Гостья - Эмма Клайн Страница 49

Джек позволил псу лизнуть себя в губы.

– Я ему нравлюсь, – рассмеялся он, обхватив пса мокрыми руками.

Еще час на песке, термос давно опустел, солнце садилось, и ни один из них ни словом не обмолвился о том, чтобы позвонить по номеру телефона, указанному на ошейнике. Никто так и не остановился у их полотенца, никто не забрал пса. А потом опустились сумерки, воздух наполнился невидимой мошкарой. На Джека напала зевота. Он высыпал в рот последние крошки из упаковки крекеров, скомкал пластик.

– Хочу настоящей еды, – сказал он.

– А как быть с собакой? – спросила Алекс.

Джек посмотрел на пса.

– Если бы хозяева о нем волновались, то наверняка уже нашли бы, да? Давай просто оставим его себе.

Алекс подняла брови.

– На эту ночь. А утром позвоним. Давай, с ним будет весело.

Она посмотрела на пса, обвела взглядом опустевший пляж. Хотя ей-то какая разница? К тому времени, когда придется принимать какое-то настоящее решение, она уже будет у Саймона.

Оба слегка навеселе, они покатили обратно, пес бежал следом. Солнце опустилось так низко, что солнечные очки были им не нужны. В воздухе стоял комариный писк; на каждом крыльце зажегся свет, машины ехали с включенными фарами, хотя небо еще было светлым.

– Я знаю, где мы, – вдруг сказала Алекс.

Они находились не так уж далеко от дома Саймона. Огороженный участок, подъездная дорожка, выложенная гладкими серыми камнями. Саймон прятался где-то внутри, в прохладных и пустых комнатах дома. Он обрадуется ее появлению. На вечеринке. Ведь правда?

– Рядом живет мой друг.

– Кто?

Джек оглянулся на нее. И зачем она упомянула о Саймоне? Она отвела глаза.

– Просто давний знакомый. Очень давний.

Пес ждал в сторонке.

– Ему нужна вода, – сказала Алекс. – И чем мы будем его кормить?

– Я с этим разберусь.

Пес подобрался ближе, обнюхал протянутую руку Джека, ткнулся в нее носом.

– Мы ему нравимся, – объявил Джек. – Он мог бы просто убежать, если бы захотел, но не убежал.

Джек поехал дальше, пес побежал рядом с его велосипедом.

– Видишь? – крикнул Джек через плечо.

Алекс последовала за ним, стараясь не отставать. Джек тяжело дышал, казалось, его распирает радость. Алекс вдруг тоже ощутила радость. Чем дальше они удалялись от пляжа, тем забавнее казалось неожиданное появление пса, что с беззаботной веселостью несется рядом – словно он посланец из другого, счастливого мира.

– Это твой новый дом, – сказал Джек, пока пес изучал каждый уголок их пристанища у бассейна. Диван. Мусор на кухне. – Ему здесь нравится. Это видно, – сказал Джек. – Сиддхартха говорит, что медитация приводит в животное состояние. Себя он сравнивал с шакалом. Ну, в книге. Это же собака такая, да?

– Давай дадим ему воды. – Алекс наполнила водой миску.

Как только она поставила миску на пол, пес налетел на нее и опрокинул. Алекс бросила на лужицу бумажное полотенце. Снова наполнила миску водой.

Джек порылся в шкафчике.

– Что бы ему дать? Эй, собакен? Что ты хочешь на ужин? – Он достал замороженную пиццу. – Собакам же можно пиццу?

Пока Алекс включала духовку и доставала противень, покрытый коркой пригоревшей еды, Джек налил два стакана текилы и бросил в каждый по горсти льда.

– Тридцать минут, – прочитал он на коробке от пиццы. Он протянул ей стакан.

Пес наблюдал за происходящим в позе сфинкса – вытянув передние лапы и подняв голову. Джек настоял на том, чтобы попытаться разобраться с телефоном Алекс, – и сейчас телефон лежал в пакете с прогорклым рисом.

Джек выпил, вытер рот.

– Не хочу возвращаться в город, – сказал он.

– Разве скоро не начнется учебный год? – Алекс отпила глоток. – Может, тебе будет в школе весело. После перерыва. – Она не сумела понять по его лицу, был ли этот перерыв в учебе для него болезненной темой.

– Да, возможно.

– Наверное, это было странно. Когда тебя там не было. Пока все остальные ходили в школу. Все твои друзья.

– Мне как бы пришлось взять годовой перерыв. Он сказал, что так нужно. Папа. И в школе, видимо, тоже.

– Почему?

– Не знаю. У меня был тяжелый период. – Джек уставился в потолок. – На самом деле я не хотел ничего такого делать, – сказал он, – но все ужасно распсиховались. Просто я очень переживал из-за этой девушки.

– Из-за твоей девушки?

– Да. Не знаю, мы много ругались. И она не отвечала на мои звонки, не дала мне даже извиниться. Наверное, я разозлился. Энни испугалась. Но больше всего психанули ее родители. – Он искоса взглянул на лицо Алекс. – Но не скажешь же: «Это было не всерьез, я не хотел». Никто же не поверит. Хотя ничего особенного не случилось.

Алекс старалась сохранять бесстрастное выражение.

– Тебя это пугает? – грустно спросил Джек.

– Нет, – ответила она, не зная, так ли это на самом деле.

Но все же его слова встревожили ее. Встревожила мысль, что Джек неуравновешенный, ранимый. Что он сделал с девочкой? Или с самим собой. Джек в своей огромной машине и шлепанцах из овчины. Что-то с ним не так. В последнее время она стала плохо разбираться в людях. Наверное, зря она осталась здесь, с ним. Очередной просчет.

Она приняла душ, тщательно промыла волосы, постояла, закрыв глаза, под струями воды. Ей нужно вернуться к Саймону, а эта история с мальчиком – просто досадная ошибка.

– Алекс?

Она резко открыла глаза и вздрогнула. Джек стоял в ванной, уже в полотенце.

– Прости, – сказал он. – Можно к тебе?

На лице почти мольба. Ей хотелось побыть одной. Но проще было улыбнуться и отодвинуть шторку, чтобы он мог войти. Она намылила его, легкий пушок на груди, два розовых соска и плоскую задницу, усеянную прыщами, но почему-то все равно соблазнительную. Джек поцеловал ее с закрытыми глазами, подставив лицо напору воды. Если бы она тоже закрыла глаза, то могла бы представить, что он – это Саймон. Перенестись в то время, когда все это закончится и она вернется на свое место.

Когда Алекс начала обводить пальцем его анус, как нравилось Саймону, глаза Джека открылись и он отодвинулся.

– Что ты делаешь? – спросил он со смехом, но она уловила в смехе легкий испуг.

– Приятно же?

Он признал, что да, вполне приятно.

– Но это странно как-то.

– Просто расслабься, – сказала Алекс.

Она осознала, что такое может возбуждать: его страх, ее власть над ним. Джек не хотел, чтобы она это делала, а она знала, что все равно сделает.

Ее палец проник в него, и глаза его закрылись.

– Алекс, – прошептал он.

Когда он кончил, привалившись