Обещание острова - Софи Таль Мен Страница 22

сюда вернется. Здесь слова звучали по-другому. Еще мощнее. Как удержать необходимую дистанцию? Перед уходом он посоветовал жене уменьшить перерывы между введением морфия, если муж не сможет справляться с болью, и, главное, звонить ему, как только возникнет какой-нибудь вопрос. Он закрыл за собой дверь с тяжелым ощущением, что не оказал особой помощи, хотя женщина горячо его благодарила.

Неприятное чувство усилилось на улице, когда он встретил полный упрека взгляд черных глаз. Судя по всему, Оливия решила продолжить разбираться с ним и поджидала, прислонившись к дверце своей микролитражки. Не имея желания знакомиться с ней, он пробормотал «всего хорошего», проходя мимо.

– Быстро вы справились с визитом! – бросила она, явно его провоцируя.

Он засомневался, хорошо ли расслышал, и с вызовом посмотрел на нее. За кого она себя принимает? Не слишком ли большая заносчивость, учитывая, что они не знают друг друга? Он никогда с подобным не сталкивался. Можно подумать, она специально дожидалась его ради этого замечания.

– Визит к спящему пациенту всегда быстро заканчивается, по-другому не бывает… Мадам?

– Оливия.

Что-то подсказывало ему, что она не так уж уверена в себе. Почему он это заподозрил? Странный блеск глаз. Напряженная поза. Безостановочно сплетающиеся и расплетающиеся пальцы.

– Так вот, Оливия, сложновато осматривать пациента, получив приказ не шуметь. Вы согласны?

– Не шуметь? Ну, уж эта попытка закончилась провалом!

– По-моему, ты меня уже ставила об этом в известность, – сухо ответил он.

Девушка скривилась и опустила глаза.

– Тогда в следующий раз я займусь им после тебя.

– Я приду завтра в полдень, можешь выбрать время, чтобы не встретиться со мной.

– Отлично.

– Отлично.

Два удовлетворенных кивка головой, которые подразумевали совсем другое. Машинка Оливии несколько раз заглохла, выплюнув клубы дыма, и Алексис первым запустил двигатель. Он поехал в неправильном направлении, в сторону маяка Пен-Мен, но Оливия не последовала за ним, не попыталась исправить его ошибку. В детском саду ее ждала Роза, к тому же новичку не повредит маленькая экскурсия по острову. Этот парень не лез за словом в карман и со своей хромой ногой и обеими левыми руками выглядел как угодивший в скверную ситуацию любитель драк. Положительных эмоций он у нее не вызвал. Однако, заметив на обратном пути в зеркале заднего вида желтую «мехари», она не сдержала улыбку. Возможно, она чуть-чуть поторопилась с выводами. Совсем чуть-чуть.

Глава 18

Ночью Яна перевели в другое отделение. Это был вынужденный срочный перевод из хирургии в кардиологию, и он плохо его запомнил: зубец Q на кардиограмме, бег с носилками по коридорам, полосы неона над головой, а дальше пустота. Проснувшись, Ян с удивлением увидел сына, спящего в кресле рядом с ним и скрючившегося так, что еще немного и он свернет себе шею. Ян почувствовал себя виноватым. Разве это скорее не роль отца – быть разбуженным среди ночи? Бодрствовать у постели заболевшего сына? И вот Маттье мучительно потягивается и зевает, едва не вывихивая челюсть.

– Привет, пап! Как ты себя чувствуешь? – спросил он, придя в себя.

– Нервно!

При виде надутой физиономии отца Маттье улыбнулся:

– Это добрый знак.

– Ты находишь?

– Я понемногу узнаю тебя… Ночью ты меня жутко напугал.

– Они не должны были тебя вызывать.

– Ты собираешься побывать на всех этажах больницы? – пошутил Маттье.

– Начало положено…

– Говорят, в отделении урологии очень мило! Как насчет задержки мочи? Простатит тоже неплохо, сможем посмеяться.

Ян закатил глаза:

– Чем издеваться над стариком отцом, лучше бы постарался вытащить меня из этой больницы.

– Придется немного подождать.

Но терпения Яну не хватало. Он принялся срывать один за другим датчики, наклеенные на грудь.

– Немедленно вытащи меня отсюда! Иначе я тут сдохну… Я это чувствую! – умолял он.

– Успокойся, – потребовал Маттье, положив ему руку на плечо и не давая подняться. – Прекрати паниковать!

– Как ты считаешь, почему у меня случился инфаркт?

– Потому что ты уже сорок лет дымишь, как паровоз. Никакой загадки.

Ян потряс головой:

– Все это из-за стресса, сынок! Меня держат прикованным к постели, отсюда и стресс. Давай потихоньку сбежим… Ну давай! Ты же все ходы-выходы знаешь, как свои пять пальцев.

Маттье взял звонок, висящий на спинке кровати и нажал на красную кнопку, глядя на отца с вызовом.

– Ты что делаешь?

– Предупреждаю сестру о попытке бегства. Нормальная реакция, я считаю.

– Предатель!

Однако с примчавшейся медсестрой Ян повел себя по-другому. Он объяснил звонок проблемой с датчиками, после чего показал на свою грудь.

– Я так потею, что они отклеиваются. А может, все дело в волосах.

– У него настоящая манишка! – прокомментировал Маттье, которого позабавили полная смена поведения и сеанс обаяния, устроенный отцом.

Если вспомнить последнюю ночь, понятно, с каким облегчением Маттье увидел его сегодня таким бодрым. Чистое везение, что у него было дежурство и он не выключил телефон. Взглянув на высветившийся номер больницы, хирург сперва подумал, что понадобился в отделении скорой помощи. Например, для извлечения инородного тела с помощью фиброскопии.

– Доктор Мадек, я звоню, чтобы сказать, что у вашего отца случился сердечный приступ. Ему сейчас делают коронарографию.

Одно из тех пробуждений, что взвинчивают вас и одновременно леденят кровь. Маттье сорвался с места.

– Инфаркт? У моего отца? Что с ним… Он в порядке?

Рядом с ним была Мари-Лу. Она тоже подхватилась с таким же растерянным и обеспокоенным видом, потом прислушалась, чтобы разобрать ответ медсестры.

– Могу только сказать, что им сразу занялись. Преимущество пребывания в стенах больницы.

– Сейчас буду.

– Не уверена, что это…

Она не успела закончить фразу, Маттье тут же отключился. Поскольку он был в эту ночь дежурным лором, у него была привилегия – ему было позволено зайти в отделение интенсивной терапии и наблюдать за отцом. После первого шока, когда он увидел его без сознания в постели, коллега кардиолог успокоил Маттье: Ян жив, и ему поставили новенький коронарный стент. Его грудь мерно подымалась. Сердечные сокращения отражались на экране. Буря закончилась, и все индикаторы светились зеленым. Маттье мог не волноваться. Он остался на посту, устроившись в кресле из искусственной кожи, как сделал это накануне, потом закрыл глаза, хотя заснуть не получалось.

Медсестра тщательно прикрепила электроды к груди Яна, и он медоточивым голосом произнес:

– Я бесконечно вам благодарен, обещаю впредь лежать максимально спокойно.

– Можешь повторить, чтобы я записал? – подколол сын, нажимая на кнопку диктофона на своем мобильнике.

Ян скорчил угодливую гримасу для женщины в белом халате, но, едва она покинула палату, выражение его лица радикально изменилось.

– Выключи телефон, не то я выкину его в окно!

– Тебе никогда не