Мир глазами Тамы - Кэтрин Чиджи Страница 33

Глава пятнадцатая

Марни по-прежнему выкладывала в сеть фотографии и ролики – мы с ягненком спим перед камином, мы с ягненком в снегу в одинаковых шарфиках на шеях, мы с ягненком разглядываем старый водяной канал золотодобытчиков, хотя в наши дни золота там уже нет, я примостился на спине у ягненка и болтаю без умолку, мы с ягненком прячемся в корзине с чистым бельем – и люди в интернете любили нас. Они обожали нас.

– «Боже-боже, не могли бы вы прекратить?! – читала Марни. – Мои женские гормоны этого не выдерживают! Все, переезжаю в Новую Зеландию и выхожу за фермера! А то я тут умираю, просто УМИРАЮ! Тама, смотри не попадайся мне за мятным соусом, ха-ха!»

– Триста тысяч подписчиков? – Анжи уставилась на экранчик телефона Марни. – Как так вышло?

– Понятия не имею, – сказала Марни.

– Понятия не имею, – сказал я.

– Ну, наверное, ты нащупала правильный подход.

В то теплое утро мы сидели на заднем крыльце и наблюдали, как Роб готовится к соревнованию лесорубов. Он упражнялся с поставленным на попа стволом толщиной с человеческое тело, сперва рубанул прямо ему в середку с одной стороны (там появилась расщелина, похожая на разинутый рот), потом бросился на другую сторону и сделал то же самое. Вскоре центр ствола совсем истончился, и Роб последним ударом отправил верхнюю половину бревна на землю. Раздался глухой стук, и Марни остановила секундомер.

– Сколько? – крикнул Роб.

– Двадцать девять, – крикнула она в ответ.

Он выругался и пнул валявшийся обрубок.

– Переживает, что его лучшие дни миновали, – шепнула Марни. – Есть один парень, который моложе и сильнее и постарается одержать победу.

– Ты вот этого имеешь в виду? – спросила Анжи, почесывая мне голову. – Такого сильного, такого красивого! Ведь правда же? Правда?

Я закрыл глаза и стал напевать мелодию без слов.

– Ну ты посмотри на него, – сказала Марни, – как он любит свою тетушку Анжи. – Она подняла выпавшее перо и принялась разглядывать на свет каждый его волосок.

– Мама этого не понимает, – сказала Анжи. – Тысячи подписчиков. Ей ясно, почему людям хочется смотреть на ягнят – они такие милые, пока маленькие, мягкие, беспомощные. «Но сороки, Анжела? – она заговорила особенным, чужим голосом. – В них есть что-то зловещее».

Капля крови дьявола в моем клюве. Несчастья, беды, смерть.

– Не обращай внимания, Тама, – сказала Марни и протянула руку, как ветку.

Я взобрался ей на плечо. Ткнулся клювом в щеку – чмок.

– Я его тронул. О нет, я опять его тронул, – сказал я.

Марни улыбнулась.

– Видишь, ты хороший мальчик! Мама не знает, какой ты на самом деле.

– Она изменит свое мнение, когда к тебе потекут денежки, – заверила Анжи. – Лакшми скоро приедет? Готова поспорить, она ждет не дождется, когда сможет вонзить в него зубки.

Наверняка это значило не то, о чем я подумал. Или все-таки то?

– В конце следующей недели, – сказала Марни.

– Она суперумная. Самая умная на нашем курсе.

– Ее электронные письма очень… категоричные.

– Она всех преподов живьем съедала.

– Блин, серьезно?

– Одному пришлось уволиться, когда он отпустил замечание насчет ее груди. Но все знали, что она специально наряжается, чтобы привлечь к себе внимание. Подпитывается так.

– Блин, – сказала Марни.

– Блин, – сказал я.

– Ну, с тобой-то она будет лапочкой. Ты все же ее клиентка.

Роб тем временем перевел взгляд на целый ствол вдвое выше его роста. Это лишенное ветвей дерево впивалось в почву металлическими корнями. Роб посмотрел на Марни, занес топор.

– И-и… начали! – воскликнула она, запуская секундомер.

Роб вырубил в стволе паз, сунул туда доску и вскочил на нее.

– Что за фигню он творит? – удивилась Анжи.

– Это называется «рубка на высоте», – сказала Марни. – Нужно взобраться на ствол по доскам, наполовину срубить его верхушку, спуститься и проделать всё то же самое с другой стороны.

– Как он вообще удерживает равновесие? – спросила Анжи, глядя, как под ногами Роба прогибается вторая доска. – Он, наверное, падал оттуда?

– Сколько я его знаю, нет.

– Ничего его лучшие дни не миновали, – сказала Анжи. – Он – просто клятая машина.

– Клятая машина, – сказал я.

Марни поглаживала мне спинку, пока Роб рубил, и я на миг прикрыл глаза, принюхиваясь к ее запаху.

– Ты уверена, что мы правильно делаем? – спросила она. – Насчет Лакшми.

– Она очень-очень хороший специалист, – сказала Анжи. – Видела бы ты ее дом! И ее машину.

– Нет, я говорю про то, чтобы зарабатывать на Таме.

– Клятая машина, – сказал я.

– А почему, черт возьми, нет? Он ведь упал с неба прямо к тебе на колени. Нужно быть сумасшедшей, чтобы этим не воспользоваться.

– Наверное, ты права.

– И ты все твердишь, что ферма не приносит денег и Роб вечно этим угнетен.

– Да, так и есть. Так и есть.

– Но он ведь больше этого не делал, правда? – Анжи посмотрела, как он, стоя на верхней доске, бьет топором по мягкой сердцевине дерева, и понизила голос: – Он больше тебя не бил?

– Мне бы хотелось, чтобы ты перестала задавать мне этот вопрос. Это случилось всего один раз. Он просто не осознает своей силы.

Я ничего не сказал.

– И это вышло нечаянно, – добавила Марни. – Потому что он был пьян и расстроен из-за денег.

– Помни, что ты в любой момент можешь к нам прийти, – сказала Анжи. – Хоть днем, хоть ночью.

– Он меня любит, – сказала Марни. – И ничего мне не сделает. Каждый заслуживает второго шанса, правда же?

Я ничего не сказал.

– Ладно-ладно, я просто за тебя переживаю. Ты же знаешь, мне этот парень нравится. – Анжи посмотрела последние фотографии, где я был с ягнятами. – Вот это в твоей стиральной машине, что ли?

– Ага! А Тама вот-вот нажмет кнопку, которая запускает режим «шерстяные и деликатные изделия».

– Это уже извращение какое-то!

– Но мы же на самом деле ее не нажали! Просто сделали вид.

– Все равно, вдруг кто-то захочет это сделать? Какой-нибудь больной на голову подражатель?

Марни вздохнула.

– Мне пришло несколько жутких сообщений от активистов, которые борются за права животных. Мол, он должен жить в дикой природе, кто ты такая, что корчишь из себя Бога, мы знаем, где ты живешь, мы придем за твоими детьми, что ты за чудовище и так далее. Только они забывают, что без меня Тама не выжил бы.

– Вот видишь? Надо быть осторожной. Лакшми сможет помочь тебе с этим.

– Я никогда в жизни не причиняла вреда животным. Ни разу. Таме у нас замечательно живется. А Роб заботится обо