Пес, который шел по звездам - Анна Шойом Страница 35

У нас перемены. По утрам Эзра куда-то уходит и оставляет меня одного. Возвращается к вечеру и приносит банки с нормальной едой. Его смешат мои радостные прыжки и танцы, а меня радует его смех.

Он начинает разговаривать со мной. Особенно когда лежит на диване с сигаретой и пьет, пьет… Чем больше времени я провожу с ним, тем лучше понимаю, что он болен. Он часто уходит ночью, и, когда возвращается, от него опять пахнет гнилыми фруктами. Я жду его у двери. Не могу успокоиться, пока он не вернется.

Однажды, прогуливаясь по кварталу, я слышу тоненький писк из мусорного бака. У меня большой опыт поисков еды в мусорке. Когда я сую в бак морду, кто-то, вскочив мне на спину, выпрыгивает наружу. Это трехцветная кошка. Похоже, что домашняя. Наверно, из любопытства забралась в мусорный бак, а он захлопнулся. Снова оказавшись на воле, она тщательно вылизывается, не обращая на меня никакого внимания.

Приведя себя в порядок, она трется о меня, подняв хвост. Наверно, хочет соблазнить. Вот еще одна кошка, которая меня ни капли не боится. Она провожает меня до дома, и хвост у нее при этом выгнут вопросительным знаком. Я скребусь в дверь, и тут она исчезает, так что я даже не успеваю познакомить ее со своим несчастным другом.

56

С того дня я то и дело встречаю эту кошечку. Ее зовут Люси. Соседи ее прекрасно знают и иногда угощают вкусненьким. Люси берет угощение деликатно, но ничуть не сомневаясь, что это ей положено, и, поев, с достоинством удаляется на крыльцо дома с колоннами, откуда удовлетворенно обозревает улицу.

Всегда ухоженная и изящная, Люси – полная противоположность Эзре. Он многому мог бы научиться у этой киски. Мне хотелось бы их познакомить.

Вот уже несколько дней мой бедный друг ужасно нервничает. Вдруг начинает мыть и чистить все в доме, а запах дыма только усиливается. Прячусь от пылесоса, всегда боялся его воя. Гоняюсь за шваброй, и Эзра либо ругает меня, либо смеется.

Не сошел ли он, часом, с ума?

Иногда он прогуливается вместе со мной, и я нарочно останавливаюсь у дома с колоннами, но Эзра не обращает никакого внимания на Люси. Вообще-то, он витает в облаках, но я чувствую, что он почему-то побаивается этого дома.

Однажды утром мне все-таки удается заманить его туда, куда он до сих пор опасался ходить. Мы стоим около дома с колоннами. Люси на ступеньках нет, но по запаху я чувствую, что она в доме. Эзра идет к крыльцу. Он расчесывает пятерней волосы, одергивает рубашку и подходит к двери. Несколько секунд он колеблется, потом вздыхает и протягивает руку к кнопке звонка. Я по запаху чую, что он вспотел от страха. Но кого он боится?

Дверь распахивается, и на крыльцо выбегает маленький человечек. Он бросается к Эзре и, обхватив его руками, утыкается носом ему в живот.

– Папа, папа, я так по тебе скучал! – кричит мальчик тоненьким голоском.

Я сажусь на холодную каменную ступеньку и вытягиваю шею, пытаясь понять, что там происходит. Перед тем как дверь закрывается за мальчиком и Эзрой, выходит Люси и, как всегда грациозно, направляется ко мне. В качестве приветствия она поворачивается ко мне задом. Потом садится рядом со мной, как будто тоже чего-то ждет.

Держа мальчика за руку, Эзра появляется на пороге; он несет маленький рюкзачок. Эзра называет мальчика Лиам – значит так его зовут. Их запахи похожи – я сразу понимаю, что они родственники. Ребенок вырывает руку у отца и бросается ко мне. Я дружелюбно виляю хвостом. Он щекочет мне нос и визжит от радости. Я прыгаю вокруг Лиама и Эзры, и оба смеются.

Отец говорит мальчику:

– Вот этого пса… – он сглатывает слюну, – я нашел три недели назад в канаве. Точнее, это он меня там нашел.

В дверях дома стоит женщина с короткой стрижкой, в белом спортивном костюме. Она с натянутой улыбкой наблюдает за этой сценой.

– Неплохо, – мягко говорит она. – Лиам, застегни пальтишко, холодно. Ну, до завтра. Хорошо тебе провести время с папой.

Она уходит в дом. Люси успевает прощально махнуть нам хвостом и проскользнуть перед медленно закрывающейся дверью.

Мой друг и его сын уже идут по улице, и я бегу за ними. Маленький Лиам в своем застегнутом пальтишке – самый счастливый человечек на свете. Он просто сияет от радости.

Дома мы играем, Эзра гоняется за Лиамом, а тот за мной. Потом с удовольствием отдыхаем на диване перед этим ящиком, который все время мигает и шумит. Они болтают, а я ложусь на ковер немного вздремнуть. Эзра почти не курит, и пахнет от него счастьем. Я никогда еще не видел его таким довольным.

У Лиама так хорошо получается меня гладить, что я позволяю ему почесать мой живот, потом за ушами, потом спину. На следующее утро мы все вместе идем гулять. Это так приятно – гулять вместе. Сегодня утром от Эзры не пахнет гнилыми фруктами.

Мы провожаем Лиама домой, к маме, мальчик хочет, чтобы мы вошли в дом, но женщина против. Люси следует за ними, заботливо мурлыкая. А мы поворачиваемся и уходим. Эзра сутулится и курит одну сигарету за другой. Я иду рядом и пытаюсь легонько покусывать его руку, чтобы сигарета выпала. Но он все равно не выпускает эту дымящую палочку.

Придя домой, он достает из кухонного шкафчика бутылку и тут же выпивает большую часть. Я слежу за ним с дивана. Наконец он садится рядом со мной. Он пахнет дымом и алкоголем. Треплет меня по холке.

– Я тоже по нему скучаю, – бормочет он. – Еще как скучаю…

Он отпивает еще. Вытирает рукой рот и ставит бутылку на стол. Потом приваливается ко мне всем телом, будто вот-вот заснет. Он такой тяжелый, и пахнет от него ужасно! Ему сейчас очень-очень плохо. Я облизываю его щеку и скулю. Он обнимает меня за шею, утыкается в нее лицом и плачет.

57

Эзре явно нужна помощь. Он все время пьет, плачет и