Счастье в добрые руки - Ольга Станиславовна Назарова Страница 39

– Я серьёзен как никогда! Ты не дурак, исключительно положительный, даже, пожалуй, местами симпатичен! Ну временами…

– Андрей! Я ж серьёзно!

– Так и я тоже. Ладно, давай подробнее… Насколько я понимаю, первая из этих девушек – Ирина Вяземская?

– Да…

– А вторая?

– Cвета Патрушева. Она актриса.

– О… неожиданно. От академической Ирины до актрисы.

– Да она тоже химик… по образованию по крайней мере, – уныло произнёс Женя. – Очень красивая! Вот, смотри!

Он показал брату несколько фотографий на смартфоне.

– Что есть, то есть! – согласился Андрей. – Красивая. Ты только поэтому ей себя со всеми потрохами предложил?

– Да нет же! Она умница, с отличным чувством юмора, добрая…

– Ээээ, ты меня прости, пожалуйста, а когда ты с ней познакомился? Когда ещё с Ириной общался? – крайне ненавязчивым тоном спросил брат.

– Нет, конечно! Потом… когда Ира мне от ворот поворот дала.

– Так это было в начале лета!

– Ну и что? Я всё, что меня интересует, быстро вижу!

– А что тебя интересовало?

– Качества Светы… Какая она! Да что ты у меня глупости выспрашиваешь? – рассердился Женька. – Зря я вообще с тобой откровенничать начал!

– Вот уж нет… и не глупости вовсе. Всё, что ты про Ирину раньше рассказывал, а вот сейчас про Свету, очень похоже на опросник. Понимаешь?

– Какой ещё опросник? Я Иру любил!

– И Светлану? – коварно уточнил Андрей, и Шурик Котиков, невольно подслушивавший их разговор в близпроизрастающих зарослях, беззвучно зааплодировал – мысленно, разумеется.

– Да! – громко, но уже менее уверенно ответил Женя.

– Нда… быстро же у тебя закончилась любовь к Ирине и сразу же воспылала к Светлане. И это всё при учёте того, что ты по натуре вовсе не ловелас. Да не фырчи ты! Я же не пытаюсь тебя как-то оскорбить. Просто всё это похоже на поиск невесты по расчёту! Так сказать, подбор по качествам. Вот есть некий внутренний список, и ты по нему идёшь, проставляя галочки. Типа умница – есть, добрая – есть, чувство юмора – имеется…

– А что такого уж плохого в расчёте? – буркнул Женя.

Он раньше не думал, что Андрюха так хорошо его знает и видит насквозь.

– Да ничего плохого, только с нами это, братец, не срабатывает, как видно… – хмыкнул Андрей. – Вот как ты думаешь, откуда я это всё знаю? Ну, спроси меня?

– Откуда? – уныло уточнил Женя.

– Да оттуда – сам так же в своё время присматривался… Только ничего у меня не вышло – нервы не те были. А вот ты спокойнее, на том и поймался – начал искать подходящее по списочку, да?

– А что? Что? Я не имею права найти себе нормальную, правильную девушку?

– Имеешь, конечно. Только с правильностью у нас в роду не того… мы выбираем неправильных, но своих, понимаешь? Вот что общего могло быть у отца с мамой? Вообще ничего! А они до сих пор надышаться друг на друга не могут. Что общего у нашего медведя-Кольки с его Иволгиной? Вот ты бы мог раньше представить их рядом?

– Эээ, если честно, наверное, нет!

– А я? Я тебе честно скажу, мне Милка в первое время казалась воплощением всего, нет, не так…ВСЕГО что я в женщинах искренне ненавижу. А сейчас… вот она уехала с утра, а я ей уже четыре раза позвонил – просто потому, что все эти четыре раза забывал, что её рядом нет, и искал, как дурак! И не потому, что у меня память плохая, а потому, что для меня это уже…

– Естественно? – улыбнулся Женька – ему очень нравилось наблюдать за средним братом и его женой и страшно хотелось, чтобы и у него так же было!

– Именно! – обрадовался Андрей и поёжился. – Слушай, а чего мы тут уже как два дерева застыли, а? Карелия осенью – это не то, чтоб очень тепло… И Несси замёрзла, вон, сидит на моём кроссовке. Давай, пошли в дом, там и поговорим!

И они пошли, оставив Котика в неведении о дальнейших переговорах, а ветер, дующий с озера, в горьком недоумении – так хорошо стояли, а потом ррраз и унесло их!

Глава 18. Из родственника в родного

Холод уходил отовсюду – уползал от ног, испарялся завитками пара с плеч, даже воспоминания не оставлял, разжимая ледяные когти.

– Да, действенная штука! – согласился Женька, совсем недавно чуть зубами не клацавший на берегу.

– Ещё бы! – Андрей вообще-то не собирался париться, но этот чудик приткнул себя на полок, да так и остался сидеть, уставившись в бревенчатую стенку. Нет уж, лучше проконтролировать, как он тут греется – дешевле обойдётся!

– Ну, как, оклемался, болезный?

– Да чего сразу болезный? – cлегка оскорбился Женька.

– Того! Ты ж от холода аж посинел! Додумался же, в такой фуфайке на голое тело, на берег идти! Я вон в куртке, и то, глядя на тебя едва не заиндевел! – Андрей нахлобучил младшему брату на голову полотенце.

– Ладно, выбирайся давай. Я тебя жду.

Немудрящая забота и чуть смущенное ворчание Андрея грели, как горячий пар.

– Надо же… какой он, оказывается! – Женька изумлённо радовался тому, что у него такой средний брат.

Вообще-то он пожалел о приезде в Карелию почти что в момент прибытия – родителей не было. Мама сейчас в Крыму, в своих садах и виноградниках, уговорила отца поехать с ней – посмотреть, как она всё устроила, да и передохнуть немного в тепле у моря. Их дом закрыт, только в пристройке живёт исполнительный сторож – военный пенсионер, любитель грибов и рыбалки, который следит за порядком и поддерживает работоспособность отопления и всего прочего в доме.

Разумеется, Женьке и в голову не пришло беспокоить кряжистого основательного мужчину, располагаясь во владениях отца и мамы.

Нет, он приехал в дом, который ему передал отец – самый крайний участок из всех купленных здесь Мироновыми. Дом ему нравился – небольшой, уютный после ремонта, тёплый. За ним тоже присматривал отцовский сторож, так что в любой момент можно было приехать и жить.

Одно плохо – там оказалось невыносимо одиноко. Нет, летом, когда вокруг были люди, всё было совсем иначе, а сейчас…

– Хоть волком вой! Зря я сюда приехал… Лучше уж живность бы взял! – ворчал Женька, но сам понимал, что если ехать со всей компанией, то это надолго, сложновато, да и заниматься он будет капризами кошек, сбором по окрестному лесочку своих слоников собачьего рода, уговорами маленькой, но очень голосистой тойки Манюни, которая в новом месте истерит только так.

Короче, у него не