Пес, который шел по звездам - Анна Шойом Страница 18

30

Больше всех мне нравится Эппл. Она такая маленькая и милая. Как приятно устроиться на ночлег рядом с ней, свернувшись калачиком. С парнями я тоже подружился. Мы спим все вместе под старыми соснами, во втором круге фургонов.

Про лес Сокс знает все, а еще он понимает, что это такое, когда тебя никто не любит и тебе некого любить. Так он и жил, пока не забрел в лагерь кочевников и не остался здесь с Ребеккой. Он учит меня слушать песни ветра и шорох листьев. Благодаря ему я теперь знаю, каких животных нужно избегать (особенно осторожным надо быть с дикими кабанами) и каких людей следует опасаться.

Однажды мы оказываемся около жилища человека, который нас не любит. Мы сидим в тени дерева, так тихо, что нам даже слышно, как он разговаривает сам с собой. Запах у него холодный и резкий, странная смесь – гнилые плоды, металл, грибы и… пыль, от которой я чихаю, так что нам приходится поскорее смыться.

Когда мы оказываемся в безопасном месте, Сокс прижимается подбородком к моей макушке. Я запоминаю запах того человека, чтобы держаться от него подальше. Он имеет обыкновение пинать собак и бросать в них что попало.

А еще Сокс, этот черный здоровяк в белых носочках, учит меня чуять дождь дня за два, а еще находить человеческое жилье по запаху опилок и дров, а еще показывает мне норы, вырытые мелкими зверьками, в которых в случае чего можно спрятаться. Сокс учит меня опасаться лис и лесных кошек. И наконец, он пытается научить меня охотиться. Дело в том, что я никогда не охотился ни на кого и ни на что, разве что на теннисный мячик…

Сокс гонится за мной и, когда настигает, хватает за горло, но челюсти не смыкает. Сердце у меня замирает, я почти обездвижен. Потом он убегает от меня, чтобы я гнался за ним. Я преследую Сокса, но уж очень ловко он петляет и уворачивается. Только с пятой попытки мне удается так схватить его за горло, чтобы он не мог двинуться. И тут у меня возникает какое-то новое чувство. Глубокий природный инстинкт заставляет меня все сильнее сжимать челюсти. Когда мой приятель начинает скулить, я отпускаю его.

Урок заканчивается на берегу пруда, от которого очень противно пахнет. Сокс сидит рядом и наблюдает за мной. На морде у меня написано отвращение. Воняет гнилью, как будто под водой что-то разлагается. Мой наставник показывает, что если вода такая, пить ее нельзя, как бы тебя ни мучала жажда. Такая вода несет смерть.

Я подхожу к нему, и мы тянемся друг к другу носами. Потом я прикасаюсь носом к белому пятну у него на лбу. Сокс высовывает розовый язык и лижет меня в морду.

– Пошли к нашим, поиграем! – предлагает он веселым лаем и пускается наутек.

Чему учит Роши (2)

Примечание к репортажу

Второй человек, встреченный нашим героем, – Тобиас Эспозито. От молодой женщины из лагеря кочевников я узнала, что Тобиас и Роши несколько дней вместе шли по лесу. Роши отдохнул в лагере, а потом ушел. Хотя они провели друг с другом не больше недели, Тобиас рассказал своей знакомой, что Роши успел преподать ему три важных урока.

1. Приятно заботиться о ком-нибудь. Человек – общественное животное и, чтобы чувствовать себя полноценным, нуждается в теплом отношении другого существа, пусть даже собаки. Из этого следует:

2. Хочешь идти быстро – иди один; хочешь идти далеко – иди не один. По словам Тобиаса, он не раз вспоминал эту африканскую поговорку во время их с Роши путешествия. Вместе они могли бы дойти до края света, но у Роши была другая цель.

3. Настоящим друзьям не нужны слова, чтобы понимать друг друга. Собаки и люди не могут говорить друг с другом по правде, но они могут вместе смотреть на звезды и идти вперед, глядя на небо. Даже у существ одного вида бывают переживания, которые заставляют их сердца биться в унисон, но невыразимы словами.

31

Мне хорошо с Тобиасом, Ребеккой и ребятами, но с Ингрид я словно связан крепкой нитью, и она сейчас натянута. Та карта, которая «у меня в сердце», – это мои воспоминания о жизни с Ингрид, запахи и звезды, на которые каждую ночь смотрит мой друг Тобиас.

Если я засомневаюсь, правильно ли иду, звезды всегда подскажут дорогу.

Уже несколько дней, как я расстался с моей дорогой четвероногой бандой и с друзьями-людьми, и с тех пор спокойно иду один.

Еда – вот моя вечная забота. Я не бог весть какой охотник, несмотря на уроки Сокса, а есть насекомых мне не хочется. Но надо же чем-то питаться, как-то поддерживать силы. Еще ни разу мне не удалось поймать зайца. Зато я нашел чистый ручей, бегущий в нужном направлении. Напился, освежился и даже поймал нескольких лягушек и улиток.

Я сверяюсь с небесным компасом, который мне показал Тобиас. Каждое утро поднимаю голову к этим далеким небесным светлячкам. Тобиас называл их Орион. Сегодня утром там появилась еще одна сияющая точка, гораздо ярче других. Потом она растворилась в океане солнечного света. Кто она, эта сверкающая сестра светлячков?

Утро выдалось облачное. Зато не жарко, легче идти. Я останавливаюсь на вершине холма и смотрю вдаль. Нет, пейзаж незнакомый. Следую за ветерком, дующим из долины. Смотрю вверх, на облака. Пытаюсь уловить, как пахнет их серая подкладка. Так меня учил Сокс. Я понимаю, что, если не найду убежища, скоро вымокну до нитки.

Эта уверенность и голод заставляют меня выбрать тропинку вниз, к городку, который виднеется вдалеке. Над головой нависают огромные черные тучи, я уже не иду, а бегу изо всех сил.

Дождь застает меня на полпути к домам. Я прячусь в густых зарослях и, так как делать все равно больше нечего, засыпаю, убаюканный шумом прохладного дождя. Когда я просыпаюсь, дождь не идет. Дело к вечеру, уже подкрадываются золотистые сумерки.

Пора идти. Встаю и, прежде чем отправиться в путь, стряхиваю с себя капли дождя. Вот и пастбища. Коровы и овцы