Рыжий кот Фута и затерянный домик в горах - Наги Симэно Страница 4

Я бы запрыгал от восторга, но снег шел все гуще, а его покров становился глубже. Лапы увязали так, что не только прыгать – даже шагать вперед стало сложно.

В этом горном особнячке сегодня соберутся пять человек, которым нужно передать послания. Проваливаясь в снег, я поспешил к дому.

Прибытие гостей

Котоми Асихара

В тот день Котоми с утра до вечера была занята съемками рекламы в пригороде. Вообще-то, планировалось начать их после полудня, но ради предварительной встречи и прически приехать на место все равно следовало раньше.

А когда к съемке наконец приступили, дублей пришлось делать множество, еще и со сменой освещения и декораций. Ожидание, пока все заново настроят, оказалось едва ли не дольше, чем сама запись. И ведь неясно, сколько кадров в итоге реально используют.

Еще с университетских лет, когда она играла в любительском театре, Котоми все время принадлежала к одной труппе. А в свои двадцать пять по рекомендации режиссера перешла на попечение продюсерской компании. С тех пор прошло почти 20 лет, но Котоми до сих пор не до конца привыкла к порядкам, царившим в индустрии.

Наконец, после нескольких дублей финальной сцены, молодой, лет тридцати пяти, режиссер громко объявил:

– Снято! Все сцены с Асихарой готовы.

Все вокруг захлопали и стали благодарить Котоми. Та коротко поклонилась и приняла от одного из сотрудников большой букет. Съемки длились каких-то несколько часов, а провожали ее так помпезно, словно закончилась работа над полнометражным фильмом. Такое обращение всегда приводило ее в замешательство.

Перед тем как начать, Котоми объяснили, что ключевая фраза нынешней рекламы: «Одна щепотка – и на вашем столе ресторанное блюдо». Речь шла о новой серии приправ, и основной покупательской группой для нее выбрали занятых людей, которые не хотят тратить на готовку много времени, работающих домохозяек и замотанных бытом молодых родителей.

Когда Котоми покинула площадку, уже смеркалось. А ведь оставшейся на местах съемочной группе еще предстоят сцены с готовкой и блюдами, где основные актеры не участвуют. На выходе Котоми разминулась с моделью рук – ту задействуют в крупных планах. Вероятно, съемки продолжатся до глубокой ночи.

Котоми чувствовала неловкость, уходя раньше других, но она только будет всем мешать, если, сыграв свою роль, продолжит просто шататься по площадке. Директор съемочной группы вежливо дал это понять, предложив вызвать такси. Котоми уловила намек и отправилась домой.

Два года назад она ушла из продюсерского агентства и начала работать самостоятельно. С тех пор и свой график составляла сама. Она отказалась от менеджера не только в целях экономии: так ей было попросту удобнее решать, на какие предложения соглашаться и как выстраивать расписание.

Завтра рано утром Котоми ждет встреча на станции Ногидзака по поводу съемок нового сериала. Уже в восемь придется выходить из дома. Воскрешая в памяти табличку с текущим расписанием, Котоми открыла дверь подъезда и вызвала лифт. В этот раз она будет играть маму юной главной героини. Еще совсем недавно ей предлагали роли подруг или одноклассниц героев, но в последнее время в ее репертуаре все чаще появлялись роли матерей. Неудивительно – ей ведь уже сорок три. Котоми горько усмехнулась и вздохнула.

Она залезла в сумку и достала сложенный вчетверо лист бумаги с адресом и картой. На следующей неделе у нее загородная съемка для журнала, и адрес отправил ей знакомый редактор, который и пригласил ее туда. Он прислал его электронным письмом – Котоми сама распечатала все в бумажном виде.

– Все же так гораздо удобнее…

Развернув лист, она принялась разглядывать карту. Конечно, Котоми использовала навигационные приложения, и ноутбук у нее имелся, и смартфон. Нынче ведь «безбумажное» время. Все привыкли иметь дело с данными в виртуальном пространстве. Но Котоми было куда проще запомнить и понять карту в распечатанном виде. Это мелочь, конечно, но возможность вести заметки так, как тебе удобнее, пусть и «старомодно», – еще один плюс работы на себя. Когда передаешь управление в руки стороннего специалиста, порой возникает только больше сложностей и помех. Но главное, что Котоми ценила в своем формате работы, – это внутренняя свобода.

Специальный выпуск журнала будет посвящен соло-кемпингу, и снимки нужны для обложки и заглавной статьи. Для фотосессии придется ехать до горного местечка в паре часов на экспрессе от Токио.

– Работа в Рождество, значит…

Котоми покачала головой. В прошлом году праздник она провела в гостях у Ёрико. Та как раз переехала на новую квартиру и щеголяла домашней стряпней, своей козырной картой. А чтобы выбрать, кто съест маленького сахарного Санту на тортике, они сыграли в «камень, ножницы, бумага».

«Кому же он в итоге достался? – попыталась вспомнить Котоми и сглотнула вставший в горле ком. – Как же я скучаю по Ёрико…»

Когда Котоми поднесла руку к лицу, чтобы смахнуть набежавшую слезу, листок с картой выскользнул из пальцев и отлетел куда-то вбок. В холл не доходил ветер с улицы, но на мгновение Котоми показалось, что ее обдало потоком воздуха, и что-то проскользнуло в углу ее поля зрения. Наверное, почудилось из-за застивших глаза слез.

Она подняла листок и снова его расправила. Там был указан адрес гостевого дома с припиской: «Приезжайте к нам в сочельник!»

Съемки назначены на 25 декабря, а заселиться в номер она сможет накануне. Котоми думала, что получится успеть все за один день, без ночевки, но редактор позаботился о том, чтобы ей не пришлось вылавливать ранние рейсы. Женщина сложила карту и снова убрала ее в сумку.

Хитоэ Сасаки

«О чем вы мечтаете?»

Сочинения в школе, вузовские эссе, собеседования, да даже повседневные разговоры – этот вопрос мы слышим повсюду. Конечно, для взрослых он лишь часть светской беседы, что-то вроде «Как дела?» – и никто не требует особых откровенностей… Но каждый раз, когда Хитоэ спрашивали что-то подобное, ее охватывали сложные чувства.

Неужели у каждого должна быть мечта? Неужели обязательно нужно стремиться в светлое будущее, завоевывая всё новые высоты, вместо того чтобы просто наслаждаться тем, что есть? Этот постулат вызывал у Хитоэ дрожь.

– Уже пять часов, – послышался голос одной из сотрудниц. Сетевая кофейня, в которой Хитоэ работала управляющей, по будням закрывалась в девять вечера. Туда часто заглядывали припозднившиеся на подработках студенты, и обычно столики не пустовали.

Оглядев зал, Хитоэ