Новый Мир Новый Мир - Новый Мир ( № 7 2013) Страница 98

В дискуссии также участвовали Денис Гуцко (своим письмом Н. Ивановой он и «спровоцировал» обсуждение), Юрий Буйда, Александр Снегирев, Марина Степнова  и Елена Стяжкина. o:p/

o:p   /o:p

Леонид Рабичев. Весна без конца. Стихи. Вступительная статья Станислава  Айдиняна. — «Дружба народов», 2013, № 5.

Автору — стихотворцу, графику и живописцу — в этом году исполняется 90 лет. Помимо стихов, журнал публикует — на цветных вкладках — и его картины. «Мне говорит седой мой проводник, / Что нет в Европе памятника выше, / Что он описан в двух десятках книг / От плит и ниш до потолка и крыши. / Смотрю издалека, смотрю в упор / На достопримечательный собор. // Мне говорит мой проводник седой, / Что там, где начинается ограда, / Покоится под мраморной плитой / Какой-то Мотыльков из Сталинграда, / И каменный апостол из алькова / Сверлит меня глазами Мотылькова» («Собор», Весна 1946). o:p/

o:p   /o:p

Дионисио Гарсио Сапико. Испанец в России. Из воспоминаний. Под редакцией Натальи Малиновской. — «Иностранная литература», 2013, № 5 <http://magazines.russ.ru/inostran>. o:p/

В этих мемуарах есть нерядовой эпизод из ранних послевоенных лет, когда автор работал в картонажной мастерской по оформлению Музея Тимирязева. Работали под звуки радио, которое передавало о досрочном выполнении планов и т. п., упомянуло и тружеников некоего села. Тут с одним из мастеров случилось неожиданное: он яростно швырнул в репродуктор тяжелую деревянную чурку с криком: «Это мое село!!!.. Там мать моя страдает!!!» — и разрыдался. Все замерли. o:p/

И вдруг присутствующий при сем секретарь одной из партячеек Худфонда, похлопав мастера по плечу, «…говорит, обращаясь к нему по имени-отчеству: „Ничего — репродуктор починим, и дело с концом. Работайте спокойно”. Этот парторг за укрывательство такого поступка (да еще совершенного в присутствии многих людей) мог лишиться партбилета и загреметь в лагерь на многие годы. Значит, он был не только хорошим человеком, но и полностью доверял всем присутствующим». o:p/

o:p   /o:p

Джоби Уоррик. Тройной агент. Журналистское расследование. — «Иностранная литература», 2013, № 5, 6.

Документально-художественному роману, написанному американским журналистом, сотрудником «Вашингтон пост» предпосланы — посвящение («Родным и близким павших…») и эпиграф из древнекитайского полководца и теоретика войны Сунь Цзы («Война — это путь обмана»). o:p/

Книга — о сегодняшней афганской кампании, по самым свежим следам. Нелегкие труды и дни ЦРУ, само собой, разнообразно вплетены тут в ткань текста. o:p/

Любопытно, что русский переводчик «Тройного агента» обозначен как «Н. Н.».  В биографическом разделе его, конечно — нет. o:p/

o:p   /o:p

Евгения Щеглова. Смерть как жизнь. — «Знамя», 2013, № 4.

Рецензия на роман Валерия Попова «Плясать до смерти», построенного по тому же художественному принципу, как и «Третье дыхание» (публиковался в «Новом Мире» десять лет тому назад). Там — о страдающей алкоголизмом жене, здесь —  «о том, как у рассказчика, он же Валерий Георгиевич Попов (автор давно называет своего двойника из биографической прозы собственным именем), умерла единственная дочь». o:p/

«Итак, лирическая проза?.. Да какая там вроде бы может быть лирика. <…> Проза исповедальная?.. Да, в значительной мере. От неподъемного груза воспоминаний, от тоски, боли, вспышек раскаяния в своих родительских ошибках — ну кто же обходится без них? — рассказчик лечится именно этим: погружением в прошлое. Он снова и снова прокручивает свою, а вместе со своей и Настину, такую короткую, жизнь, он ловит в ней моменты и комические, веселые, и глубоко интимные, семейные, и при этом ничего не скрывает от читателя — ни горечи своей, ни боли, ни осознания ошибок. o:p/

И что самое главное — оставаясь при этом, как ни странно, по-мужски сдержанным. Непременные в такой ситуации слезы — в глубине, порой действительно миру невидимые, а наверху — та самая жизнь, которую В. Попов, неутомимый шутник, балагур и выдумщик, любит в любых ее проявлениях, далеко не всегда радостных. <…> Для русского писателя, надо сказать, это дело редкое. Нет у нас в крови этого веселого раблезианства, страсти к самому веществу жизни, к теплой ее материи. Нам бы все до смысла ее докопаться, а любить, весело и просто, — дело чаще всего не наше. Мы, как известно, выше любви». o:p/

o:p   /o:p

Вячеслав Шульженко. Шахид как персонаж. — «Октябрь», 2013, № 5. o:p/

Автор — заведующий кафедрой литературного и журналистского мастерства Пятигорского государственного лингвистического университета. o:p/

Приведу из зачина. «В конце прошлой зимы журналисты из местного отделения ВГТРК попросили рассказать о том, как спустя два года после самоподрыва в дагестанском Губдене Марии Хорошевой — бывшей студентки Пятигорской фармацевтической академии — я, профессор этого самого вуза с тридцатилетним педагогическим стажем, отношусь к случившемуся. Не скажу, что в преподавательском кругу мы часто возвращаемся к этому событию. Оно из тех, где не до конца очевидна вся цепочка причин и обстоятельств, приведших „приму” студенческого театрального кружка, до слез наивно и искренне игравшую в чеховских спектаклях, к шахидству, в результате чего она, будучи уже матерью двоих детей, совершила чудовищное преступление». o:p/

«Случай с Хорошевой странным образом совпал с начавшей за несколько лет до того меня занимать проблемой терроризма в литературе (воистину, если долго всматриваться в пропасть, пропасть начинает всматриваться в тебя!). Тогда, на рубеже веков, Пятигорск напоминал адский котел, складывалось ощущение, что через город пролегла линия фронта». o:p/

o:p   /o:p

Мо Янь. Сказитель. Нобелевская лекция. Перевод с китайского Игоря Егорова. — «Иностранная литература», 2013, № 5. o:p/

Пожалуй, самый необычный текст в этом нечастом жанре. Почти половину своего выступления последний по времени лауреат, автор романов «Лягушки», «Большая грудь и широкий зад», повестей и рассказов «Прозрачная краснобокая редиска», «Осенний паводок» и других, — посвятил своей матушке. Остальное — своему ремеслу. Финал: o:p/

«Я — сказитель. Благодаря своим историям я получил Нобелевскую премию по литературе. После присуждения мне премии произошло немало ярких событий, и это еще больше укрепило мою убежденность в существовании правды и справедливости. Отныне я и дальше буду рассказывать свои истории. Благодарю всех присутствующих». o:p/

o:p   /o:p

o:p   /o:p

Составитель Павел Крючков o:p/