Письма разных лет - Архимандрит Иоанн (Крестьянкин) Страница 13

И «наказание» или жизненная туга – это его проделки. А когда человек после долгого вражьего водительства обращается к Богу, то и тут начинается на какое-то время усиленная месть врага, и нужно много терпения и несомненной веры, что враг силен, но всесилен лишь Господь, и Он не оставит усердно прибегающего к Божией помощи.

Господь да умудрит Вас и поможет.

* * *

Дорогая о Господе Г.!

Божие благословение Вам. На примере жизни своей знаете вы теперь, как любит Господь человека и как стучится в сердце его даже и тогда, когда, казалось бы, нет никакой надежды. И в ответ от нас Господь не ждет ничего, кроме любви: «Сыне, даждь Ми твое сердце». Вот и отдадим, дорогая Г., простите, отчества не знаю, Господу сердечко свое, и поверьте, Он его примет и всему научит. И будет вера Ваша расти изнутри, и не внешнее и обряд станут сутью ее, но вера, действующая любовью в самой жизни.

Благодарите Господа – это главное Ваше делание и второе – не спешите, не опережайте событий, но возрастайте по мере духовного преобразования души. Сначала изменения в душе и только потом, как следствие этого – дело.

Сейчас я бы пожелал быть Вам на инвалидности как можно дольше. Некоторая свобода, связанная с этим, – это дар Божий, и вы сумеете им воспользоваться.

А вот с работой, если предложит Вам ее Владыка, увидим в этом Промысл Божий и Божие благословение.

А Ваше отношение к идеалам сомнительно, дорогая, ведь двух истин не бывает, а Христос сказал: «Аз есмь Истина, Путь и Живот» (см. Ин. 14, 6). И кто не с Ним, тот против Него, и нет жизни в том, кто против.

И надо обеими руками ухватиться за жизнь. У Бога нет партийных или беспартийных, у Него есть верующие в Него или нет. И если надумаете стать свободной, то делать это надо крайне деликатно, без шума. Да само Ваше положение пенсионерки поможет Вам. От обмена на Москву пока временно воздержитесь, сейчас еще в этом необходимости нет, а когда будет, обстоятельства укажут.

А в отношении откровений души и здесь Господь о нас позаботился. Любит Он тайные наши дары Ему – войди в клеть твою и помолись Отцу Твоему, который в тайне, и Он, видящий тайное, воздаст тебе явно (Мф. 6, 6).

И с искренними поступайте по искренности их, а с лукавыми – по лукавству. И это не только не грех, но прямое указание от Господа.

Дорогая моя, ведь даже и с близкими о многом сокровенном нельзя говорить, ибо Ваш религиозный опыт – тайна Ваша и Бога и даже и верующий не всякий способен принять его так, как Вам дает Господь. А потому это и должно быть Вашим Святая Святых, куда входите только вы, и то, когда в духе. Рад за Вас. Да укрепит Вас Господь на пути познания единственно нужной сейчас науки, которая называется «Моя жизнь в Боге».

Еще раз благословлю Вас и сына Вашего.

Возрастайте в Боге.

1988

* * *

Дорогая о Господе Г.!

Божие благословение Вам. А пережитым не смущайтесь. Божие касания бывают нам часто, иногда более зримо и ярко, иногда сокровенно, и чаще всего это в укрепление наших духовных сил перед каким-то испытанием или искушением.

Примите с благодарностью и сокройте в сердце своем и никому ничего не говорите.

Храни Вас Бог.

1991

* * *

Дорогие И. и А.!

Вы пользуетесь всякими техническими изделиями, которые изобрел человек не без Бога. Ибо Господь однозначно сказал: «Без Меня не можете творити ничесоже».

И компьютер – это такое же изобретение, как и все прочие. А в Писании сказано: «Все мне позволительно, но ничто не должно обладать мною». Если на компьютере человек делает дело Божие и во славу Божию, например, набирает богослужебные книги или святоотеческую литературу, то человек этим спасается. А если использует технику для всякого безобразия и бесчинных игр, то он явно погибает. Вот и решайте. Одна и та же техника для одного служит во спасение, для другого – в погибель. Умудри Вас Бог!

* * *

Дорогая о Господе Н.!

Получил Ваше письмо. Ну кто из нас может поспорить с Богом, кто дерзнет указать Ему?! Он ни с кем не советуется и отчета никому не дает. А мы со своей колокольни не можем правильно оценить все, происходящее с нами и вокруг нас.

Вот иду по «кровавой дороге» нашего монастыря и, прикрыв глаза, присоединяюсь к траурному шествию XVI века за царем Иоанном Грозным, несущим на своих руках обезглавленный труп игумена нашего монастыря Корнилия. Ужас, скорбь, недоумение в сердце каждого, идущего в этом прискорбном шествии.

А вот XX век – Церковь молится этому игумену: «Преподобномучениче Корнилие, моли Бога о нас». И он молит, ибо получил дерзновение святостью жизни и мученической кончиной быть близким Богу и предстоятелем за молящихся ему. И его молитвами стоит и живет обитель, не прерывая жизни монашеской и молитв к Богу. А в XVI веке не из одной груди мог вырваться ропот на происшедшее и упрек Богу: за что? зачем? Но ин суд человеческий, и ин суд Божий.

Страдаете вы, страдаете всем существом, до ропота, до богооставленности, страдаете оттого, что становитесь в тягость другим – близким своим. Но знаете ли вы, что Ваши страдания, и крупица милосердия, и сочувствие Ваших близких к Вам и их помощь Вам вменяется всем Вам в подвиг, ходатайствующий о спасении души.

Да, Ваш крест жизненный, безусловно, исключительный по тяжести, но и цена ему велика, ибо не только Вам она вменяется в подвиг, но и роду Вашему всему. Конечно, хорошо бы еще Вам без ропота нести крест свой, глубже и чаще возводить ум и сердце к Богу – туда, где Отечество наше, где Отец наш, Который любит несравненно ни с чем каждое Свое чадо. вы меня, Христа ради, простите.

Я ведь не пустые слова пишу Вам, а говорю от сердца и от своего большого жизненного опыта, я говорю Вам со своего жизненного креста (и потихоньку, только для Вас одной скажу, что он – крест-то – у меня тоже немалый, и слава Богу за все). Как кратка жизнь наша, и как велика вечность, где нас с