякому денежному должнику оставлять долг, а тому, который не хочет отдавать с таким нехотением, что даже готов тягаться: «рабу же Господню не подобаешь сваритися», как говорить Апостол (2Тим.2,24). Итак, когда кто, ни самоохотно, ни по убежденно, не хочет отдать должных денег, тому надо оставлять их. Ибо если не хочет он отдать, то делает это по двум причинам, или потому что не имеет, или потому, что скуп и жаден до чужого. Но то и другое обличает скудость: первое — житейскую, а второе ду­шевную. Почему кто отпустит такому долг, отпустит неимущему и сделает христианское дело. Впрочем если кто, держа на сердце готовность оставить то, чем ему кто должен, кротостью и дружелюбием так подействует на своего должника, что тот отдаст ему долг,—не столько о возвращении денег заботясь, сколько о том, чтоб исправить этого человека, для которого, конечно, па­губно иметь из чего отдать и не отдать; то он не только не погрешить, но еще сделает дело полезное, что­бы тот, присвоив себе чужие деньги, не потерпел вреда душевного, с которым ни какой другой не может идти в сравнение. Из сего можно однако ж заключить, что и в этом пятом прошении, хотя не о деньгах пря­мо говорится, а о всем том, чем кто погрешает против нас, но под этим можно разуметь и денеж­ный долг. Ибо тот, кто не отдаст тебе должных денег, когда имеет из чего отдать, погрешает про­тив тебя. И если ты не отпустишь этого греха, то не можешь говорить: «остави нам, якоже и мы оставляем».

Он же. Просим отпустить нам долги; потому что все мы должники пред Богом, не деньгами, а греха­ми. Скажешь, может быть: и вы?—Отвечаю: и мы. И вы, святые епископы, должники? Да—и мы должники. Ужели и вы? Быть не может, Владыко мой; не гово­ри на себя неправды. Не неправду на себя говорю, а говорю истину: должники мы. И «аще речем, яко греха не имамы, себе прельщаем, и истины несть в нас» (1Ин.8,8). И крещены мы, и должники. Не потому, чтоб оставалось что либо за нами, что не было бы от­пущено в крещениии; но потому, что, живя, набираемся того, что имеет нужду в каждодневном отпущении. Которые, только что окрестившись, отходят (из сей жизни), те без всякого долга восходят (горе) и проходят (в небесные обители). А которые, окрестив­шись, остаются жить в сей жизни, те, по немощи нравственной, набирают в себя много такого, что хотя не причиняет крушения (кораблю жизни), должно однако ж быть очищаемо (выкачиваемо). Ибо если не очищать (не выкачивать), то мало помалу внутрь столько найдет, что весь корабль погрузится. Молиться показанным образом и значит—очищать себя (выкачивать из се­бя наплывшее). И если б не дано было нам так очи­щать себя каждодневно святою молитвою, то мы постав­лены были бы в большую крайность, несмотря на то, что в бане пакибытия омыты все грехи наши. Но се благодарение Господу! Милостыни и молитвы очищают грехи наши, только б не были учинены такие, за ко­торые следует лишить нас хлеба насущного (св. причащения),—только б избегали мы таких, которые подвергают строгому осуждению.

Никто из вас да не почитает себя праведным, который не имел бы нужды говорить: «остави нам дол­ги наша». Пусть далеки вы от идолопоклонства, от звездочетства, от волхвований; пусть непричастны еретичества и раскола; пусть отвращаетесь от человекоубийства, блуда, хищничества лжесвидетельства и всяких подобных непотребств; но и кроме этого есть многое, чем человек грешит. Воззревая с вожделением на недолжное, он грешит. Но кто удержит быстродвижность ока?—Глаз впрочем тотчас закрыть можешь, если захочешь; а ухо и закрыть не всегда мо­жешь, и оно набирается против воли речей срамных, нечистых, соблазнительных, злословных и хульных. Слыша женоподобное, не грешишь ли ухом, хоть и не делаешь того делом? И язык сколько учиняет грехов, нередко и таких, за которые следует удалять от чаши? Празднословие, пересуды, злословие, хулы— его дело. Но пусть рука не делает ничего худого, но­га не течет на зло, око не направляется вожделением, ухо не приемлет непотребного, язык не говорить недолжного: кто удержит помыслы, скажи мне? Не бывает ли часто, братья мои, что когда молимся, мыслями блуждаем не знать где, забыв пред Кем стоим и пред Кем простершись лежим долу? —Если все по­добное собрать вместе, ужели это не должно тяготить совести, хотя каждое отдельно есть малость? Какая раз­ность—свинец ли давит тебя или песок?—Свинец массою давит, а песчинки количеством. Каждая ни­чтожна, а когда много их соберется, они также давить могут, как и свинец.—Малы грехи! — Не видишь, как из каплей составляются реки? Малы, да многочи­сленны.

Итак будем всегда взывать и взывать искренно: «остави нам долги наша», делом исполняя и то, что далее следует: «якоже и мы оставляем должником нашим». Бог благоволит вступить с нами в уговор. Cиe глаголет тебе Господь Бог Твой: «отпусти, и от­пущу. Не отпустил ты: сам против себя идешь, а не Я»—Итак, отпущайте все, что ни имеет кто в сердце своем против другого. Отпусти от сердца,—будь уверен, что вмести с тем прощаются тебе все грехи твои, словом, делом и помышлением совершенные. Кто поживет на земли сей и не поимеет врага? Но напрягитесь любить их. Самый ярый враг твой не может причинить тебе такого зла, какое сам ты себе причиняешь, если не любишь врага. Он может вред нанести или полям твоим, или скоту твоему, или до­му твоему, или рабу твоему, или рабе твоей, или сыну твоему, или супруге твоей, или—самое большое, если дана будет ему власть, - плоти твоей. Настолько ли все это разрушительно, насколько то, когда ты (не про­щая ему) вред причиняешь душе своей? Простритесь же, возлюбленные, к такому совершенству, умоляю вас. И не думайте, чтоб это было невозможно: я знаю, знал, на самом деле видел христиан, которые любят врагов своих. Чтоб и нам успеть в этом, ве­руйте, что это возможно, и молитесь, да будет в вас и в сем отношении воля Божия.—Что тебя раздражает во враге твоем? Конечно не природа человече­ская. Ужели потому имеешь его врагом, что он имеет душу и