А затем она исчезла - Клэр Дуглас Страница 56

В убийстве Дейрдре и Клайва Уилсон подозревают Хизер Андервуд, которая в настоящее время находится в больнице, восстанавливаясь после попытки самоубийства. Официальное обвинение ей пока не предъявлено.

Ее сестра, Флора Пауэлл, пропала из Тилби в 1994 году в возрасте шестнадцати лет.

Старший инспектор отдела уголовного розыска Эйвона и Сомерсета, Гари Рутгоу, сказал: «Тест ДНК показал, что тело не принадлежит Флоре Пауэлл. Никаких версий мы пока не исключаем, так как расследование по установлению личности продолжается».

Перегнувшись через мое плечо, Тед читает заметку. В редакции сегодня тихо: Сью чем-то занята на ресепшен, Сэт проводит ревизию старых слайдов, Элли вместе с Джеком отправились брать экспресс-интервью на улицах Бристоля. В последнее время мы с Джеком почти не видимся. Раньше мы выбирались с ним на ланч хотя бы раз в неделю, частенько забегали выпить и посплетничать после работы. Увы, после ночи, когда на него напали, все изменилось. Он постоянно работает, и я подумываю, не ищет ли он повышения.

Закончив читать, Тед разочарованно хмыкает и отходит к соседнему столу.

– Не очень тянет на сенсацию или уникальную новость, – говорит он, потирая подбородок. Тед неважно выглядит сегодня: небритый, с запавшими глазами. На нем выцветшие джинсы, протертые на коленях. – Сегодня только среда, газета выйдет в пятницу. К тому времени информация устареет. Нам нужно что-то поинтереснее, Джесс.

Я чуть не вою: опять ему мало. Я сделала все, что могла, – на страницах нашей газеты появилось эксклюзивное интервью с Марго, фрагменты из которого процитировали все федеральные СМИ. Признаться, было приятно видеть свое имя в центральных изданиях. Но как нам конкурировать с ежедневной газетой, если мы выходим всего два раза в неделю и никто не читает наш сайт? Я пыталась донести до Теда мысль о необходимости изменить нашу онлайн-политику, и ответ всегда один: «Джаред – наш главный редактор – отказывается что-то менять, ссылаясь на нехватку денег».

Листаю блокнот в поисках «чего-то поинтереснее».

– Я продолжаю работу над интервью с владельцем «Веселого ворона».

Тед удивленно поднимает одну из своих лохматых бровей.

– Напомни-ка, о чем речь.

– Клайв пытался толкать наркотики студентам. Позже я наткнулась на бывшего парня Флоры – Дилана Бёрда. Он подозревает Клайва в убийстве Флоры из-за того, что в свое время Дилан задолжал ему и его брату Норману деньги за наркотики.

У меня до сих пор стоит перед глазами белое лицо Дилана: «Он убил ее из-за меня».

Тед издает тяжелый вздох.

– Клайв ведь не убивал Флору, верно? Нет никаких доказательств этого, да и тело не ее!

– Но если он убил найденную полицией девушку, то мог убить и Флору, – парирую я. – Дилан сказал, что Клайв был на ярмарке примерно в то же время, что и Флора. Он мог ее встретить.

Тед хмыкает.

– Одного предположения недостаточно, – отрезает он. – Нам нужны проверенные факты. А гребаная «Дейли ньюс» почему-то получает их раньше нас.

Повисает напряженное молчание. Голубые глаза Теда смотрят зло и холодно. Он продолжает яростно жевать.

– Знаешь, Джесс, головной офис все время ищет предлог, чтобы закрыть наше отделение. Они хотят, чтобы все мы сидели под одной крышей. Только это не для нас с Сэтом. Мы слишком старые, чтобы что-то менять.

Мне тоже не хотелось бы терять ту свободу, которую дает работа в нашем офисе.

– Но ведь именно мы поставляем им лучшие материалы по этой истории! – От накатившего негодования я даже покраснела.

– Только потому, что ты близко знакома с этой семьей, Джаред и не трогает нас.

Джаред на десять лет моложе Теда, скользкий и обходительный тип. Носит дорогие костюмы, ездит на спортивной машине. Тед – его полная противоположность, представитель «старой школы».

Что ж, придется, видимо, доставать припрятанного в рукаве туза, хотя я не знаю, насколько этично его использовать. Но мне нужно доказать Теду, что он сделал правильный выбор, пригласив меня на работу. Ну, не из-за моих же прекрасных глаз он меня держит!

Делаю глубокий вдох и выдаю:

– Марго пригласила меня проведать Хизер в больнице сегодня днем.

Ощущение, как будто я бросила в комнату ручную гранату и сейчас она рванет. Тед буквально впивается в меня глазами.

– Не уверена, что мне разрешат взять у нее интервью, – поспешно добавляю я. – Однако жестких ограничений пока нет, ведь ей не предъявлено официальное обвинение.

– Ей становится лучше, значит, это лишь вопрос времени.

– Шансов мало, но вдруг она мне что-нибудь расскажет…

Тед вскакивает, потирая руки.

– Да, стоит попробовать. Ты будешь первой из журналистов, кто увидит ее и возьмет интервью. Отлично. Джаред с нас слезет.

– Даже если будет получено разрешение на интервью, неизвестно, согласится ли она… – говорю я уже в спину убегающего в свой кабинет Теда.

* * *

Когда я подъезжаю к больнице, Марго уже ждет у входа. На ней бежевое пальто, на шею намотан черный кашемировый шарф. Выглядит она стильно: губы чуть тронуты помадой, волосы красиво уложены, седые пряди только прибавляют ей элегантности. На мгновение – буквально на долю секунды – я испытываю острую зависть к Хизер. Моя собственная мать так и не перезвонила мне после нашего несуразного разговора в прошлую пятницу.

Когда Марго замечает меня, ее зеленые глаза радостно загораются, она быстро подходит и обнимает меня. На секунду я замираю, наслаждаясь ее теплом, знакомым ароматом духов.

– Спасибо, что приехала. Хизер будет очень рада тебя видеть, – говорит она, беря меня за руку, чтобы провести по лабиринту больничных коридоров. По дороге гадаю, как меня встретит Хизер. Я совсем не удивлюсь, если она велит мне проваливать.

Марго говорит не переставая – видимо, сильно нервничает. Я и сама не могу побороть волнение при мысли о том, что она впускает меня в круг близких ей людей.

Однако не стоит обольщаться. За утонченной вежливостью Марго сквозит готовность до конца сражаться за свою семью. Мне уже приходилось сталкиваться с ее враждебностью, и повторения я не хочу. Передо мной стоит трудная задача: не обманув оказанного мне доверия, выполнить свое обещание Теду.

Я снова задаюсь вопросом, подхожу ли для этого задания и насколько могу быть объективной. Я хочу верить в невиновность Хизер и в существование какого-то логического объяснения всему случившемуся. Но чем дальше, тем хуже у меня это получается.

Когда мы подходим к палате, я уже сама не своя от волнения. Могу только кивать,