Кризис чужого возраста - Маша Трауб Страница 57

заламывала руки, когда видела, как дочь подметает двор или собирает клубнику на огороде. Двор так и оставался в листьях, а Офа сидела на лавочке и любовалась. Говорила, что не смогла смести в кучу такую красоту. А клубнику собирала вместе с листьями и приносила букет. Опять восторгалась, что с листьями особенно красиво получается. Тетя Мадина тихо вздыхала. Чего только она не придумывала – показывала сто раз, ругала, хвалила, подбадривала, снова показывала, но Офа даже полы помыть толком не могла. Опять застывала, разглядывая узоры на полу. Из окна падал свет, и на полу появлялась радуга. Офа улыбалась и хлопала в ладоши. Наотрез отказывалась смывать. Разливала ведро, распахивала настежь окно и ждала, когда солнце осветит пол новыми узорами. Вот как ее, такую полоумную, замуж выдавать?

Но и этого было мало. Тетя Мадина смотрела на свою единственную дочь, такую милую, послушную, всегда вежливую и приветливую, и не понимала, как девочке могли достаться такие руки, что лучше их за спиной связать, чтобы Офа ничего не трогала. Для собственной же безопасности.

Вот отправишь ее в курятник цыплят накормить, а Офа забудет щеколду закрыть. Потом по всему двору бегай, загоняй цыплят обратно. Отправишь яйца собрать, так хорошо, если половину принесет, остальное разобьет. Спрашиваешь, как так случилось? Пожимает плечами. Случайно. Не помнила, как яйцо уронила. Попросишь чайник на печку поставить подогреть, так спасибо, что пожар не устроила. На одну конфорку Офа чайник поставила, а на вторую, поменьше, прихватку положила и ушла. Хорошо, тетя Мадина зашла, почувствовав запах дыма. Спрашиваешь, как так случилось? Пожимает плечами. Не помнит. Случайно. Хорошо, но печку-то можно растопить? Даже маленькие дети умеют дрова подбрасывать, следить за огнем. Ничего ведь сложного. И тут Офа чуть всю семью не угробила. Все сделала как положено, огонь занялся, поленья Офа положила как нужно. Только забыла открыть заглушку в трубе. Ну ведь даже младенцы знают, что заглушка – первое дело в печи. Не откроешь – угоришь. Хорошо, тетя Мадина все время настороже была, на минуту не могла расслабиться. Пошла проверять за Офой, и на тебе опять…

Тетя Мадина никогда не жаловалась на дочь. Да и как пожалуешься, все и так все знают. И кто виноват, что такая дочь растет? Мать, конечно. Значит, плохо воспитывала. К счастью, у тети Мадины помимо дочери было еще три старших сына. Офа самая младшая. И никто не смел упрекнуть тетю Мадину в том, что она плохо воспитывает детей. Сыновья все умницы, каждый по-своему. Старший в институте учился, решил врачом стать, средний в училище, ему с деревом нравилось работать. А младший и пел, и танцевал, и такой красивый мальчик, что одна радость на него смотреть – редко кому такая красота достается.

Так что тетю Мадину не осуждали, а, скорее, жалели. Уверяли, что Офа «израстется», повзрослеет и всему научится. Тетя Мадина знала, что такого не будет, но все еще пыталась найти хоть какой-то талант у дочери. Ведь бывает, что девушка не любит гладить или полы мыть, зато с удовольствием на кухне возится. Но Офа и тут не проявляла особых способностей. Да, тетя Мадина за сердце хваталась, когда дочь за нож бралась. Боялась, что дочь себе полруки отсечет, пока будет помидор нарезать или огурец чистить. На огород ее посылать – тоже бестолковое задание. Офа забывала, зачем ее отправили, садилась на лавочку и задумывалась. Могла целый час просидеть, глядя куда-то вдаль, и не заметить, как время прошло. Она, кажется, жила в своем мире, в котором не было времени, хозяйственных забот и прочих женских задач. Например, выйти замуж. Тетя Мадина понимала, что жениха будет найти не просто сложно, а практически невозможно.

В селе жителям часто давали прозвища. Офелию прозвали «тридцать три несчастья». Так ее тетя Мадина называла. Позже прозвище сократилось до «Офа тридцать три». Обидно, конечно, учитывая, что младшего брата Офелии звали «красавчик Аслан», среднего – «мастер Алан», а старшего «доктор Алик». И только так.

Офе, казалось, и дела не было до своей судьбы, обещающей стать несчастливой. Женихи не сватались, в отличие от нескончаемого потока невест, готовых составить партию любому из сыновей тети Мадины. Та же не оставляла попыток устроить личную жизнь любимой дочери и тайно отправляла, так сказать, «запросы» в другие села, где не знали про Офу и ее тридцать три несчастья. Наконец сарафанное радио принесло счастливую весть – живет в другом селе мужчина, Летти, по прозвищу «без ума головы». И он точно подойдет Офе. Если не он, то никто больше.

Тетя Мадина сначала обрадовалась, а потом обеспокоилась – почему такое прозвище? Мужчина безумный? С головой не все в порядке? Но тут сватья, принесшая весть, опять то ли обрадовала, то ли расстроила. Летти зарабатывает тем, что чинит то, что не могут починить мужья. Очень прилично зарабатывает, надо признать. Заказов много, Летти часто зовут. И вот когда он возится с проводкой, или замком, или еще чем, часто повторяет про тех, кто это сделал: «Без ума головы». Вот и к нему прицепилось. А так мужчина такой хороший, что некоторые мужья его ревнуют к женам, а потом благодарят.

Тетя Мадина нахмурилась – никак не могла взять в толк, что за профессия у этого Летти? Что он делает такого, чего мужья не могут? Какая сложность замок починить?

– Ну, не у всех такие мужья, как у тебя, – обиженно заметила сватья, – у некоторых как твоя Офа. А у некоторых только обещают и ничего не делают. Или как твой доктор Алик, который все время на работе и так устает, что ему не до замков и проводки.

Тетя Мадина кивнула. Да, все правильно. Жаль, что в их селе не было такого умельца, как Летти. Муж и три сына у нее есть, а телевизионную антенну починить некому. Хоть сама лезь на крышу, которую, кстати, тоже давно стоило переложить. Если весной ливни пойдут, точно начнет течь. Уже три года об этом талдычит. Сейчас бы работу Летти назвали «муж на час», а тогда никак не называли. Просто звали этого человека сделать мелкий ремонт.

Летти все делал быстро и качественно. Брал за свои услуги умеренно. Никогда не рассказывал, где и что починил, чтобы достоинство хозяина дома не уронить. Заказов у него действительно хватало – все соседки чуть ли не график между собой согласовывали, кто когда Летти вызывает. В селе ведь все время что-то ломается, протекает, отваливается. То сетка на огороде прогниет,