Остывший пепел прорастает цветами вишни - Александр Петрович Нетылев Страница 56

Но не озвучила, разумеется.

Собрание придворных в тронном зале неуловимо напоминало радугу, — с поправкой на неправильный порядок цветов и отсутствие оранжевого.

В самой главе длинного зала, на золоченом троне, восседал Император Вэй в роскошном одеянии из золотой парчи. Насколько знал Ичэнь, с давних времен желтый цвет считался в Земном Царстве «императорским»; любой другой смертный, одевшись в желтое, был бы уличен в государственной измене.

Короля Демонов всегда забавляло, насколько старательно смертные ищут для такого обвинения максимально дурацкий повод.

Перед самым троном стояли люди в пурпурных халатах и с нефритовыми бирками. Пурпурный краситель не производился в Западной Вэй; он привозился из-за границы, дорого стоил и использовался лишь чиновниками высшего, первого ранга. Даже в те времена, когда государственный аппарат был особенно перегружен, таких никогда не бывало больше пары десятков; сейчас же пурпур носили всего восемь человек.

Наблюдавший недавно за дворцовым экзаменом второй принц Вэй Даомин.

Скучающий молодой человек, который не мог быть никем иным, кроме наследного принца Вэй Гаована.

Уже знакомый Ичэню Жунь Менгъяо, министр юстиции.

Высокомерного вида темноволосый мужчина лет пятидесяти, судя по бирке военного министра, бывший тем самым Цзюй Байдзе, чье поместье Ичэнь недавно ограбил.

Худой и согбенный временем старик, напоминавший нежить и носивший бирку министра доходов.

Длинноусый мужчина лет сорока, с вкрадчивым голосом и бегающим взглядом, носивший бирку министра ритуалов.

Тяжеловесный, широкоплечий, почти квадратного сложения старик, возглавлявший министерство работ.

И наконец, высокий чернобородый глава министерства кадров.

За каждым из министров стояло по несколько человек, чьи халаты были ярко-красными, а бирки золотыми, соответствующими второму рангу. Заместители министров, главы ведомств и палат, почетные чиновники, отметившиеся заслугами перед Империей. Как и чиновники первого ранга, они обладали привилегией говорить во время обсуждений, не дожидаясь, пока к ним обратятся.

Чиновники третьего и четвертого рангов носили халаты салатово-зеленого цвета, а бирки их были серебряными. В тронном зале таких было большинство: зеленый халат был для большинства вершиной карьеры; в то же время тех, кто не достиг его за несколько лет службы, зачастую подозревали в лености и вскоре выживали со двора.

Наконец, небесно-голубые халаты и медные бирки выдавали чиновников пятого и шестого рангов. Низшие из придворных, они стояли позади остальных, и даже если кто-то из них и решил бы высказаться во время обсуждений, едва ли его слова достигли бы ушей Императора. Именно к их числу ныне принадлежал Король Демонов.

Что ж. Пока что его это устраивало. Сегодня он не собирался говорить.

Он слушал.

— Ваше Величество, провокации со стороны Восточной Вэй становятся все чаще, — склонившись в поклоне, вещал Цзюй Байдзе, — К настоящему моменту они не предпринимали попыток пересечь границу; однако нет сомнений, что они пробуют нас на прочность и только и ждут, когда мы проявим слабость. Необходимо дополнительно усилить армию на восточной границе.

Кряхтя, выступил вперед министр доходов:

— Ваше Величество, уже сейчас наши расходы на мобилизованную армию приближаются к объему поступлений в казну. Я боюсь, что если мы увеличим их еще больше, то Восточной Вэй не понадобится даже воевать с нами: достаточно будет подождать, пока мы не растратим все средства.

Сам Ичэнь на месте Восточной Вэй так бы и сделал. Демонстрировал бы опасность, заставляя противника уничтожать самого себя. Противодействовать этому он также предложил бы за счет стратегии обмана: искусственно создать уязвимость в обороне, которая искусит их нанести решительный удар, — и вместе с тем будет подстегивать боязнью потерять возможность. Заманить армию Восточной Вэй в ловушку и покончить с ней в одном генеральном сражении.

Так поступил бы Король Демонов.

Чиновника шестого ранга, естественно, никто не спрашивал.

— Что думают мои сыновья? — спросил Император.

Первым шаг вперед сделал наследный принц:

— Наша армия сильна. Какие бы провокации не устраивала Восточная Вэй, я верю, что мы сможем справиться с ней. Мы должны продолжать держать войска на границе, готовые отразить удар.

Император кивнул, ничем не выдавая своего отношения к такому ответу, и перевел взгляд на второго принца.

Тот, однако, покачал головой:

— Отец, я полагаю, мы знаем слишком мало, чтобы принимать решение. Я прошу вас отложить его до того момента, как я выясню все детали. Излишняя спешка в таких вещах неуместна.

— Сколько времени тебе понадобится? — спросил Император.

— Хотя бы месяц.

— Возражаю! — высказался министр Цзюй, — Пока вы выясняете детали, Восточная Цзюй будет готовиться к войне.

— Я тоже против, — поддержал его министр доходов, — Любое ожидание стоит денег, особенно когда армия готова оборонять границу.

Император выслушал их всех. И вынес вердикт:

— У тебя есть две недели. Затем ты должен будешь представить мне план готового решения. После того, как он будет передан исполнителям, ты должен будешь немедленно приняться за подготовку к отбору и передать остальные дела другим.

— Да, отец, — поклонился Даомин, хотя Ичэню показалось, что он не очень-то доволен услышанным.

— К следующим вопросам. Как идет строительство храма предков в северных провинциях? Министр Тун?

Строительство храма предков Короля Демонов интересовало мало, но он все же прислушивался, стараясь выловить детали полезной информации. Как минимум, слушая разговоры, можно было понять, кто есть кто. Итак, министра работ звали Тун Айрен. Министра кадров — Чжань Банхен. Министра ритуалов — Чонбай Боджин.

Министр доходов звался Фань Йинпен, и этот человек успел послужить двум Императорам до нынешнего.

Следом за строительством обсудили ликвидацию последствий наводнения в южном Ханьяне, и Король Демонов не забыл изобразить беспокойство судьбой «родного края». Не сказать, впрочем, чтобы кто-то обратил на это внимание, помимо Цзюй Юаня, с самого начала обсуждения периодически кидавшего на него изучающие взгляды. От того, чтобы подшутить над ним с помощью иллюзии, Демон-Лис удержаться.

Шутка, повторяемая слишком часто, быстро перестает быть смешной.

Обсудили и вопросы организации продовольственного снабжения; к удовольствию Ичэня, министр Фань упомянул ряд тезисов из его собственной работы.

К неудовольствию, организацию новых житниц посчитали «экономически неоправданной».

Взмахом руки оборвав речь утомившегося министра доходов, Император обратил свой взор на новую жертву:

— Жунь Менгъяо. Ты говорил, что твое министерство возьмется за дело Ночного Жнеца после дворцового экзамена. Что ты скажешь сейчас?

Министр юстиции вышел вперед и поклонился:

— Ваше Величество, как я и обещал, у меня есть на примете талант, который я считаю подходящим для этого дела. Чиновник Цзянь. Подойди.

Сопровождаемый взглядами прочих низкоранговых чиновников, Ичэнь неторопливо двинулся вперед. Немного не дойдя до ряда «пурпурных халатов», он остановился и церемонно поклонился:

— Цзянь Вэйан приветствует Ваше Величество.

— Вы хотите доверить дело Жнеца